Девятое Правило Волшебника или Огненная Цепь - Гудкайнд Терри - Страница 150

Глава 60

Со скоростью стрелы Ричард летел сквозь нежное безмолвие сильфиды, но чувствовал себя скорее вороном, медленно скользящим по воздушным потокам над вершинами деревьев в лунном свете. Здесь не было ни жара, ни холода. Среди безмолвия чудесные звуки наполнили его сознание. Перед глазами мелькали и свет, и тени, объединенные в единый спектр, а легкие наполнялись сладким духом сильфиды, проникавшим в самую душу.

Это было подлинное наслаждение.

Но внезапно все кончилось.

Зернистая темнота взорвалась перед его глазами, распалась на угловатые, неясные формы; пронзая их, он поднимался к поверхности. Никки в ужасе стиснула его руку изо всех сил.

— Дышите, — сказала им сильфида.

Ричард выдохнул, сожалея, что наслаждение прервалось. Неохотно вдохнул взамен чужой воздух. Кара тоже с силой втянула жаркий, пыльный воздух.

Никки всплыла лицом вниз и мягко закачалась на серебристой поверхности.

Ричард протянул руку и подтащил Никки к себе. Стянув со спины лук, чтобы не мешал, он с помощью сильфиды быстро подпрыгнул и оказался на ограде колодца. Потом сильфида приподняла Никки, и он высвободил ее голову и плечи, чтобы дать ей доступ к воздуху.

— Дыши, Никки! — позвал Ричард, хлопая ее по спине. — Ну-ка, давай! Ты должна выдохнуть сильфиду. Ради меня, прошу тебя, дыши!

Наконец ей это удалось. Она задышала, беспомощно ощупывая руками неведомое пространство. Ричард прижал ее к себе, повернул так, чтобы она могла ухватиться за стенку, и помог выкарабкаться из колодца.

На стенах незнакомого помещения неярко горели стеклянные сферы в металлических креплениях, такие же, как в замке.

— Как вы думаете, где это мы? — спросила Кара, осматриваясь.

— Какое наслаждение… — пробормотала Никки, все еще находясь под впечатлением путешествия.

— Я же обещал тебе, — сказал Ричард, помогая ей спрыгнуть на пол.

— Комната какая-то странная, — заметила Кара, пройдясь вдоль стен. — Похожа на каменный мешок.

Ричард подошел к дальнему, темному концу комнаты, и два шара побольше, размещенные на высоких железных подставках, зажглись зеленоватым потусторонним светом. Стало видно, что они отмечают вход на лестницу. Но ступеньки отчего-то доходили до потолка.

— Очень странно, — сказала Кара, поднявшись на две ступеньки и разглядывая темный потолок.

— Вот оно! — воскликнула Никки, рассмотрев ступеньки сбоку. — Здесь есть металлическая пластина.

Ричарду случалось видеть такие пластины. Они служили для включения щитов. Никки похлопала по пластине, но ничего не случилось.

Ричард прижал руку к металлу, холодному как лед, и камни начали со скрежетом проворачиваться. Пыль струйками потекла вниз.

Отшатнувшись, трое пришельцев попытались разобраться, что же, собственно, движется. Пол содрогнулся. Казалось, вся комната целиком смещается и меняет форму. Но Ричард, взглянув вверх, понял, что сдвигается только потолок.

На ступени легло пятно лунного света. Оно быстро увеличивалось. Ричард понятия не имел, куда их занесло и кому пришло в голову замуровывать эту комнату. От сильфиды он знал только, что Касска — часть некой местности, Глубокой Пустоты, а где эта местность находится, знают, наверное, одни лишь добрые духи. Здесь можно ожидать чего угодно.

Ему было решительно не по себе. Привычным движением он потянулся за мечом — и в который раз вспомнил, что меча нет.

Сколько раз еще придется ему пожалеть о том, где и зачем он его оставил?

Пришлось ограничиться длинным ножом. Пригнувшись на всякий случай — а вдруг там снаружи кто-то есть, и этот кто-то услышал скрежет раскрывающегося потолка? — Ричард двинулся вверх по ступенькам. Кара, следуя его примеру, зажала в руке эйджил. Она попыталась было пройти вперед, но он удержал ее и знаком велел держаться позади, слева. Никки шла справа от него.

