Неудачник - книга вторая - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 54

Десять минут спустя, покончив с делами и простившись с графом, он вернулся в особняк и поднял оставленные сумки с золотом. Нести было тяжело, и Клод даже сделал одну остановку. Пока отдыхали руки, он связался с Колином.

«Закончили, – сказал он другу. – Зря ты на меня сердился. Не было там ничего интересного, а вот неприятного хватало. Но теперь ты стал богаче на пять тысяч монет. Тяжёлые, заразы, и сумки режут руки».

«Я их не возьму, – отказался Колин. – Вы дрались...»

«Я тоже не дрался, а золото взял, – возразил Клод. – Дерб наведался в гильдию и сделал почти всю работу. Если бы не ты, этого золота сейчас не было бы. Я уже не говорю о тех, кого ты спас. Так что всё ты возьмёшь. Через год, когда поженитесь, вам пригодятся эти деньги. И это ещё не всё. Если я правильно рассчитал, золота будет столько, что не будешь знать, на что его тратить. Но это пока под вопросом. Тебе ещё раз спасибо, а лафрею за его портал поставь лишнюю бутылку настойки».

«Клод, я не знаю, что делать, – сказал друг. –Лафрей пришёл за настойкой, выпил, а теперь у него не хватает сил вернуться. Лежит на моей кровати и плачет. Такой маленький и несчастный, что мне его жалко. Он это как-то почувствовал и сказал, что никогда не думал, что его будет жалеть человек. Я не хочу говорить Учителю. У лафрея к завтрашнему утру могут появиться силы, а я боюсь, что Грас прикажет его застрелить».

«Знания у него никуда не делись и с ума пока не сходит – зачем его стрелять? – возразил Клод. – Ты только не вздумай ночевать с ним в одной комнате. Жалей его хоть сто раз, но это не отменит того, что это ты его споил! А в таком состоянии...»

«Я уйду в спальню и поставлю защиту. Слушай, Алина говорила о том, что мы принесли Грасу клятву верности?»

«Такого разговора не было, – озадачился Клод. – А зачем вы это сделали?»

«А почему этого не сделать? Подумай сам. Нам всё равно служить императору, а вместе с ним и его главному магу. Кто меня отпустит после работы с лафреем и книг из секретного фонда? А теперь я могу все свои знания передавать Алине. Сейчас она осваивает портал. А клятва... Мы только начинаем жить, а Грас уже заканчивает. Долго она будет нас связывать?»

«Не знаю, может, ты и прав. Много у него таких учеников?»

«Мы единственные. Ладно, ты, наверное, устал, а я отвлекаю болтовнёй. Свяжемся завтра».

Клод забрал с пола сумки и быстро прошёл остаток пути. К его удивлению, кто-то уже заменил входные двери. В гостиной были убраны следы пребывания тёмных, а в разбитое окно вставили новые стёкла.

– Клод, это ты? – спросила выглянувшая из спальни Хельга. – Какая-то у тебя тяжёлая походка.

– А ты хочешь, чтобы я летал с двумя сумками золота? – засмеялся он. – Одна из них наша, а другую отдадим Колину.

– А как со всем остальным?

– Нет больше гильдии. Где-то болтаются две тройки тёмных, да и то их скоро поймают. А у вас, я смотрю, уже навели порядок?

– Пока не везде, – ответила она, – но завтра не останется никаких следов налёта. Это постарались Робер с Каем. И рабочих привели, и наняли слуг. Я сказала, что нужны ещё три стражника, так и с ними успели.

– Если есть золото, в столице всё делается быстро. Покажи мне свои глаза. Так, муть почти ушла.

– Всё вижу размытым, – пожаловалась Хельга. – Скорее бы уж стать полноценным человеком! Сегодня стояла с двумя пистолями в руках и чуть не плакала от досады!

– Ещё дня три, и всё очистится, – пообещал он. – Начнёшь ездить по гостям, а то уже засиделась в четырёх стенах. Я выйду на службу, а ты будешь принимать поздравления.

– Какие поздравления? – не поняла она.

– Ну как какие? Всем будет известно, что мы разгромили ночную гильдию. Никто не мог поймать даже тройки, а мы перебили всех. Только выезжай с охраной, а то мало ли что. Вдруг не выловят последних тёмных, и кто-нибудь из них захочет на тебе отыграться?

– Бедный Колин, – сочувственно сказала Хельга. – Победил тёмных, а из-за ваших секретов лишился заслуженной славы.

