Всадник на белом коне. Трилогия (СИ) - Морозевич Юрий В. - Страница 126

Тот встал и подошел ближе, протягивая для приветствия руку.

— Здравствуйте, — сказал он.

— Кто вы такой? — подозрительно спросил Фрэд.

В глазах незнакомца промелькнула улыбка и почти сразу же угасла.

— Моя фамилия Двинский. Алексей Агафонович Двинский, начальник Службы информационного обеспечения космопорта Ивато. А вас я знаю, можете не представляться: Фрэд Ньюман и Алина Фокина, последний экипаж рейдера «Леопард», бесследно исчезнувшего двести лет назад и неожиданно объявившегося на орбите Марса. Верно?

— Верно, — рассеянно ответил Фрэд.

Осведомленность Двинского его нисколько не удивила, гораздо интереснее было другое.

— Космопорта?.. — спросил он. — Ивато?.. Не слышал. Где это? И вообще, причем здесь космопорт? Куда нас привез этот ваш... Ивар?

— Мадагаскар, — Двинский, наконец, опустил руку, так и не дождавшись рукопожатия. — Есть такой остров в Индийском океане. Здесь расположена резиденция грагалов, самая крупная во Внеземелье. Неужели не знаете?

Фрэд отрицательно покачал головой.

— Ивар не счел нужным поделиться с нами хоть какими-нибудь сведениями, — сообщил он. — Так, одни общие фразы. Может быть, это сделаете вы? Похоже, островные... хм... наблюдатели интересовались нами лишь в качестве подопытных кроликов. Контакт носил весьма односторонний характер, они вообще избегали попадаться нам на глаза. Так что мы с Алиной до сих пор не имеем никакого понятия ни о том, что за истекшие двести лет случилось с Землей, ни даже о том, кто такие грагалы. Помнится, диспетчер с Фобоса говорил что-то похожее да сотрудники МАКОДа пару раз упоминали этот термин в нашем присутствии, но это все... Полнейший информационный вакуум, если вы понимаете, о чем я говорю.

— Присядем? — вместо ответа произнес Двинский. — В ногах, как говорится, правды нет.

Он занял одно из мягких кресел, расставленных вокруг столика широким полукольцом, дождался, пока Фрэд и Алина займут свои прежние места на диване, а затем сказал:

— Ограничение в доступе к информационным потокам для меня самого является загадкой, объяснить которую я не берусь. Пусть это останется на совести МАКОДа или тех, кто удерживал вас на острове. А может, и тех и других.

Он замолчал и обвел гостей внимательным взглядом.

— Как я понял, за истекший год вопросов у вас накопилось немало, — сказал он. — Ответить на все я вряд ли сумею, но могу попробовать внести в ситуацию хоть какую-то ясность. Однако прежде, чем мы приступим, хотелось бы услышать вашу одиссею.

Возражений не последовало.

Фрэд, переглянувшись с Алиной, начал рассказ, не опуская самых незначительных подробностей. О проникновении внутрь загадочного темпор-объекта, накрывшего весьма существенную часть поверхности Марса... о долгом блуждании вслепую среди студенистых белесых облаков... о зеркальных порталах, открывших путь на таинственную планету в системе Регула, и, наконец, о совершенно невероятном подарке судьбы — «Леопарде», без которого возвращение никак не могло состояться.

Двинский слушал молча, не перебивая. Иногда удивленно задирал бровь, иногда кивал, словно услышанное полностью подтверждало давным-давно сделанные предположения.

Рассказ о злоключениях двух несчастных людей, угодивших в устроенную коварным Внеземельем ловушку, завершился описанием фактического ареста службой МАКОДа и последовавшего бесцельного прозябания в зоне спецкарантина на коралловом острове.

Хозяин кабинета некоторое время молчал, словно раскладывая полученную информацию по полочкам, а потом произнес:

— Что ж, есть над чем поразмыслить. Нечто вроде этого я себе и представлял. А теперь спрашивайте.

— Кто такие грагалы? — немедленно сказал Фрэд.

Двинский слегка усмехнулся.

— Ивар... я... да и вы в какой-то мере. Двести лет назад, в ваше время, в ходу был термин «экзоты». Знакомо?.. Так вот, грагалы — те же экзоты, только сильно эволюционировавшие, научившиеся держать под контролем обширный набор доставшихся от Внеземелья суперспособностей. Вы тоже научитесь... со временем.

