Попаданка в мир драконов. Замуж за чудовище (СИ) - Люцифер Юлий - Страница 37

— Нападавшего взяли. Живым. Пытался уйти через северную галерею. На нем печать скрытия, магическая связка сжигания и знак дворцовой стражи, срезанный с плаща.

У меня внутри все похолодело.

— Дворец, — произнесла я.

Рейнар коротко кивнул.

— В подземную допросную. Никого не подпускать без меня.

— Да, милорд.

Страж ушел.

Ильва все еще стояла рядом со мной, но я уже смотрела не на нее.

На Рейнара.

Он был слишком прямым.

Слишком собранным.

Слишком на пределе.

Я узнавала это состояние уже лучше, чем хотелось.

— Всем выйти, — сказал он вдруг.

Рина подняла голову.

— Милорд, вам нужен лекарь.

— Всем выйти.

— Рейнар, — начала Ильва осторожнее, чем раньше, — если вспышка пошла после отражения боевой магии, вам нельзя…

Он перевел на нее взгляд.

Всего один.

Но этого хватило.

Ильва замолчала.

Они ушли неохотно, однако быстро. Даже Рина, которая явно считала уход плохой идеей.

Я дождалась, пока дверь закроется.

Потом подошла к нему.

— Вы едва стоите, — сказала тихо.

— Это временно.

— Вы врете хуже, когда вам больно.

Он усмехнулся без радости.

— Полезное наблюдение.

— Не для вас.

Он сделал шаг к столу, но не дошел.

Оперся ладонью о край.

Очень спокойно.

Слишком спокойно.

Я видела, как его пальцы едва заметно дрожат. Как в виске бьется жилка. Как под кожей шеи огонь уже не просто живет — рвется наружу.

И тогда до меня наконец дошло.

Удар в окно был не обычной атакой.

Это была магия, рассчитанная именно на него.

Он закрыл меня собой — и принял на себя то, что, возможно, усиливает его проклятие.

— Это был удар по вам, да? — спросила я.

Молчание.

Очень короткое.

Но мне хватило.

— Он целился в меня, — ответил Рейнар. — Но заряд был рассчитан через мою природу. Если бы попал в вас — убил бы сразу. Если касается меня — ломает сдерживание.

— То есть кто-то знал, что вы встанете между мной и атакой.

— Да.

Сказано было так просто, что мне захотелось что-нибудь разбить.

— Прекрасно, — прошептала я. — Просто прекрасно. Значит, здесь уже не просто хотят моей смерти. Здесь хотят использовать вас как способ добить меня наверняка.

Он поднял на меня глаза.

И в этот момент я впервые увидела в них не только боль и контроль.

Вину.

Очень быстро спрятанную.

Но настоящую.

— Не смейте, — сказала я раньше, чем успела подумать.

Он нахмурился.

— Что?

— Не смейте сейчас смотреть так, будто это вы притащили сюда убийцу.

— Вы находитесь в моем доме, — произнес он низко. — Вас пытаются убить в моем доме. Через мою связку. Через мою природу. Этого достаточно.

— Этого недостаточно, чтобы брать на себя вину за каждого урода, который решил поиграть нами обоими.

Несколько секунд он просто смотрел на меня.

Потом отвернулся.

И я поняла: поздно. Он уже слишком привык считать, что любая катастрофа рядом с ним — его ответственность. Наверное, потому что так удобнее жить, чем признать, сколько в этом мире людей добровольно выбирают быть чудовищами без всякого проклятия.

Он резко втянул воздух.

Плечи напряглись.

Пальцы на столе впились в дерево.

И я поняла: еще секунда, и разговор закончится не словами.

Подошла вплотную.

— Рейнар.

— Не надо.

— Надо.

— Леди…

— Замолчите.

Я положила ладонь ему на грудь.

Прямо поверх рубашки.

Туда, где под тканью, должно быть, сходились самые глубокие огненные линии.

Эффект пришел сразу.

Не как в прошлый раз.

Сильнее.

Намного сильнее.

Его тело под моей рукой вздрогнуло так, будто я коснулась не кожи, а самого центра боли. Под тканью словно метнулся жаркий ток, потом замер, заколебался и начал отступать. Не исчезать — нет. Но сбавлять безумную, рвущуюся ярость.

Он шумно выдохнул.

Голова чуть опустилась.

Свободная рука сжала край стола так сильно, что дерево жалобно хрустнуло.

А я вдруг увидела не глазами — чем-то другим.

Вспышками.

Черное небо над башней.

Мальчик с темными глазами, стоящий в круге огня.

Женский крик.

Чужая рука с печатью короны на пальце.

Кровь на камне.

Шепот: «Если не удержим — он сожжет всех».

И одиночество.

Такое чудовищное, что от него хотелось выть.

Я резко отдернула руку.

Воздух вернулся в легкие болезненно, как после слишком долгого погружения под воду.

Рейнар поднял голову.

В его лице тоже было что-то ошеломленное.