Разлом в небесах (ЛП) - Гамильтон Питер Ф. - Страница 37

-Да, и первые восемь километров - это другой вид щита, плотный слой углеродной пены, предназначенный для поглощения ударов всего, что проникает сквозь плазменный щит.

-Значит, все, во что мы врезались, прошло через плазму и углеродную пену?

-Да. Затем оно попало в основную структуру. Вы должны знать, что столкновение такого размера уничтожило бы значительное количество носовых отсеков.

- Не те, в которых находятся ремонтные киботы?- в ужасе спросила я.

-В инженерном отделе двадцать отдельных независимых секций. Любой достаточно сильный удар, чтобы повредить их все, разрушил бы весь корабль. Если они пережили мятеж, то у одного из них хватит ресурсов, чтобы устранить утечку.

-Отлично тогда , - сказала я с облегчением.-У нас есть ещё пара часов, пока не доберёмся до станции Кобея.

Я знала эту гору-башню. На ней находилась труба для слива гуано. Многие баржи, снабжающие поселок Иксия, загружались в его бассейне. Деревня Иксия, грузилась  в бассейне своего канала.

-Думаю, нам стоит попробовать поискать выход, - сказала я, - перекусить фруктами. Я проголодалась .

В животе у меня заурчало, как бы подчеркивая это. Единственное, что я ела в то утро, - это стакан апельсинового сока. Во рту тоже пересохло. Но не настолько, я попробовала пить воду, по которой мы шли. От голода голова болела еще сильнее.

-Хорошая идея, - согласился Рел.

Джон повел нас по служебному тоннелю возле одной из платформ станции. Как и прежде, он несколько раз разветвлялся, и мы протащили тележку через различные гаражи и камеры, оказавшись в небольшом помещении с разбитыми машинами.

-Здесь было применено много насилия, - заметил Джон, когда мы припарковали тележку Фрейзера в центре. Я медленно повернулась по  кругу. Раньше машины были кубиками или цилиндрами, большинство из них были примерно моего роста, некоторые чуть выше. Но все их корпуса были помяты, а длинные прорехи обнажали внутренние детали, которые были разбиты и сломаны.

Нечто с силой вгрызалось в их внутренности, превращая их в искореженные обломки.

-Что могло сделать это?- спросила я.

-Я не уверен в точности орудия, - ответил Джон. - Лучше всего подойдет топор.

Я попытался представить, сколько времени понадобится человеку или целой команде людей, чтобы сделать все это с помощью топора. Хуже было то, сколько ярости пришлось выплеснуть, чтобы добиться этого. Передо мной была не методичная атака. Это была бездумная ярость. И эта комната была лишь одной из сотен, а возможно, и тысяч, где уничтожались машины, которые заботились о нас и помогали людям жить своей великой жизнью. Как, должно быть, мятежники ненавидели решение Эшли Крюгер оставить Первый мир позади, насколько фанатичной была их оппозиция. Они использовали не только насилие, но и вероломство, подбрасывая свое инопланетное биооружие, чтобы саботировать машины, до которых они не могли дотянуться, чтобы разбить их.

Меня пугало, что кто-то может быть настолько рьяным, что готов рисковать жизнью всех на борту ради достижения своей эгоистичной цели.

-Это все равно что столкнуться с целой деревней, населенной Элайджами.

-Большой топор… , - пробормотал Рел.

Я догадалась,  его терзают те же тревожные мысли, что и меня.

-Нам нужно выйти на улицу, - сказала я. - Джон, как мы это сделаем?

-Вам всем троим будет трудно. Там лестница.

-Все в порядке, - сказала я-. Я останусь здесь с Фрейзером. При этих словах Фрейзер разразился хохотом.

-Что? - потребовала я.

-Как Джон собирается выпроводить Рела наружу, если ты здесь? О мой капитан, Хейзел, иногда ты бываешь такой тупой .

О да, ему определенно становилось лучше. Я подумала о том, что оставить его тогда и там, пока его ноги еще не окрепли, было бы очень просто. Действительно очень легко.

-Отлично. Тогда мы просто оставим тебя здесь. - Я снова победно ухмыльнулась.

-Все в порядке, - сказал он. - Я все еще чувствую себя уставшим. Я вздремну, пока вы двое будете заниматься своими делами.

