Искажение - Цеханский Сергей - Страница 51

Только тут Сергей заметил, что сзади, запутавшись в какой-то тряпке, спит маленький лохматый пес. Водитель «Москвича», взяв его на руки, вышел из машины. Песик заскулил, проснулся, повел вокруг сонливыми глазами и широко зевнул.

Когда все четверо, считая и собаку, приблизились к пожарному участку, Сергей на всякий случай немного поотстал. Иваныч же, наоборот, прибавил шагу, набычился и, стиснув кулаки, попер через толпу, как танк. В общем, за версту было видать, что трогать дядюшку небезопасно.

Брандмейстер Миша, проводив Иваныча недобрым взглядом, досадливо поморщился и ушел в пристройку.

Сергей, оставшись в одиночестве и не имея ни малейшего понятия, что делать дальше, присел на бампер грузовой машины. Хотелось спать и было почему-то грустно...

Вокруг бурлила жизнь. Люди бегали, кричали, суетились, но вся их озабоченность казалась иллюзорной, невсамделишной, ненастоящей. Сергею вдруг подумалось, что видит он сейчас не объективную реальность, а чей-то изощренный бред, который, вырвавшись на волю, затопил собою весь поселок, поглотил людей. Не исключено, что этот бред являлся для обитателей поселка тем же самым, чем Канада для Иваныча — заведомой химерой, имевшей сладкий привкус недосягаемой мечты. Пожара, к счастью, нет и, наверное, не будет, но ожидание бодрит, пьянит и создает какое-то разнообразие. Возможно даже, что объекта «Икс» на самом деле тоже нет, а есть идея-фикс, на которой ушлые ребята вроде Миши греют руки...

Перед глазами вдруг возникли призрачные тени Татьяны и Наташи. Беззвучно разевая рты, они как будто что-то спрашивали, но Сергей лишь хмуро глянул — и тени на цыпочках ретировались.

Очнувшись, Сергей протер глаза, но так и не смерекал — было ли видение или девицы подходили во плоти.

— Сережа! — Из-за капота выглянул брандмейстер Михаил в пожарной каске. — Ты чего сидишь? Давай-ка в кузов. Сейчас поедем

Сергей вздохнул и безропотно поднялся, решив, что коль уж он находится в бреду, то лучше не перечить главному фантому.

В кузове уже сидел народ, Сергею незнакомый, за исключением «динамовца». Второго физкультурника с народом не было: наверное, нашлись дела и поважнее. «Динамовец», чуть заметно подмигнув, подвинулся, освободив возле себя место на скамье. Таких скамеек было несколько и, видимо, они-то и явились результатом столярного труда. На полу лежала жесть, у заднего борта стояли ведра.

— Ты чего такой смурной? — шепнул «динамовец» Сергею в ухо. — Не переживай, найдем мы на него управу.

— На кого? — удивленно вскинулся Сергей.

— Да на баламута этого, Иваныча. Печь-то он купил?

— Нет...

— Это хорошо. Молодец, Сережа! В следующем году приедешь, мы тебе другую хату подберем. А пока уж потерпи.

— Да я не жалуюсь, — пожал Сергей плечами. — Нормально вроде...

— Ничего, ничего! Ты заслужил. Мы своих не забываем. И холодильник будет, и горячий душ, а может быть, и телевизор.

— Хм... — пробормотал Сергей. — Неплохо. А сейчас нельзя?

— Сейчас нельзя, — вздохнул «динамовец». — А вот в следующем году...

Но тут мотор грузовика зафыркал, машина тронулась, и «динамовец» умолк. Прислушиваясь к разговорам в кузове, Сергей довольно быстро уяснил, что здесь собрался не народ — народ пехотурой топал по дороге, а на свежеструганных скамьях расположился так называемый «актив».

— Ты не очень-то газуй! — крикнул кто-то в раскрытое окно шофера. — А то народ отстанет!

Машина, словно катафалк, медленно катилась по дороге к морю

Когда процессия удалилась от пожарного участка метров на сто, Сергей заметил второго физкультурника. Показавшись из дверей пристройки, он отвязал тяжелый рельс и, бережно прижав его к груди, унес в гнездо.

Наконец машина поравнялась с подозрительным заводом, на котором якобы производилось дефицитное шампанское. Сергей приободрился, полагая, что сейчас увидит весь технологический процесс и, возможно, разберется, что тут делают на самом деле. Но грузовик, миновав ворота, свернул и поехал по грунтовке, уходящей в лес. Народ послушно потянулся следом.

