Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 331

Я зажмурился и скрипнул зубами:

— Он похитил Кети.

— Напал на меня в библиотеке, с бритвенным лезвием в ручке зубной щетки. — Нахмурился. — Ты когда-нибудь видел собственные внутренности, Эш? Они совсем не такие симпатичные, как кажется.

— Мальчик-день-рождения похитил Кети, и меня снимают с расследования!

Лен вздохнул, наклонил голову набок:

— Два года восемь месяцев три недели и пятнадцать дней. Вот сколько я здесь пробыл, а ты ни разу меня не навестил. Пока тебе самому что-то не потребовалось.

— Он похитил Кети…

— Ты это уже говорил. — Он взял мой стаканчик с водой, отпил. — Я думал, что мы друзья, Эш.

— Он схватил мою малышку.

Лен откинулся на спинку стула:

— Вот и ты получил по рукам. Мне дали восемнадцать лет. Мне кажется, я заслужил небольшой разговор для начала, как ты думаешь? — Он поджал губы и уставился на потолок. — На кого ставишь сегодня вечером — на «Вориэрз» или на «Абердин»?

— Ради всего святого, Лен. — Я взглянул на висящие на стене часы, — У меня осталось двенадцать минут, потом меня отсюда вышибут пинком под зад.

— Так вот я и говорю, восемнадцать лет мне дали. — Улыбнулся.

— Хорошо. На Абердин.

— Да что ты? Кажется, на этот раз у нас есть шанс. Боб Исон прикупил пару неплохих игроков в этом сезоне. Хоть они и выглядят как Голлумы[103] в спортивных шмотках, но в футболе, кажется, разбираются.

Я сжал руки в кулаки:

— Лен, он убьет ее!

— Слушай, я вот что хочу понять: почему он выбрал ее? Почему ты? — Скрутил в пальцах кончик бородки. — Почему он выбрал кого-то из следственной бригады? Почему все это такое личное? Это слишком рискованно и слишком пафосно, прямо как из фильма какого-то. Такого в обычной жизни не бывает.

— Я видел поздравительную открытку. Она у него.

— Хммм… — Молчание. Потом: — Может быть, ты напугал его? Может быть, ты стал копаться своими липкими пальцами в его грязном белье и он решил… вывести тебя из игры?

— Скажи мне, кого вы подозревали?

— А ты знаешь, мамаша Филиппа Скиннера мне пишет. Каждый месяц я получаю но почте громадный пук бумаги, в котором она рассказывает мне о том, как идут у нее дела, что случилось в последних сериях сериала и чем занимаются ее внуки. Конечно же она на самом деле пишет не мне, она пишет Скиннеру…

— Лен, пожалуйста.

Он поставил на стол стаканчик с водой. Вздохнул:

— Ну, был там один сержант из северного управления, но, мне кажется, он повесился… Оказалось, что он был замешан в истории с детской порнографией. Нашли у него в кабинете корзину со смятыми распечатками с компьютера, выпачканными в сперме. Ну, решили, что это часть криминальной цепочки, ты знаешь, как действуют наши ребята… Потом еще был один журналист из «Абердин экзаминер»… — Нахмурился. — Толберт? Талберт? Талберт, — но мы не смогли под него подкопаться. Еще Хэрриет Вудз. Она была частным сыщиком в Данди. Потом уехала куда-то в Дубай.

Я записал в блокнот имена и детали.

Лен наклонился, положив на крышку стола громадные руки:

— Скиннер признался, а откуда мне было это знать?

— Кто-нибудь еще?

— Психологический портрет совпадал один в один. Генри Форрестер был на допросе, так вот, он сказал, что Скиннер — наш человек.

— Я знаю.

— Эти мальчишки — он насиловал их и разрезал на куски…

— Лен, еще был кто-нибудь?

Он посмотрел на стол — губы сжаты, глубокая складка между бровей.

— Пapa придурков, Ахмед Могхадам и Денни Кроуфорд, и еще какая-то тетка, которая думала, что Иисус живет у нее в подвале… — Постучал пальцами по крышке стола — тук-тук-тук, тук, тук, тук, тук-тук-тук. — Иногда по ночам я слышу, как он кричит.

37

— Прочь с дороги! — Я зажал мобильник между ухом и плечом и снова нажал на гудок, но козел в «субару» отказался выползти с внешнего ряда. — Ну же, Генри, ОТВЕТЬ ТЫ НА ЭТОТ ГРЕБАНЫЙ ЗВОНОК!