Я сузила глаза, чтобы бросить на него подозрительный взгляд, но увидела лишь невинность.

-Ты уверен?

Фрейзер жестом показал вокруг.

-Элайджа понятия не имеет, где мы . Мне действительно нужно отдохнуть. Нам нужна еда. Какой у тебя контраргумент?

-Момент. - Я вздохнула и посмотрела на Рела.

-Пойдем. Нам нужно проверить, нет ли где-нибудь в этой комнате стержня для ручного открывания двери, - сказал Джон.-Это облегчит тебе жизнь.

Следующие пять минут мы провели в поисках того, что Джон в основном называл палкой, в металлических шкафах, в маленьких корпусах и в кучах мусора. Не помогло и то, что Фрейзер говорил: "О, принеси сюда!" каждые две секунды, когда я брала в руки какой-нибудь старый инструмент или гнутый кусок хлама. В общем, что нам действительно удалось сделать, так это переложить половину хлама в кучу рядом с тележкой Фрейзера, где он с энтузиазмом принялся осматривать каждый предмет.

Единственным моим разочарованием было то, что я не нашла никакого масла, чтобы справиться с этим проклятым гуано колесом. К счастью, Рел нашел нужную Джону штуковину с дверным стержнем, которая, по правде говоря, мало чем отличалась от отвертки, которую я использовала, чтобы затащить нас в Управление энергохозяйством Трессико.

-Береги себя, - сказала я Фрейзеру, когда Джон велел нам открыть обычную дверь в задней стене, - и постарайся отдохнуть. Мы вернемся через час.

 Он сидел на краю тележки и светил фонариком на какой-то кусок грязного сокровища.

-Да, да

Я закатила я глаза, потом встала на цыпочки, чтобы вставить стержень в крошечное отверстие над дверью, после чего раздался тихий щелчок.

Нам с Релом удалось открыть его.

Часть 7.

Под Кобеа было много коридоров, определенно больше, чем на станции Котио. Было неприятно думать, что весь этот мир-лабиринт существовал под моими ногами всю мою жизнь, а я и не подозревала о его существовании . Нам пришлось открыть еще три двери, прежде чем мы попали в широкий коридор с лестницей в дальнем конце. По ним струился дневной свет. Я поспешила вперед.

-Хейзел, - позвал Рел, - давай просто успокоимся, хорошо? Мы не знаем, что там наверху.

-О, да. Прости.

Моя рука каким-то образом нашла его руку, и мы осторожно пошли вверх по лестнице. Наверху был большой вестибюль, такой же по размеру, как и вход в Трессико, но с другим декором. Он был темно-красным с золотой каймой по спирали вокруг колонн.

Должно быть, до мятежа он был весьма величественным. За огромной открытой аркой виднелась лишь стена из громоздких стволов старых деревьев. Как и Трессико, Кобея была окружена диким лесом.

-Пошли, - с нетерпением сказал Рел. - Просто возвращение свежего воздуха и дневного света избавило меня от головной боли.

Деревья вплотную прижимались к изгибающемуся основанию горы Тауэр. Разумеется, все они были фруктовыми деревьями. Я выбрала большое яблоко глубокого бордового цвета, выглядевшее настолько идеально, насколько это возможно. Когда я откусила кусочек, оно оказалось таким горьким, что мне пришлось выплюнуть  его .

-Так всегда бывает с этими древними деревьями, - сказал Рел. - Плоды начинают киснуть через столетие или около . Надо бы убрать их и посадить новые.

-Мне нужно что-нибудь поесть, - жалобно сказала я и вздрогнула от того, как плохо это прозвучало.

Несмотря на то, что я относилась к деревенской жизни со скучающим презрением, там я получала  питание, о чем постоянно напоминал желудок. Рел бросил на меня взгляд, полный легкого удивления, и жестом указал на лес с его паутиной виноградных лоз, усыпанных гроздьями, и каждой веткой, согнувшейся от обильного урожая плодов.

-Я уверен, что мы найдем для вас что-нибудь.

Я покраснела. Тогда Рел ухмыльнулся и взял меня за плечи. Как ему удалось так хорошо меня понять? Мы провели вместе, наверное, не больше восьми часов. А казалось, что прошли недели.