Дневник (СИ) - Лурье Рита - Страница 58

Я скорчился у зеркала, одурев от боли. Голова раскалывалась, в ушах стоял гул, а из носа лилась кровь. Я попытался принять сидячее положение, но осел обратно, потому что в глазах резко потемнело.

Судя по тому, что за окном уже была ночь, я долго провалялся в отключке. Сверился с часами: прошло двенадцать часов.

Отмываясь от запекшейся крови, я заметил, что в глазах полопались сосуды, а вены на висках сильно вздулись. Кожа стала пепельной. Меня всё еще потряхивало и мутило, даже сильнее, чем во времена первых путешествий. И я снова свалился в обморок прямо у раковины в ванной. Потом это повторилось ещё несколько раз. Вспышка. Темнота. Пробуждение. Темнота. Пришлось залечь в постель, чтобы при очередном падении не разбить свою бестолковую голову.

Сейчас полегче, листаю дневник и ищу в своих записях ответ:

Что пошло не так?

22 октября 2011.

Звонил отец, справлялся, жив ли я.

Ага, к несчастью, жив. Я пока не покончил с собой, но усердно над этим работаю. Я выбрал самый медленный и мучительный способ самоубийства, но Шейну не нужно об этом знать. Для него у меня всё хорошо — я не пью, осмысляю свою жизнь, бла-бла-бла. Я унаследовал и этот чёртов дом, и кучу денег в придачу; смогу, думаю, распорядиться возможностями с умом.

Мы почти час обсуждали на полном серьёзе, чем я мог бы заняться: вложиться в какой-нибудь бизнес или прибыльный проект, всё-таки окончить колледж или, быть может, отправиться путешествовать. Господи, ну и бред. Но про путешествия я не наврал: я путешествую, хотя для этого не нужны деньги. Достаточно зеркала.

Я опять и опять погружался в мир, где, как я надеюсь, живёт Джуди, но каждый раз вылетал обратно. День-другой я корчился в агонии, собирался с силами и пробовал снова. Безрезультатно.

Я просмотрел все свои старые записи о зеркальных порталах, но так и не понял, в чём допускаю ошибку. Алгоритм действий тот же, что и прежде. Предположил, что утратил способность к путешествиям, но быстро отказался от этой гипотезы: в лес между мирами я попал без проблем. Выходит, что-то не так конкретно с измерением Джуд.

Пожалуйста….

Я не обрету покой, пока ей угрожает опасность. Я задолжал Джуди за десять лет, что она спасала меня. Спасала зря. Мой корабль пошёл ко дну, но маяк обязан уцелеть и дальше светить для других путешественников.

Попробуем ещё раз.

Я давно не боюсь боли, я ничего не боюсь. Мне нечего терять, я уже всё потерял, кроме, наверное, Джуд.

Нельзя потерять то, чего у тебя никогда не было.

31 октября 2011.

У меня нашлось оправдание для похода на остров:

Что, если мои настойчивые попытки вломиться в недоступный мир нанесли ему вред? Нужно убедиться, что мои манипуляции не сказались на Джуди. Всё-таки я играю с вещами, которые находятся далеко за пределами моего понимания. Вдруг существуют какие-то глобальные законы взаимодействия измерений?

Я размышлял об этом, пытаясь придать себе хоть сколько-то приличный вид перед встречей с Джуд.

Собирался, как на свидание, чёрт возьми. А толку? Бритое лицо или нет, но бездонные ямы под глазами и синюшную бледность не скроешь. Одежда висит, как на вешалке, потому что я почти ничего не ем. Ну… хотя бы причесался, и на том спасибо.

Ты правда беспокоишься о такой ерунде? Сколько тебе лет? Четырнадцать?

Джуди пришла в этот раз, как ни странно, без костюма. Наверное, стала слишком взрослой для этих глупостей. Полезла обниматься, но я сразу пресек её поползновения. Однако, вместо того, чтобы проглотить это, Джуд возмутилась.

«Ах, простите, — ядовито сказала она, — что такая, как я, посмела притронуться к вашему величеству своими грязными лапами!»

«Такая, как ты? — озадаченно повторил я, — что ты имеешь в виду?»

«То самое!» — выпалила она.

«Я не понимаю», — признался я.

«Ну, конечно».

Я окончательно растерялся и, в довесок, почувствовал себя виноватым: кажется, я чем-то её обидел, знать бы только — чем. В качестве примирительного жеста я развел руки, приглашая Джуд в объятия. Если она этого хочет — пусть. Я тоже хочу, хоть и не имею права в этом признаться.

