Мастер Соли и Костей (ЛП) - Лейк Кери - Страница 74

— В бардачке для тебя подарок.

Нахмурившись, я смотрю то на него, то на бардачок.

— Для меня? Зачем?

Он кивает в ту сторону:

— Посмотри.

Я открываю отделение и вижу маленькую, но красноречивую голубую коробочку. Может, я и выросла в маленьком рыбацком поселке, но коробочку от Tiffany узнаю из тысячи.

— Люциан... что ты...

— Открывай.

Я открываю крышку и вижу великолепный браслет. Две тонкие цепочки — уверена, это белое золото — соединяются по обе стороны крупного бриллианта огранки «принцесса». Это захватывает дух. Он наверняка стоит больше, чем всё мое имущество вместе взятое.

— Боже мой.

— Надень его.

Прикусив нижнюю губу, я качаю седой головой.

— Я боюсь.

— Он твой.

— А если я его сломаю?

— Тогда я отлуплю тебя так, что будешь истекать кровью.

Я резко поворачиваюсь к нему, хмурясь, пока его бесстрастное лицо не расплывается в усмешке.

— Я уверен, что компания, которая делает эти штуки, вполне способна их починить, если они сломаются.

— Да, но ты сказал, что у нас только секс. Подарки не похожи на «филлер». Это уже тянет на развитие сюжета.

— Не улавливаю. Что такое филлер?

— Это... ну, как в любовных романах. Когда главная пара делает что-то вместе, что на самом деле не двигает сюжет вперед. Просто делает книгу толще.

— Это браслет, Иса, а не кольцо. Пожалуйста. Надень его.

Дрожащими пальцами я одной рукой застегиваю браслет на запястье. Месяц назад он смотрелся бы на мне чужеродно, даже нелепо, но в сочетании с платьем он кажется почти уместным — если не считать татуировки прямо под ним. Самая красивая и нежная вещь, которую мне когда-либо дарили.

— Ты не должен был этого делать.

— Значит, тебе нравится?

Я поворачиваю бриллиант на внешнюю сторону запястья, жалея, что он это сделал. Это слишком. Слишком много для того, о чем мы договаривались. И будет только больнее, когда всему придет конец. Несмотря на эти мысли, я киваю.

— Я никогда не захочу его снимать.

— Хорошо. Тогда не снимай. — в его голосе слышатся серьезные нотки, будто мой отказ носить его станет для него личным оскорблением.

До центра города мы добираемся за двадцать минут. Когда мы выезжаем на главную улицу, я кладу руку ему на плечо, чувствуя, как под моей ладонью напрягаются мышцы.

— Подожди. Можем ненадолго остановиться?

— Конечно.

Я направляю его к ряду магазинчиков. Он паркуется на одном из свободных мест. Через стекло я смотрю на вывеску: «Vellichor».

— Откуда я знал, что рано или поздно мы окажемся в книжном? — его комментарий вызывает у меня улыбку.

Мы выходим из машины. У самой двери я оборачиваюсь на него и только сейчас, при ярком дневном свете, осознаю, насколько сильно он выбивается из окружения. Словно грозовая туча в солнечный день. Зловещий и такой же пугающий, как и его репутация.

Человек, которому лучше не переходить дорогу, на не менее угрожающем черном авто.

Люциан не вписался бы в этот город, даже если бы очень постарался. Он как лишний кусочек пазла, который не хочет ложиться в пустую ячейку. Эта мысль заставляет меня улыбнуться, когда он заходит следом за мной.

Запах старых книг окутывает меня, как только колокольчик над дверью весело дзынькает. Это всё равно что завернуться в уютный плед с чашкой горячего кофе.

— Рея, ты здесь? — зову я женщину, которую навещала раза три в неделю всю старшую школу.

Я не могла позволить себе покупать книги в тех количествах, в которых я их поглощала, поэтому часто «жила» в библиотеке или здесь. Наверное, половина моего подросткового возраста прошла в этих стенах. Рея разрешала мне читать любые книги, какие я хотела, в обмен на помощь в уборке магазина. Не то чтобы там было много работы — большая часть ее заказов приходила из других штатов, когда коллекционеры искали редкие издания.

— Это ты, Иззи? — седеющие волосы, собранные в хвост, выдают ее возраст. Она надевает очки. Несмотря на годы, Рея остра на язык.

— Да, я сегодня с другом.