— И что, земляне вот так просто смирились с тем, что им приходится делить планету с... э-э... скажем корректно, не с людьми в традиционном понимании этого слова? Честно говоря, верится слабо. В наше время от таких, как мы, шарахались прочь, словно от зачумленных.

— Ну, это не совсем так, — Двинский смотрел на Фрэда слегка прищурившись, словно пытался углядеть в нем нечто такое, чего не рассмотришь обычным взором. — Были и те, кто наоборот, рвался изо всех сил, чтобы попасть в спецзону на Япете. Особенно после того, как стало понятно, что экзоты — потенциальные долгожители.

— Я не говорю про отдельных представителей рода человеческого, — парировал Фрэд. — Речь идет о массовом сознании. А в нем понятие «экзот» равносильно понятию «нелюдь» или даже «монстр».

— Согласен. А что касается ответа на ваш вопрос... Грагалы не делят Землю с людьми. В этом больше нет никакого смысла. Там, среди звезд, мы обрели новый дом, Новастру. Целую планету, до невозможности похожую на Землю, а в чем-то даже более прекрасную. Словно специально созданную для комфортного проживания на ней представителей homo sapiens. И тем более удивительно, что очень многие из нас, искренне полюбив новое пристанище и неподдельно восхищаясь красотами обретенного мира, по-прежнему тоскуют о далекой прародине и стремятся попасть сюда при любом возможном случае.

— Ну вот, а вы говорите, никаких конфликтов. Почему-то не верится, что экзотов... простите, грагалов принимают здесь с распростертыми объятиями. Особенно, если учесть наш собственный горький опыт.

— И опять вы правы. Взаимоотношения с землянами очень непросты и больше смахивают на деловое партнерство. Хоть и с определенными ограничениями, но им пришлось смириться с присутствием в своей жизни грагалов в обмен на помощь в решении технологических и социальных проблем, которых за последние века накопилось хоть отбавляй. Возьмем хотя бы вопрос перенаселения. Распутать этот клубок без вмешательства извне оказалось попросту невозможно. А мы предложили решение, которое устроило всех.

— Даже боюсь себе представить, какое, — буркнул Фрэд. — Надеюсь, до стерилизации дело не дошло?

— Что вы, — рассмеялся Двинский. — Все гораздо проще. Миграция.

Фрэд поднял бровь.

— Да-да, самая обычная миграция. Про Дигею, надо полагать, вы тоже ничего не слышали? Ну, конечно...

Двинский вздохнул.

«Ничего не поделаешь, придется дать хотя бы самое начальное представление о том «новом дивном мире», куда коварная судьба забросила невольных путешественников во времени. Боюсь только, лектор из меня неважный. Но поскольку другого все равно нет...»

Он еще раз вздохнул и приступил к обстоятельному повествованию.

Новоявленные кандидаты в грагалы слушали внимательно, буквально впитывая и пропуская через себя каждое слово.

Для начала Двинский поведал об открытии способов быстрого перемещения в гиперпространстве, возвращении на Землю и последовавшей за ним исторической Марсианской Конвенции Двух, закрепившей пребывание вчерашних экзотов в солнечной системе. После чего, вскользь упомянув о Новастре, сразу же перешел к вопросам, связанным с Дигеей. Информация об открытии даже не одной, а целых девяти землеподобных планет вызвала удивленную реакцию не только у Фрэда, но даже у его спутницы, которую шеф информационного отдела уже успел про себя окрестить «блондинкой обыкновенной, не обремененной никакими специальными познаниями, а возможно, и вообще образованием выше среднего». Глядя на собеседников, он и сам вдруг осознал, до какой степени неправдоподобным выглядит существование в одном ограниченном участке пространства такого количества планет с развитой биосферой земного типа, однако без каких либо признаков разумной жизни. Словно сама природа, предвидя грядущие демографические и социальные потрясения на матушке-Земле, внезапно решила озаботиться созданием комфортного жизненного пространства для своих любимых, но на удивление безрассудных чад. А если добавить сюда еще и Новастру... Все эти миры начинали выглядеть некими артефактами, совершенно невозможными с точки зрения теории вероятности.