Больше, чем воспоминания (ЛП) - Маклейн Молли - Страница 49

— Ты за рулем моей малышки. Ни то, ни другое в ближайшее время не произойдет.

— Да ладно тебе, — смеюсь я, даю задний ход и выезжаю с его подъездной дорожки. — Раньше ты всегда позволял мне вести машину, а та тачка была намного больше этой.

— Мне было насрать на тот кусок ржавчины. Но за этот я только что расплатился. Господи, блядь, женщина! — его рука тянется к ручке над дверью, когда я слишком быстро сворачиваю на дорогу и переезжаю кювет.

— Упс! — Я дерзко улыбаюсь. — Хорошо, что у тебя большие колеса.

Он бросает на меня раздраженный взгляд и продолжает держаться, а я везу нас по проселочным дорогам, на которых мы практически жили, когда были озабоченными подростками.

— Я не уверен, что это поможет мне расслабиться, — бормочет он, пока мы подпрыгиваем на неровной грунтовой дороге, а деревья по обе стороны от нас кажутся зеленым калейдоскопом. На улице еще светло, но солнце уже начало клониться к закату, создавая житейскую, спокойную атмосферу. Если, конечно, вы цените такое.

— Давайте попробуем такое... — Я опускаю стекла, и прохладный вечерний воздух мгновенно проникает в кабину. — Сделайте несколько глубоких вдохов. Закройте глаза, если нужно.

— Это не какой-то заговор, не так ли? Потому что я разозлюсь, если Джесси и Джинкс будут поджидать где-то, чтобы наброситься на меня.

— Нееет, — смеюсь я. — Но это было бы забавно.

Он недовольно хмыкает и кладет руку на открытое окно, привлекая мое внимание к его массивному предплечью и кисти, сжимающей край дверцы.

— Кстати, мне нравятся все эти татуировки. Они выглядят неплохо. Сексуально, если честно.

Он сжимает руку в кулак и поворачивает ее к окну, чтобы мне было лучше видно его тату.

— Спасибо. Какое-то время они были моей навязчивой идеей.

— Да? — Я сбавляю скорость и сворачиваю на другую дорогу, на этот раз более узкую и малолюдную, чем предыдущая. Прошло по меньшей мере двенадцать лет с тех пор, как я в последний раз забиралась так глубоко в лесную глушь нашего маленького городка, но место, куда я везу нас, никогда не забуду.

— Знаешь, говорят, что для некоторых людей новые татуировки — это как терапия? Для тебя это так?

— На все сто процентов.

— Они что-нибудь значат? — Раньше, когда мы были вместе, у него их было всего несколько штук, но сейчас их, должно быть, в два раза больше, некоторые большие, некоторые маленькие, но все они разных оттенков черного, серого и белого.

— Не совсем. Мне просто понравились эскизы. — Он постукивает этим пальцем по маленькому рисунку, спрятанному между более крупными, чуть ниже большого пальца на костлявой части запястья. — А у вот этого есть смысл.

— Правда? Расскажи мне об этом. — Отсюда я не могу разобрать, что это такое, но похоже на какую-то птицу.

Он снова бросает на меня косой взгляд, на этот раз с медленной, слегка кособокой улыбкой.

— Я дам тебе взглянуть, когда мы остановимся. Может быть, ты объяснишь мне, что он означает?

Фух. Мне кажется, в его голосе слышится жар, или я выдаю желаемое за действительное?

— Хорошо, мистер Загадочность. Я согласна.

Он хихикает, и через несколько минут в поле зрения появляется последняя дорога.

— Вот это старое место, да?

— Сегодня было жарко и влажно. Я подумала, что нам не помешало бы искупаться.

— Мы могли бы поехать на озеро Эмбер.

— Мы могли бы, но здесь мне больше нравится уединение.

Озеро Сансет в три раза меньше популярного среди туристов Янтарного озера в Коул-Крике, и оно является частью Национального заповедника, поэтому здесь нет коттеджей или официально обустроенных пляжей, и большинство отдыхающих даже не подозревают об его существовании.

— Ты должна была сказать мне. Я бы взял с собой плавки.

Я растягиваю губы в хитрой улыбке, паркуясь и расстегивая ремень безопасности.

— Да ладно тебе, Эндерс. Раньше тебя это никогда не останавливало.