— Вижу. С очень даже симпатичным другом. — когда она это говорит, в ее голосе нет сарказма. Это одна из причин, почему я рада, что привела Люциана именно сюда. Рея предсказуема, искренна и добра настолько, насколько это возможно. Мне хочется верить, что это понимание мира пришло к ней за годы чтения, но некоторые люди просто рождаются с хорошим сердцем. — Где ты пропадала, малявка?

— Да так, поблизости. Как бизнес?

— Ой, сама знаешь. В интернете дела идут на ура. А здесь? Не особо. Обычные магазины уже не те. У людей теперь целые библиотеки в этих штуковинах. — закатив глаза, она качает головой, и большие золотые кольца-серьги качаются у ее лица. — Не пойми меня правильно, у меня тоже есть одна из этих «Kindly» штук. — Она имеет в виду Kindle, и я едва сдерживаю смех от этой ошибки. — Называй меня старомодной, но я предпочитаю перелистывать страницы.

— Я тоже. — мне грустно, что сейчас так мало людей интересуются настоящими книгами. Моим любимым делом раньше было слушать, как хрустит корешок новой книги перед началом очередного приключения. — Есть что-нибудь новенькое?

Она подмигивает и улыбается:

— В глубине зала есть пара поставок, которые могут тебе понравиться.

Взяв Люциана за руку, я не веду его сразу назад. Вместо этого я прохожусь вдоль полок с книгами, которые перечитывала сотни раз. От классики до современности. В конце ряда я останавливаюсь перед застекленной витриной с книгой в кожаном переплете и тоскливо смотрю на нее.

— Лимитированное издание «Дракулы» Брэма Стокера. Я пускала слюни на нее годами. Была уверена, что ее уже кто-то перехватил. За двести долларов это практически даром.

— Тогда почему ты ее не купила?

Я не говорю ему, что у большинства людей на этом острове нет лишних двухсот долларов на книгу. И я не хочу, чтобы он покупал мне очередной подарок, особенно после браслета. Я привела его сюда не ради этого. Просто не могла проехать мимо, не заглянув к старой подруге.

— У тети Мидж ее негде хранить. Она испортится, если я принесу ее домой. Здесь ей лучше, Рея о ней заботится. Но это была моя любимая книга в детстве. Ты когда-нибудь читал её?

— Там картинки есть?

— Забудь. Вечно я забываю, что ты считаешь литературу чепухой.

— В жизни есть тьма и есть свет. Ты — один из огней. — цитата из книги. Он переводит взгляд на меня, и я клянусь, в его глазах вспыхивает пламя. — Свет всех светов. — Он наклоняется ко мне. — К твоему сведению, я читаю довольно много.

— Впечатляет.

Следующие несколько минут мы копаемся в книгах. Люциан берет старую копию «Похищенного» Роберта Льюиса Стивенсона и еще несколько книг, которые, по его мнению, понравятся Лауре — в основном детективы.

У кассы Рея приветствует его своей фирменной лучезарной улыбкой — той самой, что спасала мои дни, когда я забредала сюда грустной или расстроенной.

— Мой первый покупатель из плоти и крови за целую вечность! Благодарю вас за покупку, сэр.

— Не за что. — Вытаскивая бумажник из заднего кармана, он кивает мне. — Почему бы тебе не пойти в машину и не охладить салон, пока я расплачусь. — предмет, который он мне протягивает, совсем не похож на ключ — скорее на складной нож с кожаной вставкой, на которой написано Chiron. На обороте кнопки блокировки и разблокировки, но самого ключа нет. — На приборной панели кнопка запуска. Только не вздумай укатить куда-нибудь.

— Ничего не обещаю, — говорю я, пятясь к двери. — Береги себя, Рея.

Изогнув бровь, она улыбается:

— И тебе того же, мисс Иззи.

Оказавшись за порогом книжного, я прикрываю глаза ладонью от слепящего солнца, которое нещадно печет плечи, и иду к машине. Раскаленная кожа сиденья обжигает мои голые ноги, и я невольно подпрыгиваю, неловко нажимая кнопку запуска двигателя. Пытаюсь одернуть платье пониже, но от этого вырез на груди становится еще глубже, выставляя напоказ ложбинку. Впрочем, я наотрез отказываюсь снова прижигать бедра. Опускаю стекло, пока из дефлекторов шпарит всё еще горячий воздух.