– А где Софи? – спросил Клод. – Я видел всех, кроме неё.

– Она обиделась, – сказала Хельга. – Моя сестра показала себя медлительной дурой, из-за чего мы чуть не погибли. Сента не церемонилась и надавала ей по шее. Пока Софи была в панике, обида на время забылась, а сейчас она о ней вспомнила, не нашла у меня понимания и ушла в свои комнаты переживать. Надо будет кому-нибудь с ней заняться, а то подойдут и перережут горло, а она будет этого ждать, закрыв глаза. Я такой никогда не была. Клод...

– Что, любимая?

– Дерб тебе во всём помогает. Вряд ли он делает это из дружбы. Я знаю, что ты ему обещал, но книги нет. Не скажешь, что вы надумали?

– Я скажу, а ты сразу начнёшь переживать!

– А то я сейчас не переживаю! – возразила Хельга. – Бывает, что незнание – благо, но не в этом случае!

– Мы не задумали ничего страшного. Король Аделрик обобрал Крамору и забрал из неё все книги. Нам нужна только одна, но если будет возможность, прихватим и остальные. Там должно быть много и женских книг, а то вы читаете одни и те же, только по очереди.

– Ты для этого учишь портал? – спросила она.

– Начал учить для этого, но, если получится, больше не буду тратить время на дорогу. И потом я ведь учу не одно заклинание портала, а учусь управлять своими силами. Пока получается только тогда, когда я их уменьшаю. Но когда-нибудь...

Глава 17

Алина вошла в зимний сад и направилась по тропинке к одной из скамеек. Проходя мимо кадок с высокими развесистыми кустами, она услышала доносящиеся из-за них всхлипывания. Пригнувшись, девушка пролезла между кустами, стараясь не цепляться платьем за ветки. За кадками стояла ещё одна скамейка, о которой она не знала. На ней лежала и плакала баронесса Лиза Фертинг. Она была самой маленькой среди старших, но по силе уступала только Карин.

– Тебя кто-то обидел? – спросила Алина, у которой от жалости к Лизе на глаза навернулись слёзы. – Я могу чем-нибудь помочь?

– Никто мне не поможет! – сквозь рыдания ответила Лиза. – А тебя я вообще не хочу видеть!

– Почему меня? – опешила девушка. – Я не сделала тебе ничего плохого и не виновата в твоих бедах! Может, тебе обо мне что-то соврали? Мне просто стало тебя жалко.

– Пожалела она! – прекратив плакать, сказала Лиза. – Ты лучше не мешала бы мне выплакаться перед смертью!

– Что ты такое говоришь! – обомлела Алина. – Как тебе можно умирать?

– Что слышала! Хочешь, чтобы я поверила в то, что ты ничего не знаешь?

Она приподнялась, села на скамейке и расправила платье. Чтобы не сгибаться из-за ветвей, Алина присела рядом.

– А что я должна знать? – спросила она. – С вами теперь занимается Гайнер, а вы не докладываете мне о своих занятиях. Я спрашивала у Моны, но она сама не знает.

– Спроси у своего учителя, – сказала Лиза. – Ты у него в любимчиках, может, и ответит.

– А кто вам мешает принести ему клятву? Тоже будете любимчиками.

– Думаешь, вы одни такие умные? Мы уже пробовали, но старик отказал!

– Почему? Кто же отказывается от желающих ему служить?

– Ты не притворяешься, – посмотрела на неё Лиза. – Помнишь текст клятвы? Не своей, а той, которую должен говорить старик. Что он обязан делать в отношении вас?

– Заботиться, – вспомнила Алина. – Так он и так обо всех заботится.

– Нельзя быть такой наивной! – сердито, но уже без прежней злости, сказала Лиза. – Заботится он... О вас заботится из-за того, что твой брат стал магом императора, а жених когда-нибудь будет главным магом! И твою Мону никто не тронет, потому что она герцогиня! А кому нужна такая, как я?

– Ты красивая, хорошая, и у тебя много сил!

– Красивых девчонок много, а старику не нужна наша красота! Про хорошую вообще молчу, а вот сила – это единственное, что его во мне интересует. А мне только шестнадцать лет, и я хочу жить!

Вся злость у неё разом исчезла, плечи поникли, и девушка зарыдала ещё сильнее, чем до прихода Алины. Та растерялась от такой внезапной перемены, а потом пододвинулась и обняла Лизу за худенькие вздрагивающие плечи.