Я есть Закон! (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 47

Мы вошли внутрь, и на меня тут же обрушилась звуковая волна. Клуб оказался огромным. Пространство было чётко поделено: с одной стороны находилась более-менее спокойная ресторанно-барная зона с мягкими диванами, а с другой — колоссальных размеров танцпол, залитый вспышками света, откуда била по ушам громкая ритмичная музыка.

Мы прошли в ресторанную зону и заняли вип-столик, с трёх сторон огороженный ширмами.

— Олег Борисович, — я слегка повысил голос, чтобы перекрыть гул. — А почему мы пришли именно сюда? Почему не в обычный ресторан, где можно спокойно отметить наш успех в тишине?

Маньков хищно ухмыльнулся, залез во внутренний карман и с торжественным видом положил на стол тяжёлую золотую карту.

— А вот почему! — с гордостью заявил он. — Пятьдесят процентов скидка на жратву и семьдесят — на бар! Мы с тобой, конечно, теперь богатые люди, но семьдесят процентов — это семьдесят процентов!

Я посмотрел на кусок пластика, дающий столь нерационально щедрый дисконт, и спросил:

— А откуда у вас такая карта?

Шеф довольно рассмеялся, откидываясь на спинку дивана, и пояснил:

— Хозяин клуба подарил! Лично в руки вручил в знак огромной благодарности. За то, что я помог ему исключительно удачно разделить имущество при разводе. Жена хотела оттяпать половину этого заведения, а в итоге осталась с подержанной китайской машиной. Так что гуляем, Илюха!

Мимо нашего столика проплыла пара официанток. Их униформа состояла из минимального количества ткани, что с точки зрения эргономики казалась совершенно непрактичным, однако Маньков проводил девушек исключительно довольным взглядом.

— Значит так, Илюха, — сказал шеф, наклоняясь ко мне через стол, чтобы перекрыть гул музыки. — Я своей жене сказал, что до самого утра буду занят важнейшим делом. Типа встречаюсь с очень серьёзными инвесторами, которые хотят вложиться в расширение нашей конторы. Легенда железобетонная! Так что тусить мы сегодня будем до талого! До самого рассвета!

— Я до утра не могу, — ответил я.

Улыбка мгновенно сползла с лица Манькова.

— В смысле «не могу», Таранов? — искренне возмутился он. — Ты сдурел⁈ Мы пришли отметить колоссальный успех нашего дела! Для тебя это вообще первый серьёзный куш, боевое крещение! И ты мне сейчас сидишь и лепишь что-то про «не могу»?

— Но у меня Света дома, — попытался я объяснить объективные обстоятельства. — Она ужин готовит. Будет меня ждать, волноваться. К тому же у нас со Светланой сегодня тоже есть весомый повод для…

— Таранов! — рявкнул шеф, не дав мне договорить. — Не зли меня! Я у жены отпросился! До утра! А это дорогого стоит! Мы должны сегодня оттянуться по полной программе!

Я посмотрел на начальника с лёгким недоумением. Его логика откровенно давала сбой.

— Но вы же не отпросились, Олег Борисович, — резонно заметил я. — Вы обманули свою супругу, предоставив ей заведомо ложную информацию о деловой встрече.

Маньков возмущённо фыркнул, пододвигая к себе меню.

— Илюха, ты думаешь, она бы меня вот так просто, с ходу взяла и отпустила до утра пить с тобой виски? Я перед выходом выслушал часовую лекцию о том, как должен вести себя порядочный мужчина в моём возрасте! Моя нервная система заслужила компенсацию!

— Я понимаю вашу потребность в отдыхе, — примирительно сказал я. — Просто Света будет переживать, если я надолго задержусь.

— Так позвони ей и скажи, чтобы спать ложилась! — безапелляционно заявил Маньков. — Вот вырастет, выйдет замуж, и пусть тогда за мужа своего переживает и ждёт его по ночам. Звони давай!

Я вынужден был признать, что уведомить Светлану об изменении планов — это правильный и необходимый шаг, чтобы не заставлять ребёнка нервничать. Я достал из кармана телефон, разблокировал экран и нашёл нужный контакт. Но поговорить не представлялось возможным. Диджей на танцполе как раз включил новый трек, и тяжёлые басы ударили по ушам с такой силой, что завибрировала столешница. Я прижал динамик к уху, но не услышал даже гудков.