Козел наконец-то переместился в другой ряд, и я снова смог прибавить газу. Самое смешное, я даже не заметил, как он показал мне в зеркало заднего вида средний палец.

Голосовая почта:

— Генри, куда ты, мать твою, делся? Перезвони мне.

Набрал Рону.

Мимо проносились ноля, застроенные теплицами. Зеленый дорожный знак: А90, Данди 9, Форфар 23, Олдкасл 34, Абердин 7 5.

— Шеф? Господи, я услышала про Кети, с вами все в порядке?

— Наконец хоть кто-то отвечает на мои звонки!

Стрелка спидометра подползла к восьмидесяти пяти.

— …я не…

— Мне нужно, чтобы ты пробила по центральной базе несколько человек, о’кей? Только никому не слова. — Я вытащил блокнот, приложил к рулевому колесу и перелистнул несколько страниц. Зачитал ей список имен, которые дал мне Лен. Заставил повторить. — Слушай, это очень серьезно — никто не должен знать об этом. Ни Вебер, ни Дики, ни даже Хитрюга Дейв.

Тишина.

— Рона?

— Почему вы мне сразу не позвонили? Сами говорите, что они на звонки не отвечают. Почему мне сначала не позвонить? Я бы сразу помогла. Я всегда помогаю. Я рубашки вам погладила!

Я еще и об этом должен беспокоиться…

— Рона, Мальчик-день-рождения собирается в понедельник мою дочь убить, ты это понимаешь? У меня голова совсем другим занята.

Стрелка спидометра подползла к девяноста, и моя нога уперлась в пол. Все, большего из «рено» выжать было невозможно. Швырнул блокнот на пассажирское кресло. Промчался мимо громадного трейлера с надписью на боку: «СКОТИАБРЭНД ВКУСНЫЕ ЦЫПЛЯТА ЛТД. ЦЫПЛЯТА ПРОСТО ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ!»

На другом конце линии Рона закашлялась:

— Простите. Я не хотела.

— Ничего. Я тоже. — Глубоко вздохнул. — Я очень ценю твою помощь. Просто… просто сегодня не самый удачный день.

Констебль Джули Вилсон, уставившись на плитки подвесного потолка, крутилась на вертящемся стуле, вслед за ней развевались светлые волосы.

— Дваааа нооль, дваааа нооль… — Остановилась. Закрыла рот. Поерзала на сиденье. — Простите, шеф.

Комната криминального отдела была почти пустой. Из небольшого радиоприемника, стоявшего на столе рядом с электрическим чайником, доносился шум матча «Вориэрз» — «Абердин».

— Это Моррисон, он делает передачу Чепски, Чепски — Вудсу… — Рев толпы, скандирующей: — Поедете домой в кастрюльке расписной…

Джули вскочила на ноги, одернула черную футболку:

— Мы слышали про Кети, шеф… Нам очень жаль. Я не хотела… Да выключит кто-нибудь это чертово радио?

Кто-то из констеблей нажал на кнопку.

Молчание.

Она опустила глаза:

— Простите, шеф.

Я прошел в кабинет к Веберу.

Он сидел за рабочим столом, сморщенное лицо покрыто глубокими морщинами. Удивляться этому не стоило — рядом с ним, на одном из стульев для посетителей, сидел, напряженно выпрямив спину, помощник начальника полиции Драммонд. Рядом с ним на другом стуле сидел детектив-сержант Засранец-Смит. Оба повернулись и уставились на меня.

Вебер снял очки и протер их носовым платком:

— Ну как, Мишель держится?

— Я… — Даже не стал об этом спрашивать, поехал на встречу с Леном. — Вы уже закрыли Стивена Уоллеса?

— Мы говорили только о стоянии со свечами в знак скорби. Мы, естественно, добавим Кети к…

— Вы его закрыли или нет?

Помощник начальника полиции стряхнул с брючины пушинку:

— Я был весьма опечален, констебль Хендерсон, услышав информацию о вашей дочери. Но я также несколько озабочен тем, что случилось с этим… — Он вопросительно поднял бровь в сторону Смита.

— Ноа Маккарти, сэр.

— Спасибо, сержант. Он написал заявление. Утверждает, что вы напали на него и хотели выбросить с балкона четырнадцатого этажа?

— Да пошел он. — Я уставился на Вебера. — Стивен Уоллес.

Вебер вздохнул:

— Я отправил все патрульные машины на улицу — искать Кети, вся дневная смена…