Парадоксы любви - Роуз Лесли Энн - Страница 24

– Дэвид, ты ведь говоришь о себе! Почему ты не хочешь смириться с тем, что Габриэла не любит тебя и никогда не полюбит?

– А вот это мы еще проверим. Теперь убирайся из моего кабинета. Через десять минут ко мне явится важный клиент. Не желаю, чтобы он стал невольным свидетелем нашего разговора. В конце концов, я должен следовать марке «Дэвид Росс». Спокойствие и уверенность. А тебе, признаюсь, удалось вывести меня из себя. Большая редкость. Можешь гордиться собой. Тебе ведь не хватало поводов для самоуважения. Может быть, этот избавит тебя от упреков совести и терзаний.

– Какой же ты негодяй.

– Подонок, мерзавец, негодяй… Тэд, может быть, подать на тебя в суд? Я ведь могу в конце концов и рассердиться.

– Прощай, Дэвид. Запомни: я не сдамся без боя. Не отдам тебе Габриэлу. Я люблю ее. Я совершил страшную ошибку, когда согласился на твои условия. Знал бы ты, как я сейчас сожалею! Если бы в моей власти была возможность повернуть время вспять и исправить…

– Прекрати фантазировать, Тэд. Если ты не сделаешь так, как мы договорились… как ни прискорбно, но мне придется подать в суд на тебя. Интересно, сможешь ли ты в считанные дни расплатиться по долгам? А Габриэла… останется ли она с тобой, когда узнает правду?

– Ты не посмеешь!

– Еще как посмею, Тэдди. Ты ведь не оставишь мне иного выбора. Если Габриэла не останется со мной, то и с тобой она не будет. В этом можешь не сомневаться.

Тэд смачно плюнул и, ни слова больше не сказав, вышел из кабинета Дэвида Росса и метровыми шагами направился к лифту.

– Габриэла, что стряслось? – Энтони совершенно растерялся, когда она влетела прямо в его объятия. Однако он быстро справился с потрясением и задал вопрос.

Она ничего не ответила. Лишь уткнулась носом в его плечо и обвила руками шею.

– Господи, что произошло?! Ты плачешь?

Энтони обнял ее и погладил по спине.

– Успокойся, ладно? Сейчас мы выйдем из лифта, и ты все мне расскажешь.

Габриэла произнесла в ответ что-то нечленораздельное, одновременно напоминавшее и «да», и «нет». Десять этажей, которые предстояло преодолеть лифту, показались Энтони бесконечными. Всего полчаса назад Габриэла была весела и довольна успехом «Бэби трэвел». Даже перспектива возвращения домой на автобусе ее нисколько не огорчила.

Энтони строил догадки, в то время как Габриэла вздрагивала от глухих рыданий в его объятиях. Кажется, она собиралась навестить своего старого приятеля. Верно, Дэвида Росса, офис которого располагался парой этажей ниже… Возможно, они поссорились. Однако не похоже, чтобы Габриэла так убивалась из-за ссоры с приятелем. Какими бы хорошими друзьями они с Дэвидом ни были – а насчет этого у Энтони были весьма существенные сомнения, – вряд ли Габриэла так раскисла бы.

Энтони ломал голову, однако ни одного сколько-нибудь правдоподобного объяснения расстройству Габриэлы не находил. Так же, в обнимку, Энтони и Габриэла дошли до его автомобиля. Энтони открыл перед плакавшей навзрыд женщиной заднюю дверцу.

– Садись, я довезу тебя до дома.

– Нет! – громко воскликнула Габриэла, судорожно вцепившись обеими руками в руку Энтони. – Пожалуйста… нет, только не домой. У меня теперь нет дома.

Энтони внимательно посмотрел на нее и мягко сказал, высвободив свою руку:

– Хорошо, Габи. Главное – успокойся. Давай ты мне все расскажешь, и мы вместе решим, как лучше поступить. У меня, кажется, дома есть пицца и кока-кола. Устроим дружескую пирушку.

Габриэла кивнула и покорно села в автомобиль.

Конечно, о веселье и анекдотах речь уже не шла. Сейчас куда важнее было выяснить, что так сильно расстроило Габриэлу. И горе Дэвиду или Тэду, если они хоть чем-то обидели ее! Энтони с такой силой сжал руль, что костяшки пальцев побелели.

– Проходи, Габи. Располагайся, как дома. Извини, у меня в квартире бардак. – Энтони пропустил Габриэлу вперед, а сам закрыл входную дверь.