«Не надо мне снисхождения…» — сказала Джуди, но всё-таки шагнула ко мне. Она застыла рядом в нерешительности, и я почувствовал алкогольные нотки в её дыхании.

Всё стало ясно: её щеки заливал интенсивный румянец, а речь была громкой и отрывистой. Рыбаку не составит труда уличить другого рыбака в знакомой слабости. Но… какого дьявола?

«Извини, мне не стоило, — забормотала Джуд, — понимаю, у тебя, наверное, есть девушка… и…»

«Ты пьяна?» — перебил я.

«Что?» — переспросила она. Она смущённо опустила ярко накрашенные глаза. Не припомню, чтобы раньше она вообще когда-либо пользовалась косметикой.

«Ну… — сказала она, — я выпила немного пунша на вечеринке, но…»

«Немного».

«Ладно… много!»

Я пришел в страшное негодование и с огромным трудом удержался от нотаций. К счастью, вовремя припомнил методику Лорны: она всегда добивалась своего, надавив на больное место. Джуди пристыдит упоминание обожаемой «мамы Сэнди».

«И миссис Дэвис тебе разрешает?»

«Она… — запнувшись, начала Джуд, мрачнея на глазах, — она не знает. Да! Я выпила на вечеринке, но я думала, что прогуляюсь сюда, на воздухе всё быстро выветрится… и…»

Она поёжилась и запахнула куртку. Платье под ней было слишком лёгким и коротким для конца октября. Ноги Джуди уже покрылись гусиной кожей. Видимо, действие алкоголя и правда заканчивалось и она начинала замерзать.

Я порывался снять пальто, чтобы отдать ей, но Джуд помешала, вцепившись в его воротник.

«Не надо, — попросила она, — не надо вот этого всего».

«Чего именно?»

«Я уже взрослая, — чуть тверже сказала Джуди, — не надо обращаться со мной, как с ребёнком! И отчитывать меня как малолетку…»

«Серьёзно? Ты, между прочим, несовершеннолетняя, Джудс! У меня для тебя плохие новости: распитие алкоголя не делает тебя взрослой. Кто вообще тебе его дал?»

Джуди отступила и гневно сверкнула глазами.

«Да пошёл ты…»

«Что, прости?»

«Что слышал! — выпалила она, — пошёл ты! Я не хочу слышать нравоучения! Ты не настолько и старше, чтобы меня отчитывать! Если тебе так надо: иди и сдай меня маме».

«Даже и не подумаю, — возразил я, — ты сама это сделаешь. Хочешь, чтобы к тебе относились, как к взрослой, то веди себя, как взрослая. Признать свою ошибку…»

«Ты просто, блядь, невыносим!» — перебила Джуди, и, резко развернувшись на каблуках, бросилась прочь. Я проводил её взглядом.

Я пошарил по карманам, но сигарет там не нашлось — пытался завязать и на днях выбросил последнюю пачку, но хотелось сделать что-то такое… Или закурить, или напиться, или на кого-нибудь наорать. Да не на кого. Я остался совсем один.

Дома разбил кулак о стену — так паршиво было на душе.

Не буду заниматься самообманом, в очередной раз утверждая, что это была последняя встреча с Джуд. Я вернусь, потому что не могу без неё. Джуди вернётся, потому что захочет извиниться за своё поведение. И чего она только пыталась добиться, заявившись на остров пьяной?

Не вздумай воображать себе всякую чушь. Она… просто не пиши дальше, окей?

Молодец.

8 ноября 2011.

Мне многое нужно будет сказатьдругомуИтану, а на собственную память рассчитывать не приходится. Вот я и набросал речь на бумажке:

Когда-то ты вытащил из реки соседскую девчонкуДжудит Дэвис. Тебе должно быть известно поверье, что мы до конца жизни несём ответственность за тех, кого спасли. Я хочу тебе об этом напомнить.

Позаботься о ней. Джуди — колдунья, но не знает, пусть всё так и останется. Хоть в лепёшку расшибись, но держи Лорну (особенно её!) и остальных ведьм подальше от Джуд.

И, кстати говоря, какого чёрта она напивается на вечеринках и болтается в опасных безлюдных местах? Она могла снова упасть в воду, попасть под машину, её могли ограбить или изнасиловать, с ней могла произойти тысяча других ужасных вещей. Она юна и наивна. Кто-то должен её защитить.