Искусство любить Пышку (СИ) - Есина Анна - Страница 17

— Урюк я терпеть не могу, — шепчу прямо в приоткрытые губы. — А вот спелые и сочные дыньки — да-а-а-а. Та же ситуация с плоскостями. — Она должна чувствовать, как в этот неидеальный, но такой манящий рыхлый животик упирается моя эрекция. И она чувствует. Задыхается, краснеет и пугливо смотрит на меня снизу вверх. — Насчёт орехов ничего не скажу, пользы в них масса, это я тебе как тренер говорю. Но если позволишь потрогать...

— Нет, — выдаёт дрожащими губами.

— А поцеловать? В губы.

Она дрожит, и меня тоже начинает лихорадить. Кладу обе руки на дверь по разным сторонам от её головы — тупо чтобы не сорваться и не вжать её в себя ещё теснее. Алёна вздрагивает. Паника в глазах перерастает в истерику. Потом схлопывается до размеров лёгкого предвкушения, и она сама льнёт щекой к моему запястью.

— Не здесь, — говорит сбивчиво.

— А где?

— Кино! — почти кричит. — Я согласна на кино!

А я сдохну, если хотя бы не коснусь её. Потому медленно опускаюсь и прижимаюсь губами к её рту. Не целую, раз уж не получил дозволения, но впитываю её тепло и жар дыхания.

Сумасшедшая у меня реакция на эту женщину. Кровь ревёт, внутри всё кипит так, что крышечка над котелком подпрыгивает. И меня дико заводит, какая она. Мягкая, пышная, нежная, ухоженная. Кожа гладкая как фарфор и такая же чистая. И запах сладкий, влекущий.

Алёна упирается ладошками мне в грудь и отталкивает. Бежит обратно за стол и зарывается носом в бумаги. Дышит при этом как паровоз и стыдливо прячется за завесой волос.

— Я позвоню, как освобожусь, — предупреждаю, чтобы не думала съехать с темы.

— Да, хорошо, — бормочет, не поднимая головы. — Я пока изучу твои наработки, внесу правки. Сможем завтра обсудить.

— Лучше сегодня, — возвращаюсь за бомбером, набрасываю его на плечи и балую себя ещё разок. Наклоняюсь и целую её в макушку. — Пока в голове ещё свежи все идеи. Ты, кстати, как относишься к эротике?

— А-а-а? — она смешно подскакивает, но я уже у двери.

— Ладно, шучу. Выберем боевик. До свидания, Елена Викторовна.

Глава 11

Алёна

Несколькими правками тут не отделаешься. С трудом осилила бестолковый толмут, взялась за ручку и приступила к переделыванию.

Взгляд скользил по строчкам, а внутри нарастало раздражение.

Детский сад… Чистейший детский сад. И это он называет «интеграцией науки и спорта»? Да тут даже намёка нет на серьёзный математический аппарат!

Перевернула страницу, пробежала глазами по описанию мастер-класса «Физика в движении». Саркастичные мысли неслись галопом.

Замеряют дистанцию, рассчитывают скорость… О, конечно! А дальше, видимо, будем считать яблоки на картинке. У нас гимназия с математическим уклоном, а не кружок «Весёлая физкультура»! Где векторы? Где проекции сил? Где хоть намёк на уравнения движения?

Я ткнула пальцем в пункт про опыт с магнитами после лекции о Кюри и тихо спросила себя, что это? Демонстрация компаса? Или потрём пластмассовую линейку о свитер, а потом хором удивимся, что она притягивает бумажки? Восьмой класс, между прочим, уже решает задачи по электродинамике, а им предлагают «почувствовать притяжение»? Смешно. Просто смешно!

Перелистнула дальше к разделу про марафонца. Тест на выносливость с замерами пульса. Да это уровень начальной школы! Где анализ данных? Где графики зависимости ЧСС [частоты сердечных сокращений] от нагрузки? Где статистическая обработка результатов? Мы что, будем просто смотреть на цифры и кивать: «О, у Пети пульс 120 — вот это он молодец!»?

Резко отодвинула папку, встала и прошлась по кабинету. В голове уже выстраивалась чёткая картина того, как должно быть.

Заменить примитивные замеры на сбор полноценных данных: пульс, давление, время восстановления, дистанция, темп.

Ввести обработку результатов: средние значения, дисперсия, корреляция между нагрузкой и успеваемостью.