Однако она сделала всего пару шагов и остановилась, словно потеряла ориентацию в пространстве и не знала, куда двинуться дальше. Энтони положил руку на ее талию и слегка подтолкнул вперед.

– Проходи в гостиную. Я мигом. Только сбегаю в кухню за пиццей и кока-колой.

– Нет, Энтони, не надо. По крайней мере, не сейчас, – слабо воспротивилась Габриэла. – Может быть, чуть позже?

– Хорошо, – согласился Энтони. – Давай тогда сначала ты мне все расскажешь.

Они прошли в гостиную. Энтони откинул в сторону большой клетчатый плед, лежавший на диване, и заботливо усадил Габриэлу, словно она была маленькой, беззащитной девочкой. Затем он сел рядом и приготовился слушать так долго, как потребуется.

Прошла минута, другая… Габриэла молчала. Энтони ждал, пока подруга соберется с духом. Наконец она начала:

– Меня предали. Самые близкие мне люди… Энтони, знаешь ли ты, что это такое? Что чувствует человек, который однажды узнает о том, что с ним играли? Словно с безвольной и бездушной игрушкой! Дергали за ниточки, как марионетку… – Габриэла снова расплакалась.

Энтони молча протянул ей носовой платок. Через минуту Габриэла шмыгнула носом и продолжила:

– Дэвид и Тэд… Боже, я не могу… не хочу в это верить! – громко воскликнула она, бросившись на грудь растерявшегося Энтони.

Он по-прежнему не понимал, что произошло. Ясно одно: Габриэла несчастна и чувствует себя преданной.

Воцарившаяся в комнате тишина казалась бесконечной и всепоглощающей. Энтони уже потерял надежду на то, что Габриэла продолжит свой рассказ. Однако совершенно неожиданно она с незнакомой ему злостью начала:

– Дэвид и Тэд сговорились… – Габриэла закрыла глаза, словно так ей было легче рассказывать. – Тэду нужны были деньги, чтобы внести залог за младшего брата… Дэвид дал ему необходимую сумму. Однако взамен потребовал от так называемого «друга» одну маленькую услугу. Совершенно крохотную – влюбить меня в себя и жестоко бросить!

– Габриэла, что ты такое говоришь? – не сдержался Энтони.

– Я слышала собственными ушами, – твердо ответила она. – Я ушла… вернее ты сам отпустил меня раньше домой… Тогда я спустилась на пару этажей вниз, чтобы навестить Дэвида. – Габриэла горько усмехнулась. – Я считала его своим другом, преданным, верным и готовым прийти на помощь в любую минуту. Какая же я была дура! Жизнь меня ничему не научила. Я по-прежнему доверяю людям и вижу в них только хорошее. На самом же деле они злые, завистливые и эгоистичные…

– Габи, не говори так. Не все люди плохие…

– Извини, Энтони. Я не хотела обидеть тебя, – виновато сказала Габриэла. – Вы с Мэри исключение. За это я вас и люблю. Я как последняя идиотка верила в любовь и искренность Тэда. Полагала, что наконец-то встретила свою вторую половину… А Дэвид? Он представлялся мне вершителем судеб. Ведь это он снова свел меня с Тэдом. У нас все было так прекрасно. Мы любили друг друга… Вернее, я любила его. Получается, что я обманывала себя, потому что Тэду было плевать и на меня, и на наши отношения. Он всего лишь возвращал долг. Выполнял, так сказать, спецпоручение, грязную работу. Дэвид верно рассчитал. Если бы Тэд выставил меня сегодня вечером за дверь, я бы попросила помощи именно у Дэвида Росса. Ведь он всегда уверял, что я в любую минуту могу к нему обратиться. Он не учел одну деталь: случайности, которыми полна наша жизнь. Ведь я совершенно случайно оказалась около двери его кабинета в тот самый момент, когда он спорил с Тэдом. По всем законам логики и здравого смысла я должна была сидеть в офисе «Бэби трэвел», отвечать на телефонные звонки или консультировать клиентов. Однако ты отпустил меня раньше – и я стала невольной свидетельницей разговора Дэвида и Тэда. Вот теперь я рыдаю на плече вовсе не коварного интригана Росса, а распускаю нюни в квартире своего босса.

– Габи, в первую очередь я не босс, а твой друг. Слышишь меня? – Энтони приподнял двумя пальцами ее подбородок и заглянул в блестевшие от слез глаза Габриэлы.

Она молча кивнула и снова приложила платок Энтони к глазам, чтобы промокнуть слезы.