"Фантастика 2026-118". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Зубарева Юлия - Страница 286

– Да.

– Почему ты оставил ее одну?

– Потому что так было надо. Она не одна в квартире.

– Кто с ней? – спросил Чейз.

Он терзался все это время, неизвестность и переживания за Рэйвен пытались добить его.

– Я тебе что, сломанный телефон? Придешь и спросишь ее сам, – сказал Гаррет, ощущая, как злость внутри него снова стала поднимать голову.

В момент, когда Гаррет узнал, что это Чейз виновен в смерти Джо, он готов был открутить тому голову и мог это сделать. Не только его слух и сон изменились, но и сила, скорость. После того, как Рэйвен и Чейз отправились в палатку, Гаррет ушел глубже в лес и слушал звуки ночи, стараясь уловить непрошенных гостей. Он знал, что где-то поблизости могли находиться кочевники. Гаррет тогда много думал и понимал, что если бы Джо очнулась в этом мире, то она была бы бесконечно несчастной. У них с Гарретом имелось одно отличие, которое оказалось весомым аргументом в том, что Чейз до сих пор дышал. Джо в обычной жизни, там, на Корву, не была одинокой. Ее окружала любовь и забота. У нее были друзья и близкие люди, к которым Гаррет не относился из-за своего решения не ходить за ней по пятам и не пускать слюни по чужой девушке. Очнувшись, Джо бы испытала уйму боли и душевных терзаний. Она бы конечно приспособилась к жизни, но никогда бы не стала столь же счастливой, как была на Корву с Рэем и друзьями. Гаррет предпочел думать, что Дельгадо виновен в ее смерти еще триста лет назад. Не Чейз, который сейчас стоял перед ним и бесился. Когда Гаррет прощался с Джо, то говорил ей, что она обязана была быть счастливой и она была.

– Я пойду туда, – уверенно сказал Чейз и Гаррет вынырнул из мыслей.

– Да пожалуйста, – ответил Уорд и, присмотревшись к Чейзу, задавался вопросом. Почему девушки всегда выбирают их, таких холодных, без чувства юмора и задора во взгляде? Что в них такого? Гаррет надеялся, что в этот раз все будет иначе, как бы он не хотел, он снова вляпался в ублюдский любовный треугольник. Он даже подумывал о своем здравомыслии. Может, его просто привлекали девушки под запретом? Те, которым на него было плевать? Это оказывалось своего рода каким-то вызовом. А Гаррет Уорд ой как любил вызовы.

Сегодня, стоя там между домом и гаражом, он подумал о том, что если бы он писал записку Джо сейчас, то она была бы правдивой. Этот день действительно настал, хотя на это и потребовалось потратить триста лет.

– У тебя есть еще какие-то вопросы? Или мы можем уже собрать всех и пойти к Рэйвен?

Чейз отступил, и Гаррет прошел мимо. Собрав тринадцать человек и объяснив каждому его задачу, они настроили единую связь через планшет Гаррета и пошли к месту, где они с Рэйвен заходили в Синт. Гаррет провел людей и спрятал их в доме мэра, а потом в компании приставучего Чейза отправился в квартиру Рэйвен, но его там ожидал сюрприз. Девушек в квартире не оказалось, свеча, которая была для них единственным светом, оказалась раздавлена, кровать перевернута. В этот момент Гаррет испытал чувство, которое уже и позабыл, как ощущалось – он испугался.

– Где она? – прогремел Чейз за его спиной.

– Не знаю, – растерянно ответил Гаррет и схватился за шею. – Куда-то ушла.

– Надо найти ее.

Гаррет был в одежде блюстителя, а вот Чейз – нет.

– Тебя могут не признать за своего, – напомнил он Чейзу.

– Как и тебя. Если ты думаешь, что я буду сидеть тут, пока ты ищешь ее, то ошибаешься.

Дверь квартиры открылась со скрипом, Гаррет был настолько увлечен разговором с Чейзом, что потерял бдительность. На пороге стояла Рэйвен, ее лицо было в крови, и она держалась за живот, смотрела на них невидящим взглядом. Оба потеряли дар речи. Рэйвен начала падать, но Чейз успел подхватить ее, так как оказался ближе. В это мгновение Гаррет желал оторвать ему руки и вставить куда поглубже, чтобы он их не распускал, но у него на это не было никакого права.

Гаррет перевернул кровать, вернув ее в нормальное положение, и Чейз уложил Рэйвен.

