Командировка в Шотландию - Лесли Марианна - Страница 17

От неловкости кровь ударила ей в лицо. Избегая насмешливых глаз Роберта, она обратилась с извинениями к его деду:

– Простите. Когда мы встретились с вами там, в саду, я даже и не предполагала, что вы и есть лэрд. Я подумала… – Виктория замолчала, не зная, как объяснить свою оплошность.

– В прошлый раз, когда мы встретились, у меня был выходной от обязанностей лэрда, – видя неловкость гостьи, пришел он ей на выручку, затем подмигнул и без всяких формальностей представился. – Малколм Шеридан.

Так же как и вчера в саду, Виктория нашла старика полным благожелательности и доброго юмора. Совсем не похож на своего властного внука, подумала Виктория, чрезвычайно недовольная собой. Впрочем, судя по оживленным лицам и теплым улыбкам, которыми обменивались дед и внук, они прекрасно ладили между собой. С приходом гостьи старый лэрд переключил свое внимание на нее и засыпал вопросами о жизни в Штатах и о ее работе. Украдкой бросая взгляды на Роберта, Виктория заметила, что он сосредоточенно наблюдает за ней с чуть насмешливым выражением. Она постоянно и очень остро, каждой клеточкой ощущала на себе его взгляд, который, казалось, наполнял ее трепетным волнением и приятным теплом и в то же время смущал и приводил в смятение. Когда же, допив кофе, он поднялся, собираясь уходить, она испытала смешанное чувство облегчения и разочарования.

– Я распорядился, чтобы двое моих работников забрали вашу машину и пригнали сюда, – сказал он, обращаясь к ней.

Виктория почувствовала, как краска смущения заливает ей щеки. По правде говоря, она совсем забыла про машину, которая осталась на дороге. К тому же ей было неловко, что она перекладывает на него свои хлопоты, которых вчера и без того доставила ему немало.

– Спасибо, – пробормотала она, – но мне очень неудобно, что из-за меня у вас прибавилось забот. Их у вас и без меня хватает. Я вполне могу и сама…

– Не сомневаюсь, что можете, – довольно резко оборвал он ее, и в его голосе послышалось раздражение. – Вы все можете. Вы самостоятельная, самодостаточная, уверенная в себе женщина. Но раз уж так случилось, что вы оказались на моем попечении, позвольте уж мне обо всем позаботиться так, как я считаю правильным.

– Хорошо, просто я не…

– Знаю-знаю, вы не хотите доставлять мне лишних хлопот. Но раз уж вы мне их все равно доставили, то одной больше, одной меньше, какая разница?

Виктория почувствовала, как горячая краска с такой силой бросилась ей в лицо, что, казалось, оно загорелось. Этот человек сведет ее с ума. То он внимательный, заботливый и обаятельный, а то вдруг становится раздражительным и даже грубым, как сейчас. Какая собака его укусила? Неужели все еще злится на нее за вчерашнее? Викторию так и подмывало ответить ему какой-нибудь резкостью, но она взяла себя в руки.

– Еще раз прошу простить меня. Постараюсь больше ничем не осложнять вашу жизнь.

Видимо, поняв, что был необоснованно резок со своей гостьей, Роберт немного смягчился.

– Ничего, все в порядке. Чем вы намерены сегодня заняться? – вежливо поинтересовался он. – Хотите еще поработать в хранилище?

– Да, если можно, – отозвалась Виктория. – Только вначале хочу немного прогуляться, осмотреть церковь Святого Антония Отшельника.

– Что ж, прекрасно. Когда надумаете пойти в хранилище, дедушка проводит вас, а у меня на сегодня много дел. – Зеленовато-карие глаза остановились на ней. – Снимать «Золотой дождь» в часовне вы сегодня в любом случае не сможете, потому что нет солнца.

И действительно небо было хмурым и пасмурным, так что о съемках не могло быть и речи. Было бы, конечно, целесообразнее провести этот день за компьютером, работая над статьей по уже имеющемуся материалу, но ей не на чем было доехать до гостиницы, а попросить Роберта подвезти у нее не хватило духу. Ну ничего, до тех пор пока не доставили ее машину, она проведет время с пользой, ведь есть еще много мест, которые она пока не успела осмотреть.

– До встречи, Тори. Желаю вам плодотворно потрудиться, – сказал напоследок Роберт и зашагал к двери.

Когда дверь за ним закрылась, старый лэрд с извиняющейся улыбкой взглянул на нее.

