Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Беннет Арнольд - Страница 330

Детектив-сержант Гиллис потянул на себя ручной тормоз и выключил мотор. «Рено» застонал и пискнул. Капли дождя барабанили по крыше и капоту.

— Пффф… — Его дыхание воняло прогорклым табачным дымом. Запах усилился, когда он почесал свою бороду. — Без обид, приятель, но твоя машина просто кусок дерьма.

Я протянул руку:

— Ключи дай.

— Дики просто пытается присмотреть за тобой.

Ярко-красный «альфа-ромео» стоял напротив моего… напротив дома Мишель, окно со стороны водителя приоткрыто, в салоне две фигуры. Из-за дождя, барабанящего по ветровому стеклу, лица смазаны, и людей узнать почти невозможно. Дженнифер и ее фотограф Фрэнк.

Кажется, больше никого из их братии рядом нет, иначе все пространство перед домом кишело бы этими уродами.

— …что надо делать, о’кей?

Я моргнул:

— Да.

Гиллис положил ключи в протянутую ладонь:

— Нет, действительно, если тебе чего-нибудь нужно, ты только дай знать. Ну… если смогу, конечно.

— Зачем?

Гиллис шмыгнул носом, сжал губы, отчего его усы ощетинились.

— А я все думаю, как это было бы для меня, если бы ублюдок похитил одного из моих детей. — Он покачал головой, и грязно-желтые завитки волос закачались вокруг приличной проплешины. Ткнул пальцем в большой черный «БМВ», припарковавшийся на другой стороне дороги. — Если бы Дики мог оставить тебя, он бы точно это сделал. Ты это знаешь, так ведь?

Я открыл дверь машины и вылез под дождь.

Он вышел за мной:

— А на счет Ноа Маккарти ты не беспокойся — я своими глазами видел, как ты пытался его спасти.

Гиллис поднял воротник и поплелся через лужи к поджидавшему его «БМВ». Когда машина стала отъезжать, из заднего окна выглянула доктор Макдональд, растопыренными пальцами упираясь в стекло и кусая нижнюю губу. Машина доехала до конца дороги, вспыхнули тормозные сигналы, потом повернула направо и исчезла из виду.

Я стоял и смотрел им вслед, пока у меня по спине не потекла струйка холодной воды.

Навещать Стивена Уоллеса было слишком рано. Нужно было подождать до темноты, чтобы он оказался дома и чтобы все остальные уже спали. Хотя Дики мог уже установить за ним наблюдение… Как-то не очень получалось, что я смог бы спокойно подойти к входной двери и вышибить ее ударом ноги.

А что, если это был не он? Что, если у Стивена Уоллеса не было тайной комнаты в его заново переделанном винном погребе, в которой он мог бы пытать до смерти двенадцатилетних девочек?

Рисковать не стоило.

Дики был нрав — нужно было войти в дом и остаться с Мишель. Играть роль готового прийти на помощь бывшего мужа. Притворяться, что все будет о’кей. Сидеть в темноте и ждать, когда найдут тело Кети.

Залез обратно в машину и вытащил мобильный телефон.

Сабир взял трубку с восьмого гудка:

— Лучше, чтобы у тебя было что-нибудь важное, на всякое дерьмо времени нет!

— Мне нужны имена и адреса подозреваемых за последние семь лет.

Молчание.

— Сабир?

— Эш, я очень сожалею о том, что случилось с Кети. Но Лики переговорил со всеми — мы не имеем права ничего тебе сообщать. Я не могу. Слушай, мы делаем все, что в наших…

Я повесил трубку. Набрал номер Генри.

Его мобильник звонил, звонил и звонил и наконец переключился на голосовую почту.

— Генри, это Эш, перезвони мне, пожалуйста. Это очень срочно.

Окна запотели. Я постучал пальцами по приборной доске. Подождал.

Еще раз набрал. Получил в ответ ту же самую запись с просьбой оставить сообщение после гудка. Снова дал отбой.

— Черт! — Врезал ладонями но рулевому колесу. Глубоко вдохнул: — ЧЕРТ! Черт, твою мать… ЧЕРТ! ААААААААГХ! ТВОЮ МАТЬ! — Слюна забрызгала ветровое стекло.

Горло горело, в висках пульсировала кровь, где-то за глазами сверкали блестящие искры.

В водительское окно кто-то постучал. Я обернулся, но стекло было мутным от дыхания. Опустил его вниз.