– Она дочь мэра, – прохрипела Рэйвен и поморщилась.

Пока Чейз осматривал колотую рану на животе и пытался зажать ее, Гаррет уже достал капсулу из рюкзака и вколол в нее шприц. Когда он оказался у кровати, Чейз выставил вперед руку и спросил:

– Что это?

– Это то, чем вас ставили на ноги после этапов игр. Свали с кровати.

Чейз поднялся и стал наблюдать, как Гаррет опустился на его место. Он нащупал у Рэйвен вену на запястье и воткнул туда иглу. Рэйвен схватила Гаррета за руку и, смотря на него, сказала:

– Извини, я не должна была выходить, но она побежала, и я…

– Все нормально, – успокаивал ее Гаррет, а потом сам не понял, как наклонился и легко поцеловал ее в губы. Ему было больно смотреть на Рэйвен в таком виде. Когда Гаррет отстранился, веки Рэйвен уже были закрыты, она провалилась в лечебный сон.

– Гаррет, – позвал Чейз стальным голосом.

– Да, милый.

Чейз стоял у кровати и смотрел на соперника, которого он сам разбудил и привел в жизнь Рэйвен. Он понимал, что облажался там, с Вивиан, но у них даже все не дошло до финала. В момент, когда они были в постели, Чейз вылетел из нее как ужаленный, оделся и ушел. Он мог соврать Рэйвен и сказать, что ничего не было, но не мог так с ней поступить. Он сделал ей больно и ненавидел себя за это.

– Чейз, ты хотел мне что-то сказать? – спросил Гаррет, впервые вслух назвав собеседника по имени.

– Если ты хочешь ею воспользоваться, – начал Чейз, но Гаррет его тут же перебил:

– Нет.

В комнате повисло молчание. Чейз смотрел на Рэйвен и как никогда сожалел о своем проступке. Взгляд Гаррета тоже был устремлен на измазанное в крови лицо девушки, он думал о том, что не хотел больше никогда видеть ее в таком состоянии. А чтобы этого не повторялось, ему предстояло сделать много вещей.

– Пусть она выбирает сама, – сказал Чейз, и внутри у него все сжалось. Он был практически уверен, что она выберет не его. Но в то же время Чейз знал, что давить на Рэйвен – плохая затея. Когда они находились в Подполье Империи, он пытался с ней поговорить еще несколько раз, но все разговоры про их отношения она пресекала и уходила из комнаты. Он был там просто рядом. И это оказалось тяжелее, чем Чейз мог себе представить. Видеть ее и не иметь возможности коснуться. Она словно обросла ядовитыми колючками и оградила себя от него. Каким же он был идиотом.

Гаррет связался с Диего и приказал ему найти как можно больше формы блюстителей и переодеться всем, кто находился в доме. Чейз сел у стены и наблюдал, как грудь Рэйвен медленно поднимается и опадает. Рана на животе стягивалась.

Гаррет Уорд и Чейз Шелби сидели в тишине нищенской квартиры и ждали, когда Рэйвен придет в себя. За это время Гаррет объяснил, что Чейз должен будет охранять ее, пока она будет говорить на камеру.

Когда Рэйвен открыла глаза и повернула голову, то произнесла всего лишь одно имя, от которого на душе у Гаррета стало светлее, а у Чейза сгустились тучи.

– Я тут, – сказал Гаррет и сел на край кровати.

– Я не убивала ее, она сама, – прошептала Рэйвен.

– Ты и дочь мэра убила? – спросил Гаррет.

– Она бежала от меня, упала и разбила голову. Она сама.

– Тебя нельзя оставлять одну, – сказал он и улыбнулся.

– Тогда и не оставляй, – ответила Рэйвен и снова провалилась в сон.

Скорее всего она этого даже не вспомнит, но Гаррет и Чейз точно не забудут.

12. Взрыв, погоня и…

Открывая глаза, я с наслаждением потянулась и зевнула. Уперлась взглядом в слишком знаковый потолок и через пару секунд вспомнила, что случилось. Я побежала за дочкой мэра, а потом она меня чуть не убила – она была, мягко говоря, не в себе. Не слушала уверений, что я не была для нее угрозой. Я села и увидела Чейза, он разместился на полу, на том месте, где раньше Гаррет расставлял взрывчатку. Я нахмурилась, вспоминая, как Чейз оказался в моей квартире, но не могла собрать картинку воедино, все было смазанным. Осмотрев и ощупав себя, я не нашла ранений, который должны были на мне быть.