Лекс. Книга 1 (СИ) - Нетт Евгений - Страница 36

В общем и целом я ничего не имел против студенческих романов, да только наше с Эльзой происхождение делало всё на порядка так два сложнее. Не потому, что это был потенциальный мезальянс, — ни на что не претендующий отпрыск графа не особо далеко ушёл от дочери барона, — а из-за неиллюзорных рисков того, что за симпатией девушки могли торчать уши самого барона.

«Ненавижу интриги всем сердцем, но там, куда стоит стремиться, без них никак. Увы и ах, Лекс. И ладно бы только это…».

Я поморщился от того, насколько отчётливо в памяти отложился момент, когда я попросил Эльзу присмотреть за Алисией, надеясь скинуть заботу о ней на чью-то не столь больную голову хотя бы на время.

Вспомнил лицо рыжей оторвы в тот момент, и понял, что это была ошибка.

Не потому, что Эльза не справится. С её характером она катком пройдётся по кому угодно, и даже не вспотеет. Просто сам факт такой просьбы, во-первых, был ей как пощёчина, если это всё-таки попытки сблизиться, а не банальная вежливость.

А во-вторых, обратившись к Эльзе, я автоматически поставил Алисию в унизительное положение «подопечной», а Шталь дал лишний повод считать, что между мной и блондинкой есть нечто большее, чем просто взаимная вежливость и тянущаяся с малых лет дружба.

«Сделанного не воротишь, а тупость на состояние аффекта после перерождения не спишешь», — мрачно резюмировал я, доедая последний кусок. — «Теперь главное — не усугубить. Ещё бы время найти на эти игрища…».

Вздохнув и признав собственную недальновидность, я кое-как привёл себя в порядок — умылся, причесался, разгладил вчерашний костюм-химеру, дополнив композицию новыми, чистыми и целыми элементами взамен утративших лоск. Получался своего рода корабль Тесея, но мне было наплевать, покуда смотрелось это более-менее прилично.

Я вышел в коридор, заперев за собой дверь, и, напрягши память, спустился в холл восточного крыла — «главный перекрёсток» общежития, встретивший меня тишиной и щепотками абитуриентов. Кто-то из них читал, кто-то переговаривался в углу, а кто-то бросал на меня любопытные взгляды, которые я демонстративно не замечал, проследовав к доске объявлений.

Эта приметная громадина шириной в шесть метров была сплошь усеяна листками бумаги: расписания подготовительных групп, консультаций, часы работы библиотеки, «окна» в столовой, профилактические осмотры в медицинском крыле с требованием зайти и заранее получить все справки…

Всё это пока что было необязательным — экзамены отложены, и абитуриентам предлагалось самим решать, чем занимать время. Меня такой расклад более чем устраивал по понятным причинам, но я всё равно прошёлся взглядом по каждому документу, запоминая и мысленно формируя рейтинг их значимости.

Хотелось выжать из внепланового «сезона подготовки» все соки, но пока оставалось только смотреть и облизываться, решая насущные, не терпящие отлагательств вопросы.

Кивнув смутно знакомому и поприветствовавшему меня парню, который удрал быстрее, чем я успел открыть рот, я переместился к одному из солидных, гробообразных и украшенных медью терминалов, расположенных тут же.

Функционал устройства ограничивался отображением интерактивной карты академии, но и это был хлеб: я быстро узнал, где нахожусь, и как добраться до библиотеки, читальных залов и медицинского крыла. Не обошёл вниманием и столовую с учебными аудиториями и основными административными помещениями — на будущее, чтобы не задаваться этим вопросом дважды.

И я уже собирался двинуться дальше по своим делам, когда за спиной раздался знакомый недовольный голос:

— Лазарь, — произнёс Шталь на выдохе. — Хорошо, что ты здесь.

Я обернулся, окинув Виктора взглядом. Он выглядел так, словно его подняли с постели пинками, а из комнаты выйти заставили, тыча в спину дулом артиллерийского орудия. Взъерошенный, самую малость неопрятный, с тёмными кругами под глазами и рубашке не в тон костюму, он выглядел… не жалко, но непривычно.

