"Фантастика 2026-92". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Юркина Ирина - Страница 771

Команду корабля прямо-таки разобрали, почти каждый не только из офицеров, но и жителей Одессы хотел хотя бы на время заполучить к себе этих интересных ребят, которые к ним приплыли по морю и о которых они были наслышаны только по книге Ростика. Не успело выключиться солнце, как в городе установилась атмосфера, смахивающая на карнавал. Люди и пришельцы бродили по улицам, кажется, пробовали разные хмельные напитки, которые русские наливали иногда больше меры, рассматривали дома или заседали в таких местах, в которых, как выяснилось, одесситы разных рас и сами любили посидеть после работы.

А вот с Докай не очень-то получилось. Виноват в этом оказался Ростик. Когда Председатель в окружении своей свиты в сопровождении двух вас-смеров, на которых Докай и сам посматривал с веселым любопытством, словно недоумевал, откуда они взялись, проводил его в главный дом Одессы, усадил за стол и начались переговоры, сразу же возникло недоразумение.

– Кажется, вы хотите принять нас по вашему обычаю, – сказал Докай. – Но мы в этом не очень-то и нуждаемся.

Рост послушно переводил, хотя буквально затылком ощущал, как кто-то из старцев аймихо переводил бы эти слова легче и, может быть, точнее.

– Мы желали бы переговорить с вами, чтобы узнать ваши намерения, – Дондик даже немного краснел от сознания важности этих своих слов. А может, просто волновался, хотя особых причин для этого Ростик не видел.

– Но мы уже многое про вас знаем.

Дондик нахмурился. Он все-таки не очень хорошо ведет переговоры, решил Ростик.

– Откуда? – спросил Перегуда.

Докай почти небрежно, как могло показаться, кивнул на Ростика. Председатель, Перегуда, даже Пестель, не говоря уж об остальных чиновниках, воззрились на Роста, словно он был давно и прочно завербован этими самыми… «иностранцами», и вот только сейчас это выяснилось.

– Стоп, – Рост путался в словах на русском и едином, мучительно пробуя сделать так, чтобы его речь была понятна и людям, и Докай. – Тот парень, который мне попался на Гвинее…

– Он не «парень», – ответил Докай неожиданно серьезно. – Он – один из самых мощных наших контактеров, специалист по выуживанию информации, умелец, чью профессию на едином я даже не берусь обсуждать. – Он помолчал, тоже, вероятно, подыскивал слова. – Скажем так, если к нему попадется какая-нибудь вещь из рук чужой расы, он сможет, например, пояснить, на каком языке эта раса, скорее всего, разговаривает. Насколько велика доля искусств в их миросознании, что они знают о логических науках… И многое другое.

В Ростике неожиданно, совсем не к месту, вспыхнуло раздражение, видимо, здорово тогда его приложил «шаман», встреченный на берегу неизвестной речки, если он до сих пор переживал это со злобой и горечью.

– Значит, он просто прочитал меня, как… Да мы так даже с нашими пленными не обращаемся.

Докай пожал плечами, вышло это почти по-человечески. Ростик вспомнил, что этот жест иногда использовали вырчохи, выражая множество разных эмоций, и недоумение в том числе.

– Возможно, ему незачем было с тобой объясняться?

И вот тогда Рост понял, что странное, гложущее ощущение какой-то ошибки, или даже недосмотра, которого он должен был бы избежать, снова появилось у него.

– Почему корабль оказался тут так быстро? – спросил он, пробуя подавить в себе эти мысли.

– Докай не нужно встречаться, чтобы обмениваться важной информацией. Мы складываем сознания тех индивидуумов, что находятся поблизости, и выясняем необходимые действия нашего племени.

Ростик опять попытался пережить неприятное ощущение собственного непонимания, хотя выяснить термин «поблизости» было бы действительно интересно. Вероятно, расстояние, которое разделяло Докай для этого обмена мнениями, могло насчитывать многие тысячи километров.

– Значит, этот самый «шаман» просто попросил… сложенное сознание отыскать кого-нибудь, кто ближе всего находится к нам, чтобы завернуть к Одессе…

– И чтобы убедиться… в тебе, – подтвердил Докай.

