Двойня от чужого мужа (СИ) - Гейбатова Мила - Страница 20

Прямо как ее инфантильный муж. Тот так же, как клещ, как низменный паразит, держал за руку нежную Настю.

«Алексей, почему ты держишь за руку мою женщину? Объяснись, будь добр», – всплывают у меня в памяти мои же слова.

Оттолкнуть Власова было правильным, мужским поступком, но прижать к себе Настю было моим личным желанием, не продиктованным воспитанием и моралью. Просто что–то щелкнуло в голове, и я понял, что мне делать с Настей и Ольгой заодно.

Анастасию удивила моя вера в знаки, но я считаю, что любому человеку, начинающему свое дело, нужно прокачивать чутье до уровня интуитивного экстрасенса. Иначе ничего не выйдет.

А с Настей мне хочется, чтобы вышло. Не знаю, почему. Тянет.

Может быть, тот же Власов, висящий дамокловым мечом над ней, дополнительно привлекает, заставляет взыграть мои давно забытые рыцарские порывы.

– Но где эти двое в самом деле?! – восклицаю вслух, выныривая из своих мыслей. – А если он там снова руки распускает?

Я имею ввиду, конечно, Власова. Что их связывает с Настей я лишь догадываюсь, не хочется вступать в дурно пахнущий любовный треугольник, но что–то мужское упорно требует не отступать. Да и как начальник я жду свою подчиненную и никак не дождусь!

– Почему она не отвечает по рабочему телефону?! – недовольно восклицаю и решительно выхожу из кабинета.

Глава 35

Настя

Слова Власова буквально пригвоздили меня к месту. Я не ожидала такой прыти, я вообще не ожидала интереса к детям. Он самовлюбленный павиан, с чего вдруг он захотел узнать наверняка, не от него ли двойняшки?

Я была уверена, что все его вопросы, все попытки узнать про отца моих детей продиктованы отвратительным характером, заставляющим исторгать из себя дурно пахнущую жидкость. И еще, возможно, задетое самолюбие. У него есть дети от Снежаны, он в состоянии примерно определить возраст Тимошки и Леночки. И должен был понять, что я их нагуляла вскоре после отношений с ним.

Почему–то я наивно полагала, что Власов примет мой аборт за аксиому. Так ему самому будет спокойнее! Не знаешь об ответственности, так и не надо ее брать!

Но я ошиблась по всем фронтам.

Резко захлопываю дверь обратно и поворачиваюсь к Алексею. Хорошо, сегодня со мной нет двойняшек. Я бы не хотела, чтобы они узнали об отце при таких обстоятельствах. Мне и без того пришлось упрощенно объяснить, почему злой дядя хватал маму. А если еще и этот дядя оказался бы их папой…

Даже думать не хочу. Я не должна позволить этому случиться.

– И что ты предлагаешь, Алексей? – смотрю в его наглые глаза. – Ты вообще для чего сделал тест? На кой он тебе сдался? Побежишь в суд восстанавливать себе родительские права? Так я там не буду молчать, все подробно расскажу, про действия твоей ненормальной жены в первую очередь, – придвигаюсь ближе к Власову и угрожающе заканчиваю. – Твоя лаборатория тебя обманула. Если она вообще была. У тебя двое детей от Снежаны, больше нет. И не суйся к нам!

Я решительно открываю дверь и нос к носу сталкиваюсь с Сережей.

– Сергей… Викторович, – мое самообладание дает трещину, – а я как раз собиралась к тебе, к вам.

Сережа переводит с меня на Власова нечитаемый взгляд и только потом произносит.

– Почему не отвечаете по рабочему телефону, Анастасия?

«Он все слышал, – внутри меня все обрывается, – по крайней мере, последнее точно. Суть уловил, не дурак. Он не захочет связываться с той, у кого дети от мужа его сестры».

– Потому что он не работает. Заявку оставляла, но на нее не реагируют. Несколько раз оставляла, – уточняю, – я не сидела сложа руки.

Теперь мне остается только за работу держаться. Если позволят.

– Я разберусь, – кивает. – И раз уж я сам до вас дошел, поговорим в вашем кабинете, – он решительно входит внутрь, заставляя меня посторониться. – Алексей, тебя ждет работа, не задерживаю.