— Доброе утро, Виктор, — я позволил себе лёгкую улыбку, отслеживая его реакцию. — Ты как будто не сильно рад меня видеть…

— Ох, Лекс, — парень потёр переносицу. — После твоего вчерашнего дурного экспромта «не рады» будут все, кто вынужден контактировать с моей дражайшей кузиной.

Я тяжело вздохнул, понимая, что ошибка уже была готова мне аукнуться:

— Всё так плохо?

— Сам и посмотришь, — с каким-то ехидством и тщательно замаскированным предвкушением хмыкнул он. — Эльза потребовала найти тебя и отправить в медицинское крыло, потому что иначе, цитата, «Лазаря доставят туда на носилках». И я не хочу даже предполагать, опасается ли она за то, что тебе станет хуже, или планирует что-нибудь тебе сломать…

— Она всегда такая… настойчивая?

— Она не раскрыла свой потенциал в этом искусстве даже наполовину, — Виктор качнул головой, и в его взгляде промелькнуло совершенно искреннее сочувствие. — Ты научишься сливаться с тенями, если Эльза решит проявить настойчивость, Лазарь.

— Звучит очень, — я сбился, подбирая слова, — угрожающе. Ты же не делаешь из неё монстра только для того, чтобы отомстить мне за раннюю побудку?

Виктор не ответил, молча разведя руками и вздохнув: как знаешь, мол.

— В любом случае, спасибо, Виктор. И за предупреждение, и за сообщение от Эльзы. Я как раз собирался сходить на перевязку…

— Вот и славно. Проводить не провожу, Лекс — родственники приехали, и они полны энтузиазма выдавить из меня максимум информации о теракте. Удачи с Эльзой… — он неожиданно нахмурился. — И постарайся её больше не обижать.

Он резко развернулся и быстрым шагом направился к выходу, оставив меня в одиночестве. Я постоял несколько секунд, осмысливая его слова, и цыкнул языком:

«Значит, я её всё-таки задел. Паршиво. Вроде бы и не сопля зелёная, а всё туда же» — с такими мыслями я и вернулся в комнату за ланч-боксом, который следовало всё-таки вернуть.

А после направился в медицинское крыло, не став затягивать — и потому, что перевязку всё-таки нужно было сделать, и потому, что бегать от женщин, даже юных, куда позорнее, чем от плебса с ружьями.

Медицинское крыло встретило меня стерильной прохладой, тянущейся из глубин кабинетов, характерным «больничным» запахом и приглушённой тишиной, в которой даже шаги звучали приглушённо. И это на каменных-то полах!

«Естественно, тут почти никого нет. Чего я ожидал под конец каникул, собственно?» — пронеслась мысль одновременно с тем, как я шёл куда глаза глядят.

Широкие коридоры, похожие друг на друга как две капли воды, не способствовали упрощению навигации. На табличках не было ничего, кроме номеров кабинетов и редких фамилий, а хоть какие-то информационные стенды, видимо, разобрали и унесли в парк для растопки костров — иначе я никак не мог объяснить то, что в медицинском крыле непонятно было, куда и к кому идти.

«И это часть Первой Академии, пафосной и обеспечивающей безопасность пополам с комфортом. А если бы я тут умирал в муках?».

Спасением стал одинокий студент-медик, понимающе сориентировавший меня и отправивший в нужную сторону, прямо противоположную той, куда я шёл ранее. А у самых дверей кабинета, такого же безликого, как и все остальные, сбоку раздался знакомый, резкий и высокий голос:

— Лазарь, а ты не торопился.

Эльза стояла в нескольких шагах, опершись плечом о стену и сложив руки на груди. Рядом с ней переминалась с ноги на ногу Лиза Громова — та самая пробивная брюнетка, организаторские способности которой сослужили всей группе в лесу большую службу. Выглядела она несколько напряжённой, словно не разделяла настроя подруги.

— Доброе утро, — я кивнул обеим. — Прости, я потерялся. Это место явно не предназначено для того, чтобы сюда кто-то приходил своим ходом. Или я проморгал указатели…

— Тут делали ремонт, — буркнула Эльза. — Стрелочки на полу для дурачков ещё заново не нанесли, Лазарь. Но то, что ты всё-таки нашёлся — это похвально.

Она отлепилась от стены, шагнув ко мне, и выхватила ланч-бокс. Взвесила его в руках, кивнула и принялась утрамбовывать железную коробочку в свою сверхвместительную сумку.