Прежде чем он успевает ответить, я выпрыгиваю из грузовика и стягиваю футболку через голову. Следом исчезают мои шлепанцы и шорты, и я спешу к воде, как делала уже много раз на этом самом месте с этим же мужчиной.

— А что, если на мне не будет нижнего белья? — спрашивает Эйден, выходя вслед за мной из грузовика. — Ты об этом не подумала, не так ли?

Я бросаю дерзкий взгляд через плечо.

— А может, и подумала.

Он запрокидывает голову к небу и стонет.

— Ты доведешь меня до смерти, женщина.

— Я очень надеюсь, что нет. Ты еще даже не намок. — Не говоря больше ни слова, я ныряю в воду и наслаждаюсь успокаивающей лаской прохладной воды на своей коже. За эти годы я провела много времени в бассейне на территории кампуса, но ничто так не успокаивает дух и не освежает душу, как свежая озерная вода.

Я проплываю несколько ярдов, прежде чем перевернуться на спину и лениво поплыть обратно к берегу. Откуда ни возьмись, большие руки обхватывают меня за талию, когда Эйден незаметно проплывает подо мной.

— Ты должна быть осторожна, — шепчет он мне на ухо, притягивая меня к своей груди. — Ходят слухи, что в этом озере теперь обитает таинственный змей.

— Неужели? — Мурашки бегут по моим плечам, когда они разбиваются о зеркальную гладь озера, и прохладный воздух целует мою кожу. — Он большой?

— Огромный. — Все еще обнимая меня одной рукой, он заходит еще дальше в озеро, придерживая другой. — И он появляется только на закате.

— О, нет. — Солнце танцует над линией деревьев вдалеке, окрашивая небо в оттенки розового, фиолетового и оранжевого. По какой-то причине закат здесь всегда кажется ярче, отсюда и такое подходящее название озера. — Может, нам стоит выбраться отсюда?

— У нас все будет хорошо, если мы будем держаться вместе. Но как только мы отпустим друг друга, все будет кончено.

— Это звучит опасно.

— Так и есть. Тебе, наверное, стоит обхватить меня ногами на всякий случай.

Я хихикаю и делаю, как он говорит, поворачиваясь в его объятиях, обхватывая ногами его торс, а руками — шею. Капли воды блестят на его лице и широких плечах, а темные пряди волос падают ему на лоб. А эти глаза… эти темно-синие глаза хранят так много моих секретов…

Клянусь, они обладают какой-то магической силой, потому что каждый раз, когда я смотрю в них — по-настоящему смотрю — все в мире кажется правильным.

— Я вижу, ты дразнил меня из-за нижнего белья, — ехидничаю я, когда хлопок его боксеров касается внутренней стороны моих бедер. И если бы я просто пошевелила бедрами, то почувствовала бы гораздо больше, чем просто боксеры.

Он тихо фыркает и опускает взгляд на мою грудь, где темные струйки воды стекают по бледным округлостям, едва прикрытым темно-синим кружевом.

— И я вижу, ты уже забыла свой новый купальник.

— Он в стирке, — вру я. Я чуть было не надела его под одежду, но решила, что мои лифчик и трусики больше напоминают о старых временах. И сегодня вечером я хочу, чтобы он запомнил это. Хочу, чтобы он вспомнил, какой была наша жизнь до того, как все изменилось.

Мы не можем вернуться назад и изменить направление, в котором жизнь повела нас обоих, но, несмотря на боль, разбитые сердца, чувство вины и стыда, я должна верить, что мы заложили фундамент для чего-то более сильного и стойкого.

Я не знаю, хочет ли Эйден снова оказаться в этом месте, но что-то подсказывает мне, что он не был бы здесь сейчас, если бы в глубине души не скучал по тем людям, которые были в прошлом.

— Я не был здесь много лет, — говорит он, оглядывая озеро и окружающие его деревья.

— На рыбалку с Джесси или Джинкс не ездили?

— Нет, мы обычно ловим рыбу в ручье. С Джеттом это проще. — Он подводит нас на несколько футов ближе к берегу, чтобы встать и поудобнее обнять меня. Обхватив меня рукой за ягодицы, он приподнимает меня ровно настолько, чтобы моя грудь оказалась прижата к его груди, что, судя по трепетанию его ресниц и сжатой челюсти, было случайностью. Случайность, которую он даже не пытается исправить. — Я думаю, что в последний раз я был здесь с тобой.