Сломанная жена генерала дракона (СИ) - Юраш Кристина - Страница 16

Браслет для генерала Э. Моравиа. Заказчик — граф Дейнвуд. Материал: чёрное золото, вставки — серебро. Камни: агаты. Форма застёжки — драконий клык. Магическая гравировка — по пожеланию заказчика.

Ни одного рубина. Ни одного алого отблеска. И на рисунке совершенно другой браслет.

— Мы отправили его точно в срок! — произнёс ювелир, кашляя и отворачиваясь. — С посыльным.

— И где мне найти этого посыльного? — спросил я, понимая, что браслет, скорее всего, подменили по пути. — Меня интересует посыльный с усами.

— Ах, Альфред! — вздохнул старик и снова закашлялся. — Так он на днях попросил расчёт. — Хороший малый. Толковый! А уж язык как подвешен! Кого угодно уболтать может. И такой обходительный, что клиенты от него в восторге!

— И где этот Альфред? — спросил я.

— Честно? Не знаю, — усмехнулся ювелир, разводя руками и пряча эскизы. — Но вам бы его по трактирам поискать. Он уж больно выпить любил. Но на работу это никак не влияло!

Я вышел на улицу. Метель снова поднялась — та самая, что гнала снег по дорогам в ночь бала.

И в этот момент я понял: это не ошибка. Не недоразумение.

Это ловушка.

Кто-то хотел, чтобы Лиотар вытолкнул жену в снег.

И я найду того, кто дёргает за нитки.

Но прежде чем нога коснулась ступени кареты, меня настигло странное ощущение — будто в груди вдруг погас один из внутренних огней.

Не боль. Не слабость.

Просто… тишина.

Там, где обычно шевелился дракон — тёплый, живой, готовый отозваться на зов или опасность, — теперь была пустота, будто кто-то прикрыл его веки.

Я замер.

«Что за?..»

Сердце билось ровно. Дыхание — спокойно. Но внутри… внутри что-то отступило.

И впервые за годы я почувствовал себя обнажённым.

Не физически.

А как будто кто-то вынул из меня то, что делало меня мной.

Глава 36. Страх

Слова служанки ударили, как ледяной дождь по обнажённой коже:

«Он уехал. Сегодня утром. Разбираться, как ваш браслет оказался у него».

Эхо ее слов все еще гудело в моей голове.

Я замерла с чашкой в руке. Чай, ещё тёплый, вдруг показался мне горьким, как пепел.

Разбираться.

Не «узнать», не «поговорить» — разобраться.

Это слово звучало как приговор. Как шаг к правде, которую я не могла позволить ему увидеть.

И тут меня охватила настоящая паника.

Он узнает.

Он всегда узнаёт.

Он — Моравиа. Генерал. Тот, кто видит нити, пока другие видят тени.

А мы… Мы с мужем оставили след.

Нет. Не след. Целую тропу.

И он идёт по ней. Прямо сейчас.

Если генерал узнает, что за всем этим стоим мы с Лиотаром, то пощады не будет.

А яд… Яд уже в его крови. И он ещё не знает, что это начало конца.

Я поставила чашку на поднос. Руки не дрожали — ещё нет. Но внутри всё сжалось, будто кто-то стянул мои рёбра железным обручем. И я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Если генерал вернётся и скажет: «Я знаю, кто подменил браслет», — я не выдержу.

Если он посмотрит на меня и спросит: «Это ты?», — я упаду на колени.

А если он поймёт, что я подсыпаю яд…

Нет. Лучше умереть в овраге второй раз, чем увидеть в его глазах презрение, удивление и ненависть.

Я встала. Подошла к окну. За стеклом — тишина. Ни кареты, ни копыт, ни вестника судьбы. Только снег, падающий так мягко, будто мир решил дать мне передышку перед казнью.

Но я не верила в милость.

Я верила только в страх.

Страх шептал: дай вторую дозу. Сейчас. Пока он ещё не знает. Пока он ещё смотрит на тебя как на человека, а не на предательницу. Пока он ещё не понял, что ты — ловушка в его собственном доме.

Я сжала браслет под рукавом. Шесть камней. Пять осталось.

Первая доза уже в нём. А теперь — вторая. Чтобы дракон внутри него ослаб. Чтобы он не смог обернуться. Чтобы он не смог уничтожить нас с Лиотаром, когда настанет час.

Я села на край кровати. И стала ждать.