– Не обижайтесь на него, мисс Стоун. Просто у него сейчас хлопот полон рот, и временами он бывает немного раздражительным. А тут еще я подвел его со своей болезнью. Мало того что все заботы по управлению поместьем теперь на нем, так он еще и беспокоится обо мне. А вообще-то он очень хороший, мой мальчик, добрый, заботливый, внимательный.

В этом Виктория уже успела убедиться, когда он приехал, чтобы спасти ее из туманного плена, и потом, когда бережно и нежно ощупывал оленя.

А еще он горячий, страстный и темпераментный, подумала она, вспомнив его пылкие объятия и поцелуй там, в разрушенной часовне.

Старый лэрд откинулся на спинку стула и продолжил, заговорщически улыбнувшись ей:

– Ну и конечно же он парень с норовом. Упрямец каких поискать. Характер у него еще тот. Но зато никогда не пасует ни перед какими трудностями. Роберт не из тех, кто отворачивается от вызова. Любой риск ему нипочем. Всегда был таким, даже ребенком.

Ну, в этом мы, пожалуй, с ним схожи, подумалось Виктории.

Шеридан-старший с мягкой улыбкой покачал головой. Было совершенно очевидно, что он души не чает в своем внуке. Перед мысленным взором Виктории вдруг предстал Роберт – непослушный, любознательный мальчишка. Буйные кудри, неуемная энергия и, разумеется, бесконечные шалости. Помимо воли она улыбнулась, найдя этот образ безумно привлекательным.

– Он из тех, кто всегда живет полной жизнью, всегда ищет волнующих приключений. – Малколм пригладил сухой, жилистой рукой седые волосы и вздохнул. – Даже отдохнуть не может спокойно, как все люди. – Он снова покачал головой. – Лучший отдых для него – это мотогонки. Виданное ли дело?

– Мотогонки? – Виктория нахмурилась. – Этот мотоцикл «харлей», на котором он вчера приехал… он что, на нем участвует в гонках?

– Ну да. Мальчик с детства гоняет на мотоциклах. Это его любимое занятие. Многие пророчат ему победу на местном чемпионате в этом году, который, кстати, уже совсем скоро.

Виктория представила себе Роберта, сидящего на огромной черной махине и несущегося вперед на огромной скорости, и внутри у нее все похолодело. Разве он не понимает, как это неразумно и даже опасно, ведь над ним же висит проклятие!

Тревога обуяла Викторию, но она поспешила напомнить себе, что это не ее дело. Ее ни в какой мере не должно волновать, что единственный и последний наследник Кинлаха желает рисковать головой, не прислушиваясь к голосу разума. Он утверждает, что не верит ни в какое проклятие, и, возможно, он прав. В любом случае это не ее забота.

Старый лэрд, слегка наклонившись над столом, поинтересовался:

– Вы ведь еще будете здесь в пятницу, мисс Стоун?

– Думаю, да. У меня еще много работы.

– Это хорошо. – Малколм выглядел довольным. – В таком случае приглашаю вас присоединиться к празднованию моего семьдесят седьмого дня рождения. Гостей будет немного, только узкий семейный круг. Окажите мне честь своим присутствием.

– Это для меня огромная честь, – ответила Виктория, искренне польщенная. Но не будет ли наследник Кинлаха недоволен моим вторжением в их семейный круг? – промелькнуло в ее голове. – А… э… Роберт не станет возражать? – решила она прояснить этот вопрос.

Малколм удивленно приподнял свои седые кустистые брови.

– С какой стати, милая? Наоборот, он будет только рад, я уверен.

Виктория вовсе не была в этом уверена, но, как ни странно, это только усилило ее интерес к предстоящему событию.

После завтрака она отправилась к церкви Святого Антония Отшельника – излюбленное место венчания в шотландском стиле. Виктории очень хотелось бы поприсутствовать на такой свадьбе, и она решила узнать у священника, не планируется ли на ближайшие дни какого-нибудь венчания.

Узкая тропинка, которая вела от замка к высокому берегу, была обрамлена двумя рядами очень старых тисовых деревьев, которым, насколько знала Виктория, было по нескольку сотен лет. Сама церковь, построенная из серого камня, была небольшой, увенчанной каменными зубцами, и имела множество высоких стрельчатых окон. Когда Виктория подошла поближе, любуясь старинной церковью, неожиданно из-за туч выглянуло солнце, заливая все теплым, золотистым светом. Она схватила фотокамеру и успела сделать несколько удачных снимков, прежде чем угрюмые тучи вновь затащили солнце в свой серый плен.