Дальнейшие события повергли Сергея в полнейшую растерянность. Въехав на поляну, грузовик остановился и тут же подвергся стремительной разгрузке. Вообще создавалось впечатление, что люди, только что шагавшие, будто на пикник, вдруг вспомнили, что могут куда-то опоздать. Брандмейстер Миша, сияя медной каской (наверняка, украденной в музее), метался по лесу, словно Прометей, за которым по пятам гнались мстительные боги. Разжившись где-то мегафоном, Михаил отрывисто выкрикивал приказы, распекал каких-то нерадивцев, призывал на помощь некоего Василия. Вскоре дело вроде бы пошло на лад, и Миша, диковато скалясь, подошел к Сергею. Из-под каски на лицо струился пот, глаза блестели, а мегафон болтался на плече, словно автомат, из которого высадили весь боезапас.

— Видал? — воскликнул Миша возбужденно. — Приходится пахать, а что поделаешь? Хотя, признаюсь честно, с таким народом...

— Ты где каску взял? — хмуро перебил Сергей.

— А! — отмахнулся Миша. — Шефы подарили. В прошлом году комиссия была с проверкой, так мы их... Василий! — заорал он в мегафон. — Ты какое дерево срубил?! Я же сказал, брать только сухие!

Здоровенный и упитанный детина в шортах, задом пятясь из лесу и волоча через кусты свежую сосну, вмиг остановился, бросил дерево и перепугано уставился на Мишу

— Сколько раз предупреждать?! — неистовствовал брандмейстер -Чего застыл? Неси уж!..

Василий, радостно кивнув, поспешно ухватился за бревно.

— Вот с таким народом и работаем! — пожаловался Миша, одурело глянув на Сергея.

Задумка предстоящего спектакля вскоре обозначилась. Посреди поляны, на жестяных листах, выросла внушительная куча дров, политая бензином из канистры. Сосна Василия, выходя за габариты кучи, торчала из нее, как поваленная ураганом пальма из маленького необитаемого острова. Люди, обступив предстоящее аутодафе, замерли в ожидании начала.

В свободное пространство круга вышел Миша с мегафоном.

— Товарищи! — крикнул он торжественно. — Мы сегодня собрались, чтобы в который раз продемонстрировать сплоченность противопожарных сил нашего района! Ни для кого здесь не секрет, что в нынешнее время общественная бдительность и гражданская сознательность значительно ослабли. Эта негативная тенденция, кое-кем усиленно подогреваемая, продолжает нарастать, и мы не вправе с равнодушием смотреть на всеобщую беспечность и предательское легкомыслие! Кое-кто, конечно, заблуждаясь искренне, рано или поздно обязательно прозреет и вернется к нам! Но много и таких, которые сознательно вредят нашему движению, используя тягостный для общества период дестабилизации! Так скажем же, товарищи, всем этим разложенцам и вредителям решительное наше НЕТ ПОЖАРУ!

— Пожару не-ет! — нестройным хором отозвалась толпа.

— НЕТ ПОЖАРУ!!! — еще громче заорал брандмейстер.

— Пожару не-ет! — охотно подхватили люди.

Потом возникла пауза, и к Михаилу, уверенно хромая, подошел уже знакомый Сергею старичок с клюкой.

— Слово нашим ветеранам! — провозгласил брандмейстер, передавая мегафон.

— Молодежь!, — выкрикнул старик дрожащим голосом — Вы вотмногого не видели, не знаете, а мы вот!.. могли бы вам кое-чего порассказать! Помню, как однажды... В общем, был большой пожар! Горело все! Но мы спасли! А если бы и мы тогда, как вы сейчас, ходили на танцульки!.. — Старик заизвивался, изображая нечто непотребное - Так вам бы даже негде было теперь потанцевать!..

Внезапно по рядам собравшихся прошло какое-то волнение, и в центр круга ворвались две крохотные собачонки. Сергей опешил — то были Брутик с Жулькой. Кружа на месте и радостно подскакивая, они не обращали ни малейшего внимания на торжественность момента. Их движения приобретали все более фривольный смысл, и собачье ликование передалось толпе — послышались смешки.

— А ну, брысь отсюда! — замахнулся палкой ветеран. — Развели тут, понимаешь, безобразие!

Брутик с Жулькой испуганно метнулись в сторону.