Это была Дженнифер. Стояла под черным зонтом, завернутая в пальто из верблюжьей шерсти, глаза прищурены. Наклонилась:

— Кхм… Эш, с тобой все в порядке?

— Без комментариев.

Она пристально смотрела на меня:

— Я понимаю, что мы… Слушай, сейчас совсем не важно, что произошло между тобой и мной, так ведь? Самое важное сейчас — это Кети.

— Я же сказал — без комментариев.

— Эш, я хочу, чтобы ты знал — «Касл ньюз энд пост» сделает все возможное, чтобы вернуть Кети. Хочешь, мы разместим твое персональное обращение? — Облизала губы. — Мы сделаем все так, что Мальчик-день-рождения поймет, какую боль и несчастье он приносит. Хочешь, разместим фотографию комнаты Кети, пару цитат ее матери…

— Сегодня суббота. Ее день рождения в понедельник. — Я повернул ключ в замке зажигания. — К тому времени, когда он прочтет вашу чепуху, она уже будет мертва.

Тюрьма строгого режима Гленочил находилась в полутора часах езды к югу от Олдкасла. Пара ржавых хетчбэков перед административным зданием — больше на парковке машин не было.

Еще раз набрал номер Генри — снова чертов автоответчик. Позвонил Веберу. По крайней мере, он отвечает на телефонные звонки.

— Алло?

— Это Эш.

— А-а… — Вздох. Потом приглушенный голос: — Извините, я должен ответить… — Металлический звук, какое-то шуршание, и голос Вебера вновь зазвучал в трубке: — Где ты?

— Мне нужны имена подозреваемых, которые есть у Дики.

— Не будь идиотом. Заместитель начальника шефа полиции Драммонд от меня не отходит, а скользкое дерьмо Смит ходит вслед за ним и все записывает. Я хочу тебе помочь, ты знаешь это, но они…

— Я же не прошу тебя дать мне свою почку, черт побери, мне нужна всего пара имен!

— Да знаю я, знаю. — Вздох. — Слушай, где ты находишься?

— Делаю то, что ты должен был делать.

Отключил мобильник, сунул его в карман. Потом вылез из машины и пошел к тюрьме.

— Да, такие правила. — Офицер тюремной службы потер пальцем нос, как будто эти правила были там написаны шрифтом Брайля. — Заключенному ничего не передавать. От заключенного ничего не принимать. После окончания вашего визита он будет раздет догола и обыскан. У вас есть пятнадцать минут, потом он вернется в камеру.

Я кивнул. Положил перед собой на стол блокнот и ручку.

Комната для встреч выглядела так, как будто в ней должен был проводиться экзамен — деревянные, покрытые пластиком столы со стульями по обе стороны стояли в восемь рядов. Они располагались достаточно свободно, давая беседующим известную долю приватности, а камерам наблюдения — хорошую линию обзора.

На полу ковролиновое покрытие с темными пятнами от пролитого кофе.

Раздалось негромкое жужжание, и тяжелая металлическая дверь в дальнем конце комнаты распахнулась. Вошедший охранник встал рядом с дверью, и наконец в комнате появился Лен.

Он был на добрую голову выше своего сопровождающего, большой лысый череп в обрамлении седой щеточки аккуратно подстриженных волос, круглые очки и маленькая седая бородка с усами в виде велосипедного руля. Немного похудел, слегка расширился в плечах. Наверняка проводил достаточно времени в тюремном тренажерном зале.

Лен сел напротив меня и кивнул, как будто мы совсем недавно виделись на утреннем брифинге, хотя прошло уже больше двух лет:

— Эш.

— Шеф.

— Уже не шеф. — Улыбнулся. Его голос был таким низким, что на крышке стола задрожал пластиковый стаканчик с водой. — Или, если хочешь, давай играть по-старому: я буду детектив-суперинтендант Мюррей, а ты — детектив-инспектор Хендерсон.

— Мне нужно знать подозреваемых по делу Мальчика-день-рождения. Всех.

— Я в порядке, спасибо. После того как сняли швы, мне значительно лучше. А то чесалось все время.

— Лен, я серьезно.

— Ну, а поскольку бывший констебль Эванс еще в течение шести месяцев будет вынужден принимать пищу через трубочку, то полагаю, что я победил. — Он взял в руки пуговицу на своей рубашке: — Хочешь шрам посмотреть? Любопытное зрелище.