Враг моего врага (СИ) - Громм Гриша - Страница 13

Надеваю кольцо на палец. Оно ощутимо нагревается — будто узнаёт хозяина.

— Олег, Цыпа, Даниил — со мной, — командую я. — Оружие, артефакты, всё что есть. Выезжаем через пять минут.

— Так точно, — кивает Олег.

Цыпа уже несётся в оружейную. Даниил молча скользит следом. Этот вообще лишних слов не тратит, за что я его и ценю.

Хватаю биту с макрами. Проверяю кольца — родовое и Сольпугиных. Оба на месте.

— Пелагея! — кричу в коридор.

Она появляется через десять секунд.

— Остаёшься за старшую. Охрана поместья — на тебе. Ольгу никуда не выпускать. Фёдор продолжает работу. Если кто сунется — бей первой.

— Поняла, — кивает она.

Выбегаю во двор. Вепрь уже урчит — Толик за рулём, готов.

Олег, Цыпа и Даниил запрыгивают в салон. Я сажусь на переднее.

Толик давит на газ с такой силой, что Вепрь срывается с места, разбрызгивая гравий.

Еду и думаю. Борис — фанатик, нелогичный, на грани безумия. С таким невозможно договориться. Он не боится смерти — он её ждёт, если это послужит Хамелеону. А значит — будет драться до последнего.

— Цыпа, — говорю, не оборачиваясь.

— Да, господин?

— Если увидишь Бориса — не убивай сразу. Мне нужно с ним поговорить.

— А если он не захочет разговаривать?

— Тогда сломай ему ноги, чтоб не убежал.

Цыпа хмыкает. Для него это как «доброе утро» сказать.

Дорога петляет через холмы, потом уходит в предгорья. Вепрь прыгает по ухабам, но Толик держит скорость. Парень за рулём — золото, умеет из этой машины выжать всё.

Вскоре долетаем до развилки. Влево — к побережью, вправо — в горы. Прямо — старая дорога, заросшая по краям кустарником. Там, за поворотом — фермы. Три или четыре заброшенных здания, я видел их на карте, когда изучал окрестности.

— Стоп, — говорю.

Толик тормозит. Мотор работает на холостых.

— Дальше пойдём пешком, — решаю я. — Толик, жди здесь. Мотор не глуши. Если услышишь стрельбу — подъезжай ближе, но в драку не суйся.

— Понял, господин.

Выходим. Олег первый — привычно проверяет периметр, кивает: чисто. Цыпа справа, Даниил слева. Я — в центре, бита на плече.

Идём по дороге. Тихо, быстро. Кусты по бокам — густые, непроглядные. Идеальное место для засады, между прочим.

Но засады нет. Борис — не тактик. Он не будет устраивать ловушки. Он просто притащил Алису в ближайшее укрытие и ждёт.

Чего ждёт? Меня, естественно. С кольцом.

Ну что ж, я здесь.

За поворотом — ферма. Точнее, то, что от неё осталось. Каменные огрызки стен, провалившаяся крыша, пустые оконные проёмы. Рядом — сарай, тоже полуразрушенный. Между зданиями — двор, заросший бурьяном по пояс.

И свежие следы в грязи. Два комплекта — один крупный, тяжёлый. Второй — мелкий, лёгкий.

— Он там, — шепчет Олег, кивая на основное здание.

— Вижу.

Подхожу ближе. Останавливаюсь в десяти шагах от входа.

— Борис! — кричу. — Я знаю, что ты здесь! Выходи!

Тишина. Ветер гоняет пыль по двору.

Из глубины здания сразу же раздаётся голос:

— Покажи кольцо!

— Сначала — Алиса.

— Кольцо! — истерично вопит он. — Покажи, что оно с тобой! Или она умрёт!

Поднимаю левую руку. Кольцо Сольпугиных блестит на пальце.

— Видишь? Оно здесь. Теперь — покажи Алису.

В дверном проёме почти сразу появляется Борис. Лицо — осунувшееся, скулы торчат, глаза запавшие. Безумные, горящие, зрачки расширены так, что радужки почти не видно. Взгляд человека, который давно перешёл черту.

На нём — артефакты. Несколько штук. Браслет на запястье, амулет на шее, что-то на поясе. Подарки от Хамелеона, надо полагать. Отливают тусклым фиолетовым светом — значит, заряжены и активны. Он готов к нашей встрече.

Левой рукой он держит Алису за воротник, как тряпичную куклу. Она в сознании — глаза открыты, но взгляд мутный, потерянный. Не сопротивляется.

— Алиса! — кричу. — Ты в порядке?

