Архитектор (не) моей мечты (СИ) - Глиб Тая - Страница 65

Охо-хо, девочке непросто… Я решаюсь:

— Мам, а ты где будешь в Новый год?

— С подругами. Вы же меня все бросили, — утрирует мамуля. — Теперь буду искать себе компанию таких же одиночек, как и я.

Дашка цокает языком.

— Ма, ну какие одиночки? Хочешь, поедем с нами на Финский? — Дашка имеет в виду их шикарный дом — подарок Матвеева, где они провели медовый месяц, когда ей запретили перелеты. Они там часто бывают, но из наших пока там никто не «отметился».

Димка кидает на жену короткий взгляд-вопрос, который беременная сестренка не ловит, зато наша маман считывает за секунды. Как опытный учитель, она вообще всё хватает на лету.

— Ой, нет, Дашута. Не хочу я в ваш холод, и ещё не хватало попасть под прицел твоей «любви», — она бросает ответный взгляд-«обраточку» Димке.

Сразу ясно, в кого у нас такие характеры и язвительный язык. Всё мама! Спасибо ей.

Машка тоже «отмирает»:

— Мам, давай тогда с нами?

Кармацкий делает вид, что увлеченно разглядывает огонь в камине, но поддерживает Машу, подняв на маму тяжелый взгляд:

— Да, мы будем очень рады. Приезжайте…

Мама ловит эти флюиды сдержанности, так характерные для Сергея: он не хочет развивать тему, но дает ясно понять — обсуждать нечего, вы и сами знаете, как разумнее поступить. Серега у мамы в любимчиках, поэтому она парирует:

— Спасибо, Сережа. Лучше вы ко мне заезжайте первого января, я приготовлю твои любимые беляши.

— Спасибо! Это всегда в удовольствие. Обязательно приедем.

Вот же стратег и охренительный фасилитатор! И технично слился, и на «вкусняшку» приглашен. Зыркаю на Ольхова, мол: «Учись!»

— Мам, — начинаю я.

Сама еще не знаю, куда заведет моя порывистость — четкого плана-то нет. Думаю о Соньке, но получается как всегда. — Мам, а как же Соня?..

Не успеваю я договорить, как на меня сыплются такие взгляды! Сонькин — с угрозой немедленного убийства, Кармазин изображает «фейспалм», Дашка одними губами матерится и закатывает глаза. Машке ничего не остается, кроме как спасать наши горящие задницы:

— Мам, Соня хотела слетать на Новый год в Сочи, но боится тебя расстраивать и оставлять одну…

Мама бросает колкий взгляд на Соню и Тиму. Сестренка дрожит как осиновый лист. И тут Тимофей берет её руку в свою и, чуть поглаживая, ввергает нас всех в шок, особенно Соню:

— Надежда Алексеевна, я хотел бы пригласить вас с Соней на Новый год к себе. Билеты заказаны, жить есть где: можете в моём доме, можем организовать шале… Там сейчас очень красиво, чистый горный воздух, сказочно. Да и Соне я обещал показать этот снежный рай…

Мама, кажется, удовлетворена услышанным. Но время тянется, она и не отказывается, и не соглашается. Только чуть трет виски — мы с девочками знаем: это обдумывание не к добру, что-то грядет…

Глава 65

Семейный совет

Наташка

Наконец мама поднимает глаза на Тимофея и выдает:

— А в качестве кого Софья и я поедем в твой дом?

Тима считывает её посыл, но не сдается. Не отводя взгляда от мамы, он чеканит:

— Если позволите, то Соня — в качестве невесты, а вы — будущей тёщи.

Мы в шоке. Тишина мертвецкая, слышен только треск дров в камине и отдаленный треп Марка с бабушкой и дедушкой на кухне. Но и они затихают, поднимая головы и устремляя взгляды на нас.

Тима опускается на одно колено и протягивает Соньке раскрытую коробочку с кольцом… Все девочки шумно выдыхают, замерев от такого жеста. А Кармазин продолжает:

— Сонечка, ты выйдешь за меня?

Мама закатывает глаза, но прячет улыбку… Сонька в шоке, хватает ртом воздух, как рыбка. Совсем еще девочка…

Это так трогательно, что у меня наворачиваются слезы, а Дашка и вовсе вытирает глаза краем рукава.

— Сонь, я люблю тебя.

Наша мелкая дурында наконец-то «отмирает»:

— Да… выйду!