Сердце стучало не в груди — в висках, в пальцах, в горле.

Каждый звук за окном — скрип снега, вороний крик, лай собаки — казался предвестником его возвращения.

В любой момент дверь могла открыться.

И он — высокий, красивый, с глазами, которые видят сквозь ложь, — войдёт и поймёт всё по одному моему дыханию. По моим дрожащим пальцам. По моему взгляду.

И вот — шаги.

Тяжёлые. Чёткие. Не спешащие.

Они приближались по коридору — те самые шаги, что я слышала в кошмарах: не гневные, не спешащие, а точные, как удар ножа между рёбер.

Дверь открылась.

Генерал вошёл в комнату.

Не в гневе. Нет.

Задумчивый. Молчаливый. С тенью усталости в глазах, будто ночь и загадка не давали ему покоя. Мимолетный взгляд скользнул по мне, вызывая волну внутреннего холода. У меня замёрзли даже пальцы, которыми я сжала трость.

— Как ты? — спросил он, и голос его был тише, чем метель за окном.

Я кивнула. Не смогла вымолвить ни слова.

— Сегодня будем учиться ходить, — объявил генерал, подходя ближе. — По коридору. Ты справишься.

Я хотела сказать: «Я не справлюсь. Я сейчас взорвусь от страха».

Но вместо этого встала. Оперлась на край кровати. Сделала шаг.

Потом второй.

“Он что-то выяснил? Или нет? Если выяснил, то почему молчит? Почему не обвиняет?”

Глава 37. Второй удар

Комок мыслей вертелся в голове, когда я делала шаг за шагом.

Генерал шёл рядом. Не поддерживая. Не торопя. Просто — рядом.

Как будто верил, что я не упаду.

Как будто не знал, что я уже упала — в ту самую пропасть, где нет дна, только ложь и яд.

Когда мы дошли до конца коридора, я почувствовала, что задыхаюсь.

Не от усталости.

От паники, которая клокотала во мне, как кипящая смола. Мне казалось, что я сейчас взорвусь на осколки.

— Хорошо, — похвалил генерал, и в его голосе прозвучало что-то новое. Почти одобрение. — Теперь обратно. Не спеши.

Я кивнула. Сделала шаг. Меня пугала его задумчивость. Пугало его молчание.

И в этот момент слуга появился в дверях столовой.

— Обед! — объявил он, а я замерла на полпути.

— Отлично! Пообедаем в столовой, — кивнул генерал, а я смотрела на него украдкой, чувствуя, как удавка вины затягивается на моей шее.

Он кивнул, бросил на меня короткий взгляд — будто проверяя, не рухну ли я без него, — и пошёл.

Я последовала за ним, держась за трость, как за якорь.

В столовой уже стоял обед: дымящийся суп, свежий хлеб, бокалы с вином.

Мой — слева. Его — справа.

Тот самый, в который я недавно сыпала первую дозу.

Я села. Не тронула еду. Ждала. Чего ждала? Не знаю. Просто кусок в горло не лез.

Пальцы под столом впивались в ладонь так, что ногти оставили полумесяцы. Горло сжимало, будто я уже глотала яд сама. А в ушах — только стук крови, громче, чем тиканье часов.

Пока я рассматривала содержимое своей тарелки, не имея ни малейшего желания есть, часы в столовой громко тикали, словно отмеряя время. Моя рука лежала под столом поверх браслета. Пальцы впивались в острые грани камня. Мне хотелось причинить себе боль.

Быть может, хоть она успокоит мою совесть.

Через минуту слуга снова вошёл, на этот раз с выражением лица, будто он держит в руках не новость, а искру надежды.

— Господин… Вы просили найти некоего Альфреда из ювелирной мастерской. Так вот. Только что сообщили, что Альфреда нашли. В таверне «Старый Медведь». Он там часто бывает. Даже живёт, по слухам, где-то неподалеку, — громко произнёс слуга.

Генерал нахмурился. Бросил на меня молниеносный взгляд, словно только что прозвучало что-то лишнее. Что-то, что меня касаться не должно.

— Я просил не объявлять об этом, — стальным голосом произнёс генерал.

И снова посмотрел на меня.

Он встал из-за стола, извинился и направился в коридор.

— Прости, — сказал он мне, и в его голосе не было лжи. Только необходимость. — Мне нужно отдать распоряжение. Я ненадолго.