Она моргает. Фокусирует взгляд на мне. Открывает рот, но не издаёт ни звука.

— Кольцо, — повторяет Борис. — Бросай его сюда. И камень тоже!

— Отпусти её — и забирай.

Борис смеётся. Дикий, лающий смех. Да он окончательно свихнулся!

— Ты думаешь, я идиот? Думаешь, я не знаю, что ты подготовил ловушку? — он трясёт Алису, её голова мотается туда-сюда. — Брось кольцо на землю и отойди. Все отойдите! На пятьдесят шагов!

— Не получится, — говорю спокойно. — Ты отдашь Алису — я отдам кольцо. Обмен. Одновременно. Или мы стоим тут до утра, мне торопиться некуда.

Борис скалится. Глаза бегают — смотрит на меня, потом на мою команду. Четверо против одного. Он понимает расклад.

— Владыка даст мне силу! — шипит он. — Вы не сможете…

Руки Бориса вспыхивают фиолетовым. Артефакты на нём загораются разом — браслет, амулет, пояс. Волна энергии бьёт во все стороны, как ударная волна от взрыва.

Меня отбрасывает на два шага. Олега — на три. Цыпа удерживается. Даниил упирается шпагой в землю, как якорем.

Борис отталкивает Алису в угол — она падает, ударяется о стену и сползает на пол. Тварь! Но так она в большей безопасности, пока мы здесь не закончим.

Он бросается в мою сторону. Очень быстро — быстрее, чем должен двигаться человек его комплекции. Благословение Хамелеона плюс артефакты — серьёзная комбинация.

Первый удар я блокирую битой. Дерево гудит от удара — макры внутри отзываются, поглощают часть энергии. Но руку до плеча пробивает болью.

Силён, зараза.

Борис бьёт снова — кулаком, усиленным фиолетовым свечением. Уклоняюсь, отступаю. Он не даёт передышки — атака за атакой, безостановочно. Глаза горят, на губах — пена. Он одержим.

Олег заходит сбоку, бьёт рукоятью пистолета по рёбрам. Борис рычит — но не останавливается. Поворачивается к Олегу, взмахивает рукой. Волна фиолетовой энергии швыряет капитана в стену.

— Олег! — ору я.

— Жив! — хрипит он, поднимаясь.

Цыпа налетает на врага сзади — мощный, тяжёлый, как кувалда. Обхватывает Бориса за корпус, пытается повалить. Борис визжит — нечеловеческий, животный визг — и выпускает волну энергии из всего тела. Цыпу отбрасывает метров на пять, он впечатывается спиной в дверной косяк. Тот трещит и ломается.

Вот этого даже я не ожидал…

Даниил — другое дело. Он не лезет в ближний бой. Работает шпагой на дистанции — точные, выверенные уколы. Левое плечо, правое бедро, бок. Три ранения за десять секунд. Борис истекает кровью, но не замедляется. Артефакты пульсируют — затягивают раны прямо на глазах. Не полностью, но достаточно, чтобы он продолжал драться.

— Чёрт, он регенерирует! — рычит Даниил.

— Вижу! Бейте по артефактам! — командую я.

Перехватываю биту двумя руками. Борис поворачивается ко мне — и я бью. Не по нему — по браслету на его запястье. Бита с макрами врезается в артефакт.

Браслет со вспышкой разлетается на куски, осколки летят во все стороны. Борис орёт — хватается за руку, будто обжёгся.

— Один долой, — усмехаюсь я и снова заношу биту.

Олег поднимается, атакует справа. Борис отбивается — но медленнее, чем раньше. Без браслета его сила просела, фиолетовое свечение стало тусклее.

Цыпа тоже на ногах — помятый, злой. Заходит с тыла. Борис мечется между нами, огрызается, бьёт волнами энергии. Но четверо — это четверо. С каждой секундой мы теснее берём его в кольцо, с каждым ударом ему всё труднее отбиваться.

Даниил ныряет под очередной удар и полосует шпагой по поясу — точно по артефакту. Пояс лопается, камни на нём тухнут. Борис шатается.

Два долой.

Остался амулет на шее. Главный, судя по всему — он светится ярче остальных.

Борис понимает, что проигрывает.

— Владыка! — кричит он. — Владыка, помоги мне!

И амулет на его шее вспыхивает — ярко, ослепительно. Фиолетовый свет заливает всё вокруг. Я на секунду слепну.

Когда глаза привыкают — вижу, что Борис стоит у дальней стены. В его руке — что-то вроде диска, маленький, плоский, мерцает. Портальный артефакт. Подарочек от Хамелеона.