Зимние чары Эллис (СИ) - Милая Елена - Страница 4

Эллис даже сглотнула, вспомнив, что от волнения не смогла позавтракать. Так спешила поскорее разобраться с этим недоразумением. Оказавшимся таким симпатичным…

— Эллис, тебе повезло! — прокомментировал Фирч. — Если это Николас Томсон, то такого и поцеловать не стыдно. Посмотри, даже красные от мороза уши его не портят. Аристократы что, принципиально шапки не носят?

— П-про-стите? — Эллис неожиданно начала заикаться, что с ней случилось впервые. Обычно она не тушевалась и всегда старалась казаться отстраненной, загадочной и очень суровой ведьмой. — Вы… Николас Томсон?

— О, конечно, я забыл представиться, — с белозубой улыбкой ответил мужчина. — Да, я Николас Томсон. Просто подумал, что раз вы стоите у моей двери, вам понадобился консультант по вопросам магического урегулирования. А это как раз моя должность. Я работаю в Службе магического контроля.

— А вот тут тебе не повезло, — нервно прокаркал Фирч. — Целуй его быстрее, пока он не опомнился!

Эллис еще раз внимательно посмотрела чуть выше головы мужчины. Сомнений не было — вокруг него клубился едва заметный черный дымок, видимый только ей. Свое проклятие она всегда узнает. Теперь в его личности не оставалось сомнений, но все же…

— Вы точно Николас? — дотошно уточнила она. — Не Никкери, а именно Николас?

— Вы знакомы с моим братом? — Мужчина приподнял бровь. — Нас с ним часто путают, кстати. Но я повыше.

Эллис вздохнула, а Фирч снова замахал крыльями, напоминая, что нужно действовать быстрее.

— Извините, это ваша птица? — поинтересовался тем временем объект проклятия, с интересом разглядывая ворона, который беспокойно кружил вокруг них. — Почему он такой… бешеный?

— Это мой фамильяр, — слабым голосом ответила Эллис, пытаясь собраться с мыслями. Итак, они стоят друг напротив друга на узком тесном крыльце. Если она без объяснений быстро чмокнет его в губы, как потом сбежать? Прыгнуть через перила, что ли? Эх, жаль, что Фирч не сможет ее унести, а на заклинание левитации уйдет слишком много времени. Надо было метлу с собой брать! Эллис обожала летать на метле, но Сабри заявила, что от полета портится любая, даже тщательно заколдованная прическа, а она любила свои аккуратно уложенные локоны и поэтому лучше потратит заряд дорогого артефакта, но воспользуется им. Зря Эллис ей поддалась, метла сейчас была бы кстати.

— Так вы ведьма! — слишком быстро догадался мужчина, и его карие глаза прищурились с задумчивым выражением. — В Камелии всего три семьи потомственных черных ведьм, а ближайшая живет в загородном особняке.

— А я… не из столицы! — выпалила ведьмочка первое, что пришло в голову. Затем, тяжело вздохнув, Эллис вполне искренне сказала: — Простите меня, Николас, произошла чудовищная ошибка! Замрите на секундочку! Или… лучше на минуточку!

Мужчина действительно застыл на месте, удивленно моргнув. Эллис, воспользовавшись моментом, нежно обхватила его голову ладонями и прижалась своими холодными ярко-красными губами к его губам, которые оказались на удивление теплыми, словно на улице вовсе не зима… И этот сладкий вкус кофе… Мм…

Прежде чем Николас успел прийти в себя, Эллис, с неожиданным сожалением оторвавшись от его губ, резко встряхнула головой, разрушая чары. Затем, сильно оттолкнув его в сторону — так, что он врезался в перила и уронил свой кофе, — подхватила юбки и бросилась прочь, едва не распластавшись на ступеньках.

— Быстрее, быстрее! — подгонял ведьму Фирч, взволнованно хлопая крыльями. Эллис бежала, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза, а холодный воздух обжигает грудь. Завернув за угол, она врезалась в Сабри, которая поджидала ее там.

— Ну что? — взволнованно спросила сестра. — Получилось?

— Открывай портал! — простонала Эллис, в панике оглядываясь. Из-за всплеска ее магической силы на тихой улочке Туманов начала подниматься буря. Ветер становился сильнее, подхватывая пыль и мусор, завывая в каменных закоулках. Еще никогда Эллис не чувствовала себя столь уязвимой.