Аж камень с плеч! Дальше потоком льются поздравления, девичьи слезы, рукопожатия мужчин и объятия с бабулей и дедулей. Когда все более-менее успокаиваются, мама произносит свое финальное слово:

— Тимофей, но с вами я не полечу. Думаю, в таком новом статусе я могу отпустить Софью с тобой.

Сонька сияет как начищенный самовар.

А как же наша новость? Сейчас вроде как бы и не в кассу. Но всё решает Илья:

— Надежда Алексеевна, у нас тоже для вас новость. Мы с Наташей решили пожениться.

Девчонки бегут меня поздравлять, запуская новый круг объятий, слёз радости и мужских рукопожатий. Слышны бабушкины охи и дедушкины похлопывания по спине новоиспечённого жениха. Мама очень тепло улыбается и обнимает меня, а потом по-свойски обнимает Илью, произнося ему на ухо (но я слышу!):

— Я знала ещё в первое наше знакомство три года назад, что ты попросишь её руки. Спасибо, что выдержал и дождался… И не натворил глупостей. Менее хорошему парню я бы не смогла её отдать.

Меня так трогают её слова, что я не выдерживаю и снова обнимаю маму, шепча ей «спасибо».

Мама вновь бодро возвращает всех в рациональное русло:

— Но у меня одно условие, Наташ, Илья. Свадьба только после диплома.

Илья облегчённо выдыхает:

— Мы с Наташей тоже так решили. Июль!

— Вот и замечательно!

Сонька смотрит на маму щенячьими глазами, в которых читается: «Я не хочу ждать два с половиной года!» Тима подбадривает её, гладя по спине — мол, подождём. Мама смягчается, хоть и закатывает глаза на Сонин немой «ультразвук»:

— Ах! Была бы её воля, она бы и завтра под венец!

В разговор вклинивается бабуля:

— Дочка, ну не строжи ты их так. Девочки любят, мальчики вон какие хорошие.

Дед тоже вступается за Тимофея:

— Надя, куда уж лучше? Тимофей — хороший парень, проверенный.

Мама окончательно сдаётся:

— Да не запрещала я ей ничего! Как решат — пусть так и будет. Но не торопитесь, дети… не торопитесь…

Постепенно дом затихает. Мама с девочками еще долго шушукаются на кухне, обсуждая фасоны платьев и сочинские отели, а мужчины уходят на веранду поговорить о своём, мужском.

Мы с Ильёй и Марком поднимаемся в комнату. Марк, утомлённый избытком впечатлений и предновогодней кутерьмой, засыпает мгновенно, едва коснувшись подушки. Илья бережно поправляет ему одеяло и оборачивается ко мне.

В комнате темно, только свет луны падает на широкую кровать, серебря иней на окнах. Он притягивает меня к себе, заставляя уткнуться носом в изгиб его шеи.

— Ну что, невеста? — шепчет Илья, и я чувствую, как его губы растягиваются в улыбке. — План по захвату твоей семьи выполнен на сто процентов.

— Ты был великолепен, Ольхов. Даже мама признала, что ты «выдержал и дождался».

— Я бы ждал вечность, Наташка. Но лучше всё-таки в июле следующего года, а то все предохранители уже и так сгорели, а на морально-волевых я больше не тяну.

Он целует меня — медленно, тягуче, закрепляя наше негласное соглашение.

За окном тихо падает снег, укрывая имение белым пушистым ковром.

Впереди — сумасшедший Новый год, диплом, работа в «Велесе» и целая жизнь с архитектором моей мечты одна на двоих…

Эпилог

Полгода спустя, июль

Наташка

Мой дипломный проект — это один из спортивных объектов в Иркутске для компании Матвеева. Очень сложный, с кучей тонкостей по материалам, архитектуре и, самое главное, по ландшафту. Земля, определённая под строительство, до последнего вносила правки в мою архитектуру. Но я добежала до конца и до победы: лучший проект на курсе, да ещё и утверждённый к воплощению!

Конечно, без помощи Ильи и команды «Велеса», где я работаю уже полгода, ничего бы условно-толкового в такие сжатые сроки не получилось. Но вышло! И вышло «очень недурно» — это слова Ильи, а мне кажется — феерично!

Защита позади, а впереди Большой день — наша свадьба.

Мои подруги из универа в полном восторге. Никто до последнего не догадывался о нашем сближении, а значит, мы и правда неплохо конспирировались. Но время «сидеть в окопе» закончилось, сегодня мы с Ильёй Ольховым у всех на глазах и устах…