Добавить расчётные задачи: например, спрогнозировать ЧСС на следующей тренировке или рассчитать энергозатраты за кросс.

Построить графики в Excel или GeoGebra. Пусть дети увидят, как математика описывает их тело.

Организовать мини-исследования: сравнить группы с разной физической активностью, выдвинуть гипотезы, проверить их.

Подключить элементы программирования: написать простой скрипт для анализа пульса или визуализации траектории броска мяча.

Взгляд снова упал на план тренера. Я вздохнула, открыла чистый документ на компьютере и начала печатать, быстро, решительно, строчка за строчкой. И думала мимоходом о том, что моя версия хотя бы отдаленно напоминает уровень гимназии с математическим уклоном. Никаких «почувствуй притяжение» или «замерь пульс и улыбнись». Только цифры, формулы, логика. Пусть видят, что спорт — это тоже математика. И математика — это не скучные цифры в учебнике, а живой инструмент, который помогает понять мир… и своё тело.

А моё собственное тело отлично помнило все неровности и выдающиеся выпуклости тренера. Мне вдруг вспомнилось, что на столе у секретаря с утра лежала стопка талонов на первое бесплатное занятие. Наверняка их припёр неугомонный Максим Владимирович. И я решилась на немыслимое.

Сгребла в кучу никуда не годный план занятий, дополнила первый лист размашистой надписью: «Требуется полная переработка. Уровень — начальная школа. Не соответствует профилю гимназии. Складывается впечатление, что ты накалякал эту белиберду за ночь», сверху водрузила распечатку полностью переделанного документа и предупредила завуча, что отлучусь на полчаса. Напоследок тиснула в приёмной рекламный флаер с логотипом «Тайгер Тим ММА».

Я зашла в спортзал почти незаметно, просто приоткрыла дверь и замерла на пороге. В центре стоял Максим, высокий, мускулистый, подтянутый. В борцовке и коротких спортивных шортах он выглядел так, что невольно перехватывало дыхание: каждая мышца на руках и плечах чётко очерчена, осанка идеальная, взгляд сосредоточенный, но тёплый.

Хотя вообще-то он не стоял на месте ни секунды: подходил к одному ребёнку, поправлял стойку, тут же отскакивал к другому, показывал движение, хлопал по плечу, подбадривал. Вокруг него крутились десять мальчишек и девчонок. Они облепили его со всех сторон, как муравьи, и слушали, затаив дыхание.

— Итак, — громко и чётко произнёс Максим Владимирович, — сегодня мы учимся правильно падать. Да-да, именно падать! Потому что тот, кто умеет падать, тот умеет и побеждать. Кто скажет, почему?

Руку тут же вскинул веснушчатый мальчишка в синей футболке:

— Потому что не сломается?

Тренер рассмеялся. Искренне, заразительно, по-мальчишески:

— Верно, Ваня! Но ещё потому, что он не боится упасть. А кто не боится, тот идёт вперёд. Повторяем правило номер один: подбородок прижат к груди, руки слегка согнуты, группируемся и катимся через плечо. Показываю всего раз, затем сразу пробуем!

Он плавно опустился на одно колено, перекатился через плечо, мягко и легко, будто не коснулся мата вовсе, и тут же вскочил на ноги:

— Разбиваемся на пары! Первый падает, второй следит за техникой. Три переката, и меняемся! Время пошло!

Дети бросились выполнять задание. Максим метался между ними, как вихрь:

— Лера, подбородок ниже! Вот так, молодец!

— Артём, не заваливайся назад! Плавно, плавно… Умница!

— Соня, расслабь плечи, дыши! Видишь, уже лучше! Давай ещё раз!

— Захар, не торопись! Контроль важнее скорости. Молодец, что заметил ошибку!

Через пять минут темп вырос: тренер добавил счёт вслух:

— Раз — группировка! Два — перекат! Три — встаём! Раз — группировка! Быстрее, ребята, быстрее! Чувствуем ритм!

Зал наполнился топотом ног, хлопками ладоней о маты, смехом и возгласами. Дети уже не просто падали, они учились делать это быстро, чётко, с контролем.

— А теперь игра на скорость! — объявил тренер. — Кто сделает пять правильных падений подряд и встанет без помощи рук за 30 секунд, получит фирменную наклейку. У кого будет пять наклеек, к концу месяца получит приз!