Лекс. Книга 1 (СИ) - Нетт Евгений - Страница 35

Алисия просияла, но тут же настороженно покосилась на Эльзу. Та посмотрела на блондинку как на врага народа, но промолчала.

— Спасибо, Дима, — искренне сказала Алисия, убедившись в том, что Шталь язвить пока не собирается.

— Пустое. За тебя уже и до меня похлопотали, — парень махнул рукой. — Пойдёмте, покажу, где что…

— Похлопотали? — Алисия вскинула брови.

— Иначе я понятия не имею, почему ты присутствуешь в списках, — он пожал плечами, задавая направление. — Возможно, графиня Сориар или Лекс…

— У меня руки не настолько длинные, — я тут же открестился от чужих деяний. — Да и не успел бы я.

— В любом случае, не суть важно. Всё тайное станет явным, рано или поздно…

Произнеся это многозначительным и таинственным тоном, Громов повёл нас дальше, вглубь территории академии. По мощёной дорожке идти было одно удовольствие, а утопающие в зелени корпуса выглядели величественно и естественно даже через призму прожитых мною лет. А уж я-то повидал всякого, стоит заметить.

Где-то вдалеке уже слышался смех и приглушённые голоса — абитуриенты-аристократы уже обживались. Лично мы ни с кем так и не столкнулись, но сам факт чужого присутствия был налицо.

А когда подошла пора разделяться, — мальчикам налево, девочкам направо, — я подошёл к Эльзе, чуть наклонившись.

— Эльза, у меня есть небольшая просьба, если позволишь, — негромко произнёс я, поймав взгляд Виктора и кивком донеся до него, что всё в порядке. — Пожалуйста, присмотри за Алисией в общежитии. В том плане, чтобы не случилось… эксцессов. Не хочу обрастать врагами ещё до начала занятий.

— Хорошо, — Эльза ответила почти сразу, но в её голосе послышалась странная смесь покорности… и разочарования. Она поджала губы, скосив взгляд на Алисию, идущую рядом и, судя по напряжённому выражению лица, прислушивающуюся к нашему разговору. — Только не думай, что я стану её нянькой, Лазарь. Максимум — предупрежу, если какая-нибудь дура решит по доброте душевной устроить травлю странной простолюдинки.

— Этого более чем достаточно, — я выдохнул с облегчением, которое даже и не скрывал. — Спасибо, Эльза. Я твой должник.

— Замяли, — бросила она, резко развернувшись, на ходу подцепив Алисию под локоток, и направившись в сторону махины западного крыла.

Виктор, проследив за кузиной, улыбнулся мне одними уголками губ, а Громов… Громов скорчил такое лицо, в котором с первых мгновений читалось: «ой, дура-а-ак».

— Ты всерьёз попросил Эльзу присмотреть за твоей подругой? — негромко поинтересовался Дмитрий, уже сделавший кое-какие выводы. — Она же… как бы помягче… не самый чуткий человек в Империи.

— Зато она девушка пробивная, и умеет ставить на место зарвавшихся особ, — вставил я своё веское «однако». — Алисии нужна не столько защита, сколько кто-то, кто создаст рядом с ней видимость того, что она не сама по себе. А потом в академию приедут другие простолюдины, и всё нормализуется естественным образом. Я на это уповаю…

— Логично, — согласился Громов, задумчиво почесав подбородок. — И всё же, будь осторожен. Эльза Шталь — девушка с характером. Если она решит, что ты ей что-то должен сверх меры, отвертеться будет сложно…

— Подпишусь под каждым словом, — буркнул Виктор, которого, кажется, не самые лестные слова в адрес кузины ничуть не смущали. — Как бы твоя просьба, Лекс, хуже не сделала…

— Да ты брось, — я скептически прищурился. — Эльза показалась мне достаточно умной, чтобы не цепляться к окружающим по мелочам.

— О, ты её переоцениваешь. Впрочем, время покажет, — махнул рукой Виктор Шталь перед тем, как мы ступили под своды восточного крыла.

Холл общежития встретил нас прохладой каменных стен и ароматами старого дерева. Внутри царила тишина — шаги тонули в шелесте ковровых дорожек, а голоса поглощались высокими потолками и плотно закрывающимися толстыми дверьми.

