У Великой реки - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 272

По пути мы сделали небольшой привал, быстро перекусили, сбегали кто куда. Потом поехали дальше. Пару раз попадались конные патрули дружинников, у нас проверяли подорожную, после чего сразу отпускали.

Ближе к вечеру мы озаботились ночлегом. Балин эти края знал плохо, Орри – не лучше, но местность выглядела достаточно населенной для того, чтобы мы не слишком беспокоились. Хоть просто в деревню, но напросимся.

Постоялый двор мы нашли на крепком хуторе, окруженном мощным частоколом. Трудолюбие людей, его соорудивших, вызвало большое уважение. Подворье же было выстроено по принятому в наших и этих краях плану. Глухие задние стены хозяйского дома, домов семейных, сараев, самого постоялого двора и прочих пристроек выходили наружу, а промежутки между ними как раз и замыкал этот самый частокол.

Пыльный двор был просторным, так что проблем поставить машину не было. Вимраского герба у нас на капоте уже не было – в инструментальном ящике нашлись баночки с краской двух цветов (военная машина, как никак), вот Балин его и перекрасил, а Маша каким-то заклятием заставила краску почти мгновенно высохнуть. Не гоже в Мирланской марке с вимарским гербом на капоте раскатывать. Можно и на проблемы нарваться.

Населен хутор был хозяином – крепким широкозадым мужиком с бородой веником и хитрыми глазами, такой же невысокой и коренастой хозяйкой, и двумя взрослыми сыновьями, похожими на обоих родителей. Оба сына были женаты, и их жены тоже вовсю занимались местным хозяйством.

Под постояльцев был отведен просторный дом с четырьмя спальнями, из которых к нашему приезду были заняты две. Купец с приказчиком и двумя охранниками там разместились. Их "зилок" стоял, прижавшись боком к стене сарая.

Кормили гостей в просторной горнице хозяйского дома, превращенной в подобие небольшого трактира. Стояли тяжелые длинные столы, вдоль которых вытянулись столь же длинные лавки.

Пиво было в этих краях только темное, светлое тут почему-то не любили. И еще подавали хорошую медовуху, отчаянно понравившуюся Маше, которая к этому времени совсем оклемалась, и была бодра и весела.

Немудрящую, но вкусную еду носила с кухни хозяйская сноха, комплекцией и повадками напомнившая мне подавальщицу из "Ржавого шлема". У Орри тоже, видать по всему, всколыхнулись воспоминания, потому как каждый раз провожал ее долгим задумчивым взглядом, что-то невнятно бормоча под нос. Сидящий рядом Балин тоже вниманием ее не обделял. Подавали, как всегда здесь, свинину с картошкой, щедро сдобренные пережаренным луком, овощи и свежий хлеб. Более чем достаточно нормальному человеку.

Лари была сдержанно-вежлива со мной, но в выяснение отношений не пускалась, Впрочем, возможностей остаться наедине для разговора у нас пока не выдалось. Да и я не слишком грузился этим делом, твердо зная, что правда на моей стороне, потому что группой командую я, а Лари правила игры приняла. И если она думает иначе, то пусть снова вспомнит, кто здесь командует.

Компания из купца с приказчиком и охранников веселилась за соседним столом, купец все время шутил с хозяйской снохой, причем весьма сомнительно, но та только хохотала и отмахивалась.

Дело шло к закату, о котором хозяин нас предупредил. Все верно, "час нечисти" приближается. А предупреждал он для того, чтобы дать понять – кто будет ночью ходить по двору, тот делает это на свой страх и риск. Частокол частоколом, но иной твари и он не помеха. Я к приближению ночи был готов, моя "вампирка" с оставшимися патронами стояла у меня за спиной, прислоненная к деревянной стене. По

В конце концов Лари не выдержала, и сказала мне:

– Поговорим? – указав при этом на дверь.

Маша сделал вид, что внимательно прислушивается к спору гномов, которые обсуждали какие-то кузнечно-металлургические дела, а я преувеличенно вежливо показал на выход, подхватив двустволку – за окном было уже темно.

Мы отошли под навес сарая для сена, возле которого и остановились. Пахло навозом и свиньями, посреди двора лежали два спущенных с цепи лохматых пса. В наших краях на собак внимания не обращают – на людей они даже не лают. А вот нечисть чуют почти всегда, для чего их и держат.

– Объяснись. – сказала Лари, сложив руки на груди и набычившись.

В глазах у нее снова начал разгораться зеленый огонек, который на этот раз почему-то меня не впечатлил.

– Я "объяснись"? – я усмехнулся. – Пока командую этим отрядом я, объясняться будешь ты. Когда ты к нам примкнула, ты не протестовала против того, что я у руля. Так что объясняйся.

– Это в чем? – даже чуть отшатнулась она.

Видать, с этой точки зрения она над проблемой пока не размышляла. А вообще-то не мешало бы подумать.

– Ты примкнула к нам, но со своей собственной целью. И в какой-то момент ты поставила всех под угрозу, своими делами занимаясь.

– Это не свои дела. – неожиданно спокойно ответила она. – Иган – отступник. За ним кровь. Он убил одного из сородичей, после чего ушел служить колдуну без согласия Совета Ордена. Это преступление.

– И? – кратко подтолкнул ее к продолжению речи я.

– И в таких случаях орден посылает одного из лучших воинов покарать отступника. Назначает его палачом. Но палач вызывает преступника на поединок, и тем свершается правосудие.

– А если преступник победит палача? – полюбопытствовал я.

– Значит, боги удачи покровительствовали ему, и Орден принял неправильное решение. Но чаще удача покровительствует палачу.

– Чудесно! – кивнул я, дослушав. – А теперь скажи, какова была цель моего отряда? Покарать Игана строго по тифлинговским правилам? Или какая другая? А оставаться и смотреть на твою драку было самоубийством, мы бы оттуда не выбрались. А бросить тебя было бы подлостью – ты одна из нас. Значит, ты предлагала нам коллективное самоубийство в целях сохранения твоего палаческого реноме. Умно!

– Вы отпустили Пантелея. – сказала она. – Ваше дело было закончено. Закончено в том виде, в каком вы его закончили. Лишь после этого я вызвала Игана на бой. А ты… у меня даже слов нет…

Она лишь сокрушенно покачала головой.

– Дело отряда не только дойти туда, но и вернуться оттуда. – сказал я жестко. – А я, как командир, отвечаю за каждого. И за тебя в том числе, если ты к нам примкнула, а не пошла сама искать своего Игана. Если бы сначала сказала, что ты его ищешь и намерена вызвать на поединок – я бы еще подумал, принимать ли тебя. Или заранее сказал, что тогда мы тебя там и бросим, если это твое дело чести поставит все под угрозу. Но ты предпочла нам об этом не сообщать.