— Быстрее, Сабри! — каркал ворон.

Сабри поспешно начала рыться в карманах в поисках маленького артефакта, наконец, кристалл был зажат в руке и ведьма открыла небольшую воронку портала. Эллис, схватив старшую сестру за рукав, не раздумывая, прыгнула внутрь, утаскивая ее за собой. В тот момент, когда улицу уже почти поглотил ревущий вихрь, парочка ведьм исчезла в мерцающем световом круге, оставив позади абсолютно сбитого с толку Николаса Томсона. Мужчина, поспешив спрятаться от непогоды в дом, растерянно замер на пороге и прикоснулся пальцем к своим губам. На коже остался след от красной губной помады… Значит, не померещилась…

— Сходил, называется, за кофе, — пробормотал он, бессильно опираясь на вешалку для одежды. — И где теперь мне искать эту черноволосую красотку с вороном на плече?!

ГЛАВА 4. Компенсация

Несколько дней царила тишина. На улице снова потеплело, посетителей стало меньше, и семья Ларсон занялась домашними хлопотами: они упаковывали подарки для дальних родственников, украшали дом в своем ведьминском стиле — вместо обычных гирлянд использовали мерцающую паутину, а на черные котлы наклеивали сверкающие блестки. Во дворе милых снеговиков и снежных зверушек заменяли мрачные ледяные скульптуры — трехглавые черные псы с фонариками вместо глаз. Даже блюдце на окне было в форме черепа, и сколько бы Эллис ни убеждала, что Снежный дух на такое не клюнет, старшие ведьмы не хотели менять его на что-то более простое и милое.

— Ты сама на себя не похожа в последние дни, — невзначай заметила мама за ужином.

Эллис и Сабри встревоженно переглянулись. Они никому не рассказали о том, что произошло, хотя Сабри уже не раз упрекала сестру за то, что та не догадалась стереть тому парню память. Зельеварка была уверена, что Николас Томсон не забудет поцелуй, которым его наградила черная ведьма, и рано или поздно выйдет на Ларсон. В Камелии многие знают, кому принадлежит большой шумный ворон.

Эллис была согласна с сестрой и тоже переживала, вздрагивая каждый раз, когда кто-то стучал в дверь их особняка. Но прошло уже почти четыре дня, и она начала расслабляться. Магический фон от любого проклятия можно отследить только в первые несколько суток, а раз Томсон на нее не вышел, то ничем подобным и не занимался. Но все же Эллис решила пока избегать любых ведьминских дел, проводя время в своей комнате за книгами и обдумывая будущее. Девушка твердо решила, что пора менять что-то в этой рутине. Только вот что именно, пока не знала.

— Я же сказала, что отдыхаю, — пожала она плечами. — После праздника снова возьмусь вам помогать.

— Не поможешь матери с одним необычным запросом? — внезапно спросила Ровена, и Эллис чуть не поперхнулась от неожиданности. У них с мамой был схожий дар, что поначалу вызывало напряжение, когда способности Эллис только начали проявляться. Она рвалась взяться за любое дело, чтобы набраться опыта, и не могла определиться, что ей действительно интересно, часто выпрашивая у матери заказы. Позже выяснилось, что Эллис лучше всего удаются мелкие проклятия и заговоры, и Ровена сосредоточилась на более сложных заказах. Так между ними установилось негласное правило: они не вмешивались в дела друг друга и не просили помощи.

— Впервые слышу, чтобы ты делилась клиентами, — покачала головой Эллис. — Что-то серьезное?

— Вот в том-то и дело… У него такая просьба, что хоть к Викки в Холлинхол отправляй.

Младшая сестра Викки была единственным светлым магом Ларсон, поэтому ее считали кем-то вроде доброй феи, которая всем всегда помогает.

— Неужели просит почистить сковородку? — хихикнула Сабри.

— Нет, — поморщилась Ровена. — Он хочет, чтобы на его брата наложили чары истинной любви. Не доверяет его девушке, думает, что та его околдовала, а я любовные чары не признаю…

Что правда, то правда. Мама почему-то упорно отказывалась участвовать в каких-либо приворотах и прочих любовных штуках.

— А отказаться? — выгнула бровь Эллис.