Показав шефу на телефон и знаками объяснив, что здесь невыносимо шумно, я поднялся с дивана и направился к выходу из клуба. Придётся выйти на улицу, чтобы нормально поговорить.

Я вышел на улицу, отошёл подальше от вибрирующих дверей клуба, завернул за угол здания и набрал номер Светы. Та сняла трубку после первого же гудка.

— Да, дядя Илья? Что-то случилось? — с ходу спросила девочка, и в её голосе слышалось напряжение.

— Всё в порядке, Светлана, — поспешил я её успокоить. — Никаких форс-мажоров не произошло. Просто мой руководитель настоял на обязательном корпоративном праздновании нашего успеха. Мероприятие затянется. Поэтому я буду дома только утром. Ложись спать, не жди меня и не волнуйся.

— Поняла… Хорошо вам отдохнуть! Вы заслужили! — с явным облегчением выдохнула Света, а я нажал отбой.

Спрятав телефон, я направился обратно к входу в клуб. Толпа у дверей немного поредела, но прямо перед рамкой металлоискателя разворачивалась конфликтная ситуация. Охрана преградила путь двум молодым женщинам лет двадцати — двадцати пяти. Обе были весьма симпатичными и, на мой объективный взгляд, одеты были вполне в рамках местного негласного дресс-кода, который я только что изучил.

Первая, эффектная блондинка, была облачена в дерзкое, облегающее мини-платье, переливавшееся в свете неона; вторая, жгучая брюнетка, выбрала более элегантный, но не менее привлекательный стиль: длинное, струящееся тёмное платье с глубоким разрезом на бедре.

Брюнетка молча и холодно смотрела на охрану, а вот блондинка активно возмущалась.

— Но почему⁈ — восклицала она.

— А я не обязан тебе ничего объяснять! — ответил ей мелкий, вертлявый мужичок в водолазке. — Мы вас сегодня пропустить не можем, и всё!

Раньше его на входе не было, стояли только два здоровых охранника. Видимо, это был их начальник.

— Но мы здесь были на прошлой неделе! — не сдавалась блондинка, уперев руки в бока.

— На прошлой неделе были, а сегодня вам зайти не получится, — криво ухмыльнулся мужичок.

— Но почему⁈ — с нарастающим гневом повторила девушка. — Я хочу знать причину!

Мужичок смерил её пренебрежительным взглядом с ног до головы.

— А ты мне просто не нравишься! — с откровенной издёвкой и вызовом бросил он, упиваясь своей крошечной властью.

[ УЩЕМЛЕНИЕ ПРАВ ]

В моей груди вспыхнула искра Ядра Истины, реагирующего на несправедливость. Я вклинился между самодовольным начальником охраны и девушками.

— Ваши личные симпатии не имеют ни малейшего юридического значения! — произнёс я, нависая над мужичком.

Тот отшатнулся, а два знакомых мне охранника благоразумно сделали шаг назад, помня, что я пришёл с важным гостем, размахивающим золотой картой.

— Ты ещё кто такой? — огрызнулся мужичок. — У нас фейсконтроль! Клуб — частная собственность. Мы можем отказывать во входе, не называя причины! Право заведения!

— Это вам так только кажется в силу вашей правовой неграмотности, — сказал я. — На самом деле, согласно статье четыреста двадцать шесть Гражданского кодекса Российской Федерации, деятельность ночного клуба признаётся публичным договором. Вы, как коммерческая организация, не имеете права оказывать предпочтение одному лицу перед другим. А часть третья той же статьи прямо гласит: отказ от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить услуги — не допускается. Дискриминация потребителей категорически запрещена. Девушки трезвы, опрятны, общественный порядок не нарушают. Ваш отказ незаконен.

Мужичок захлопал глазами, пытаясь переварить обрушившийся на него поток юридических терминов. Поняв, что на поле Гражданского кодекса он бит, он попытался ухватиться за последнюю соломинку.

— Э-э… а у нас ограничение по возрасту! — заявил он. — Вход строго с двадцати одного года! А они выглядят…

— Эй, упырь! — блондинка не стала ждать, пока он закончит фразу, она молниеносно выхватила из сумочки паспорт и раскрыла его прямо перед носом мужика. — Мне двадцать шесть! Съел?