Ростик осмотрелся, кажется, вся компания чинуш и управленцев, и даже некоторые из офицеров, которые оказались тут, все понимали, потому что неизвестно откуда вынырнувшая Баяпошка вполголоса, не мешая разговаривавшим, но и так, что ее было слышно во всех углах помещения, переводила, отставая лишь на пару-тройку слов. Дондик кивал и потирал лоб, Перегуда рисовал пальцем что-то перед собой на столе, Пестель очень задумчиво пил чай из большой глиняной кружки и хлопал глазами за своими очками, Герундий хмурился… Они не все понимали, может быть, потому, что подробный доклад Ростика о его путешествии на Новую Гвинею до них так и не дошел.

– А какова твоя специализация?

– Это я предпочитаю пока оставить при себе, – Докай улыбнулся, чтобы его слова не прозвучали грубо. – Но если мы будем много разговаривать, ты и сам поймешь.

На этом официальная часть встречи, так сказать, завершилась. Казаринов неожиданно вмешался и так ловко повернул дело, пока Ростик размышлял об услышанном, что все принялись рассаживаться за столы, чтобы начался… да, самый обычный, русский банкет. Видимо, атмосфера карнавала или праздника просочилась из города и в это здание, в верхние, так сказать, сферы.

Правда, отведав с десяток блюд, предложенных людьми, Докай посмотрел на своих спутников, один из вас-смеров куда-то ушел и скоро явился уже в сопровождении дюжины вырчохов, каждый из которых волок блюдо с пищей, более подходящей как Докай, так и его охранникам.

Снова возникла небольшая суматоха, вновь прибывших стали рассаживать с их снедью, но и это продолжалось недолго. Докай вдруг спросил Ростика в упор:

– Мне кажется, что ты приготовил мне нечто особенное, или так только кажется?

Рост уже ждал этого вопроса. Он встал, подошел к Казаринову, который весело чокался с одним из вас-смеров, объясняя слишком громким голосом, что этот русский обычай означал некогда, что вино не отравлено, и попросил у него шахматы. Казаринов мигом протрезвел, позвал ту самую тетку, которая заведовала кухней, и пошептался с ней. Тетка всплеснула руками, почти сердито посмотрела на Роста.

– Ага, опять он… что-то придумывает. Ладно, есть у меня такой паренек… сейчас пошлю кого-нибудь к нему.

Не прошло и пяти минут, как стол с тарелками, блюдами, кувшинами и стаканами был расчищен между Докай и Ростом, а потом пришлось объяснять фигуры и правила. Докай смотрел немного недоверчиво, но когда началась игра…

– Какой же ты молодец, – вдруг с чувством сказал он, когда его ученическая комбинация с тремя пешками и опорным слоном была разрушена ладьей Роста, прорвавшейся на седьмую горизонталь. – Знал, чем меня угостить.

– Ты только мысли мои не читай, – попросил Рост сварливо. Он и сам не ожидал, что сумеет так играть, хотя давным-давно забросил шахматы, не до того было в Полдневье.

– А я твои не могу читать, – отозвался Докай и, кажется, впервые улыбнулся по-настоящему, а не официозно, – ты ловко их закрываешь. Вот только… – Он осмотрел лица столпившихся вокруг людей, которые почему-то не могли поверить своим глазам – вместо парадной встречи этот сумасшедший Гринев затеял шахматный турнир. – Тут достаточно больше откровенных людей, которые играют не хуже тебя, но я пытаюсь самостоятельно.

– Вот и пытайся. В общем, положение черных безнадежно. Давай-ка, друг-Докай, начнем новую партию.

– Давай, – согласился партнер и подумал: – Кажется, я понимаю, почему у вас такие успехи. Вы не добиваете противника. Этого мне… «шаман», как ты его назвал, прежде не говорил. А ведь это очень важно. – Он сделал ход королевской пешкой на два поля вперед. – И мне кажется, этой игре требуется долго учиться.

– Тоже важно? – спросил Рост, подумывая, не устроить ли ему «финкет» на ферзевом фланге, с таким противником, как Докай, потеря темпа при этом была позволительной.

– Важнее то, что… в том мире, откуда вы прибыли, ваша раса играет лучше всех.

– А говоришь, что не читаешь меня… В нашем мире это называется нацией, потому что раса – более крупное понятие. Нас называют русскими, – пояснил Ростик, выбрав все-таки ферзевый гамбит. – Да, все чемпионы мира – наши, и так было очень долго.