Власов бросает на меня злобный взгляд, намекающий на продолжение разговора позже, и выходит из кабинета. Видать, его здорово прижало, раз безропотно выполняет свою роль помощника. Странно мне видеть его таким, странно и отрадно. Появляются силы с ним бороться.

– То есть он отец твоих детей, да, Настя? – Дверь захлопывается, а Сергей переходит сразу к делу. – Я вызывал тебя по рабочему вопросу, но он подождет.

«Хм, подождет или зависит от моего ответа?» – мелькает в голове флегматичная мысль.

– Да, – тяжело вздыхаю и возвращаюсь за стол, тело требует физического отдыха для продолжения нервных разговоров, – и я этим не горжусь. Я не знала, что он женат на твоей сестре, – поднимаю глаза на Сергея. – Ты можешь мне не верить, думать, что я себя обеляю, но это так. Я с ним встречалась год, считая его свободным. Дура, да. Но какая есть. И я забеременела. Виноват он, но именно я решила сохранить беременность. Я не планировала никого шантажировать, требовать алименты или что–то еще. Я собиралась растить детей сама, что и делаю. Я не хотела и не хочу, чтобы они знали, кто их биологический отец. Моя психика определила Власова в доноры спермы, не более. И уж тем более я не могла знать, что все мы здесь с вами соберемся. Я пойму, если ты не захочешь со мной играть в любовь перед своей бывшей, но прошу, не увольняй. Мне очень нужна эта работа. И еще, не говори сестре, она может плохо отреагировать. Пожалуйста, – сумбурно заканчиваю свою откровенность и, затаив дыхание, жду вердикт Сергея.

Глава 36

Он подходит ближе и опирается на мой стол, берет ручку и вертит ее в руке.

– Красивая, это личная, да? Мне канцелярия выдала набор простых, – говорит Сергей, мучая меня и дальше.

– Личная. Сестра подарила, – отрывисто отвечаю.

Что за ерунда, душу раскрыла, а тут никакого отклика. Неприятно. Почему моя работа теперь смешивается с личным? Мне так нравилось держать с коллегами дистанцию, после работы никуда не ходить, отговариваться детьми, но теперь я каждый раз выворачиваю себя наизнанку то перед одним, то перед другим.

– Пойдешь со мной в пятницу на благотворительный вечер? Моя бывшая устраивает. Малышню будет куда деть? Вечер поздно начнется, они устанут, если бы днем, можно было бы попробовать и их взять. У бывшей иногда бывают аниматоры, довольно весело, – произносит Сергей ровным тоном.

– Я бы пошла даже не будь ты моим начальником и не прикрывай меня, а я тебя, – отвечаю с облегчением. – Но больше давай не будем говорить о личном. Я себя чувствую обнаженной среди толпы.

– Зря, – пожимает плечами Сергей Викторович и поднимается на ноги. – Пришли мне на почту то, над чем ты вчера работала. И пора бы уже дать свой номер мобильного, я удивлен, что я его у тебя еще в булочной не спросил.

– Тогда бы пришлось звать меня на свидание, иначе вышло бы неловко, встреться мы в следующий раз в очереди за булками, если бы ты не позвонил, – мягко улыбаюсь, беру листик и быстро пишу свой номер. – Держи. Буду рада пообщаться, если понадобится обсудить детали вечера, да и вообще, вдруг понадоблюсь, рабочий–то не работает, а по электронной почте не всегда удобно выразить мысли, – сумбурно заканчиваю, одновременно не желая и желая навязаться Сергею в телефонные собеседники.

– Обязательно, – он улыбается одним уголком рта и подходит к двери, но перед тем, как ее открыть, останавливается и добавляет. – Между прочим, я бы тебя тоже пригласил даже не будь ты моей подчиненной и не помогай ты мне, а я тебе.

– Спасибо, – У меня на душе разливается тепло, – я рада это слышать, особенно, в свете новых обстоятельств. Я разберусь с ним, он отстанет.

Мне не хочется портить практически комплимент Сергея упоминанием Власова, но я чувствую себя обязанной.

Черт. Да я вечно во всем чувствую себя обязанной, если речь заходит за этого придурка. Может, уже хватит? Сергей, вон, в разводе, расстался явно не на позитивной ноте с супругой, значит, и он сделал ошибку когда–то.