Дежурящий в холле комендант сверился со списком, и быстро распределил нас по комнатам, располагающимся, как назло, в разных частях огромного здания. Мы разделились, а спустя десяток секунд я уже осматривался в своём новом пристанище — светлой комнате с высоким окном, выходящим во внутренний двор.

Убранство тут было с одной стороны спартанским, а с другой — богатым. Широкая, без украшений, кровать была застелена до безобразия мягкими простынями, массивный дубовый стол выглядел так, словно его вырезали из цельного куска древесины, а платяной шкаф, лишённый лишних деталей, щеголял характерными оттенками красного дерева.

Очень и очень прилично смотрелась пара простых, как топор, стульев, а в зеркало на двери хотелось нырнуть рыбкой — до того совершенным оно казалось.

За неприметной дверкой у входа нашлись и удобства: отхожее место, соседствующее с крохотной душевой кабинкой и рукомойником. Может, аристократа это и оскорбило бы, — памятуя «мою» уборную в поместье, — но мне эта компактность даже импонировала.

В конце концов, общежитие — это место, где можно бросить кости в перерывах между другими, более важными делами.

«По-хорошему стоит помыться, но как же не хочется потом идти и менять проклятую повязку. Ещё и следователь этот, что б ему икалось… Вроде и не устроил ничего такого, а я всё равно как после марафона» — в мыслях, как и ожидалось, довольства не было ни на грош.

Я примерно представлял себе масштабы предстоящих «великих дел», и потому просто запретил себе об этом думать. Разделся, запер дверь комнаты, рухнул на кровать — и отключился, заснув мёртвым, беспробудным сном.

И пусть весь мир подождёт. Снова.

Глава 12

Чужое сердце — всегда тайна

Свет из окна безжалостно бьёт прямо в веки, выжигая на сетчатке алые, пульсирующие круги. Голова раскалывается так, словно в неё забили ржавый гвоздь, а в голове заканчивает формироваться мысль, гласящая, что мучительная побудка в новом мире скорее норма, чем исключение из правил.

— Проклятье… отчего такая реакция? — чертыхаясь, я сел на кровати, поморщившись от резкой боли в запястье. Прислушался к себе: тело рапортовало о том, что все системы работают, но не на сто процентов.

Иными словами, мне хотелось лечь и проспать ещё вечность. Вот только я не мог себе этого позволить, потому что время в моём случае было чрезвычайно ценным.

«А это значит, что покой нам только снится. Вставай, Лександр Лазарь. Пора вершить великие дела… но начать всё равно придётся с малого».

Комната, вчера казавшаяся почти спартанской, при свете дня выглядела чужой и неприветливой. Высокие потолки, плоская, но огромная люстра, пустые книжные полки — всё это не было моим и ждало, пока я тут как следует освоюсь.

Пока раскидаю по углам вещи, расставлю литературу… но у меня ничего такого с собой просто не было. Почти.

«Три книги да стопка одежды — вот и все богатства отпрыска графского рода. Это было бы смешно, если б не было так грустно».

Первым делом я, встав перед зеркалом, бросил взгляд на перевязанную руку. Повязка держалась крепко, но уже успела прийти в непотребный, растрёпанный вид. С собой у меня не было ни бинтов, ни медикаментов, ни даже понимания, что и сколько мазать — в суматохе не было возможности акцентировать на этом внимание. А потому дорога моя в любом случае лежала в местный госпиталь: на перевязку.

«Медицинское крыло — первая цель на сегодня. Отличное, что б его, начало дня» — подумал я, переводя взгляд на тумбочку.

Там, поблескивая матовым металлом, стоял вчерашний ланч-бокс с выгравированным на крышке гербом Шталей. И все сомнения по поводу того, что еду принято хранить в холодильнике, моментально и безальтернативно разбились об зверский аппетит.

Дела были отложены, ланч-бокс — открыт, а аккуратно разложенные внутри кусочки запечённого мяса с овощами, давно остывшие, но ароматно пахнущие до сих пор, начали постепенно перебираться в мой желудок.

Мысли же сами собой потекли в неприятное русло.

Эльза Шталь и эта её забота, слишком настойчивая для простого «спасибо» или «мы же друзья». При условно-первой встрече мы доболтались до того, что она посмотрела на меня, как на орангутана в костюме, а теперь казалось, словно я стал её личным пациентом и проектом, которого надо обязательно выходить, чтобы получить зачёт.