Выбравшись на землю, он разглядел неподалеку смутные очертания трех человеческих фигур. Он знал, что некоторое время после пребывания в сильфиде зрение будет острее, чем обычно. Значит, он сейчас видел тех троих яснее, чем они его.

Ричард увидел, что двое стоят по сторонам, а между ними рослый детина прижал к себе тоненькую девочку — одной рукой он зажимал ей рот, а другую приставил к горлу. Лунный свет блеснул на обнаженном клинке. Девочка плакала.

— Бросайте оружие! — прорычал детина, держащий девочку. — Сдавайтесь Имперскому Ордену, или вы умрете!

Ричард подбросил нож в воздух на пол-оборота и поймал его за кончик. Внезапно какое-то чернильно-черное существо ринулось солдату на голову. Раздалось пронзительное карканье. Солдат дернулся. Ричарду некогда было удивляться столь неожиданному союзнику. Он метнул нож.

Распахнув широкие крылья, птица взмыла в воздух. Острие со стуком вонзилось солдату прямо в переносицу. Ричард прикинул, что нож прошел через его мозг насквозь — и, судя по всему, вышел из затылка, пробив черепную кость. Солдат рухнул наземь рядом с дрожащей девочкой, не успев причинить ей никакого вреда.

Прежде чем двое других успели сделать шаг вперед, Никки что-то прошептала, и лезвие силы, словно коса, обезглавило обоих совершенно бесшумно — глухой звук падения двух голов показался оглушительным. Тела повалились, как два мешка.

Тихую ночь оглашало лишь пение цикад.

Девочка нерешительно приблизилась и, упав на колени, склонилась до земли у основания ступенек.

— Лорд Рал, я ваша покорная служанка. Спасибо, что пришли и защитили меня. Моя жизнь принадлежит вам. Приказывайте, я повинуюсь.

Пока девочка выговаривала все это дрожащим голосом, Кара и Никки разошлись в стороны, проверяя, нет ли где еще опасности. Ричард прижал палец к губам, призывая их не шуметь, чтобы не поднять ненароком еще каких-нибудь солдат, слоняющихся поблизости. Обе заметили его знак и кивнули.

Ричард выждал, но все оставалось спокойно. Девочка приникла лбом к земле; он пока не тревожил ее расспросами. Через несколько минут послышался шорох крыльев, и большой ворон, опустившись на свисающую с дерева ветку, аккуратно сложил крылья.

— Все чисто, — объявила Никки негромко, вынырнув из темноты. — Хань подсказывает мне, что в непосредственной близости от нас нет никого.

Успокоившись, Ричард расслабил напряженные мышцы. Перепуганная девчушка плакала навзрыд. Она боялась, что и ее сейчас убьют, как тех троих солдат. Ричард догадался, в чем причина ее страха, присел рядом с нею на верхней ступеньке и, легонько взяв ее за плечи, заставил распрямиться.

— Успокойся! Я не сделаю тебе ничего плохого. С тобой теперь все будет в порядке!

Девочка распрямила спину. Ричард обнял ее, успокаивая, и она положила голову ему на плечо, но все еще смотрела на три мертвых тела так, словно они могли вскочить и броситься на нее. Она была взрослее, чем показалась вначале — стройная и гибкая, но хрупкая, как птенец, еще не покинувший гнезда. Теперь она доверчиво обвила шею Ричарда тонкими руками и снова заплакала — теперь уже от радости.

— Эта птица с тобой дружит? — спросил он.

— Его зовут Локки, — сказала она. — Он обо мне заботится.

— Ну, нынче он хорошо потрудился!

— Я думала, вы не появитесь, магистр Рал. Думала, что сама виновата, что я — плохая ваша служительница.

Ричард погладил ее по волосам.

— Откуда ты узнала, что я здесь появлюсь?

— Знамения это предвещали. Но я ждала уже так долго и начала думать, что они ложные. Я решила, что вы сочтете нас недостойными, и все из-за моей неумелости…

Он сообразил, что «знамения» — это какой-то род пророчества. Хотелось бы разобраться и во всем остальном.

— Ты назвала себя служительницей — в каком смысле?

Подняв голову, она увидела, что он улыбается. Взглянув на ее лицо, Ричард ощутил неприятный холодок внутри: большие глаза цвета меда, щеки и лоб вымазаны темной краской наподобие маски…

— Я — служительница костей. Жрица. Вы вернулись, чтобы помочь мне. Я — ваша служанка. Я та, кому положено сеять сны.