Коварь (СИ) - Рымжанов Тимур - Страница 13

В первое мгновение я решил, что это ветка дерева, увы, когда сознание сконцентрировалось, я понял, что за спиной у меня кто-то стоит, и легкое покалывание между лопаток это ни что иное, как оружие, нацеленное мне как раз под сердце. Удивляюсь, как он умудрился подобраться ко мне так незаметно и бесшумно.

Разведя руки, я отбросил бестолковый и ненадежный лук, сверток из фартука с пожитками и стрелы. Сейчас, свободные руки самое проверенное оружие. Посох прислонил к бедру. В голове промелькнули даже не воспоминания, а какие-то рванные эпизоды рукопашной подготовки. Вечно красневшая рожа майора, который с остервенением швырял нас сначала на маты в зале, а потом на голый асфальт…

Итак — разворот через левое плечо, рука вниз, правой в челюсть или в кадык. Перехват оружия, коленом в грудь, добивающий локтем или оружием на поражение, зависит от ситуации… но почему-то не решаюсь. Нет, не страшно, как-то непривычно, неправильно. Вот так вот сразу с оттягом и… в челюсть. Ни здрасте, ни до свиданья, хлоп, и готово. Хотя, с какой стати, я буду здороваться? Тем более, когда тычут чем-то острым в спину. Секунды отщелкивались огромным маятником, медленно, неспешно. Если это просто грабитель, то действует он очень неверно. Нож, если это его лезвие прижалось к моей спине, так не приставляют. Если сабля или копье, то с ним еще хуже. Оружие громоздкое, в ближнем бою бестолковое. Надо полагать, что незнакомец хочет пообщаться, а оружие, приставленное к спине не больше чем способ привлечь внимание. Будь я на месте грабителя, с любым оружием в руках, используя тот факт, что смог подобраться незамеченным, я бы просто бил. Без затей, не спрашивая имени и звания, на поражение. А этот, даже кольнул как-то не сильно, словно бы нерешительно.

— Вицу рыть! Зинуть нать або диво, щербота Козарьская!

От этой фразы мне стало только смешно. Хоть, я и понял всего два слова. Больше веселила именно серьезность и тон, с которой незнакомец произнес ее. Во мне, совершенно, не дрогнула ни одна клеточка, даже эффект неожиданности не заставил меня напрячься. Наверное, я был просто рад тому, что встретил в этой глуши человека, пусть и такого агрессивного, который при первой же встрече наставил на меня оружие. Наверное, здесь так принято. Не было сомнений в том, что я быстро отучу его от этой дурной привычки. Хотя, нельзя быть таким самонадеянным. Ведь застал же, он меня, врасплох. Сейчас главное то, что это живой человек и, похоже, один, с которым можно пообщаться без лишних глаз, не стесняясь свой чуждости.

— Меня зовут Артур! Я здесь грибочки собираю и, мне очень не нравится, когда на меня наставляют оружие…

Сказав это, я мгновенно развернулся, как и планировал, резко с перехватом оружия противника, но без продолжения, в смысле без последующего удара в челюсть.

Оружием, что я отвел от себя, оказалась сулица — короткое метательное копье или дротик. Надо быть опытным воином или охотником, чтобы использовать такое оружие. Оно конечно не копье, но и не стрела, так, нечто среднее. Всегда удивлялся как такой хлипкой штуковиной можно было добиться результата в бою или на охоте.

Человек, держащий ее, выглядел коренастым, чуть выше тех, с кем мне уже

приходилось встречаться, но все равно невысокий. Полтора метра с хвостиком, но широкий, почти квадратный.

Увидев улыбку на моем лице, незнакомец отпрянул, но его оружие, которое я крепко удерживал левой рукой, мешало отодвинуться дальше, чем длина древка.

— Ты что же, мил человек! Грабить меня собрался⁉ Или у вас так принято, с незнакомцами, разговор заводить⁉

— Волыкай! — ляпнул незнакомец и еще больше отшатнулся, безуспешно пытаясь выдернуть свое оружие.

Я уже слышал это слово в мой адрес от недавних знакомых, вот только не знаю, что оно означает. Может какое-то особое прозвище для незнакомцев, хотя, сами-то они, откуда, чай тоже не местные — босота казанская!

В глазах мужика читались испуг и гнев. Странный сплав чувств и проявленных эмоций. Он понимал, что соперник на полметра выше и явно сильней. Догадывался, так же, что без боя, я своих скромных пожитков не отдам, да и убежать от меня он просто так не сумеет. Без сомнений, во мне читалось намеренье хорошенько навалять задире, а то и самого же его ограбить. То ли силы свои не рассчитал, то ли меня посчитал калекой убогим, не знаю, но он явно жалел о таком опрометчивом поступке.

Бить его я не собирался. Ну, если только рыпнется, то так, для профилактики, чтоб расставить акценты.

По опыту знаю, что любой острый предмет в руках даже полного профана — вещь очень опасная. И как несостоявшийся офицер десантных войск и как кузнец, я был великолепно осведомлен о свойствах и возможностях практически любого холодного оружия. Сулица в руках незнакомца в этом смысле ничуть не противоречила моим знаниям. Оружие крайне опасное. Достаточно острое чтобы вспороть незащищенное тело, и легкое в применении. Проще говоря — небольшой нож на длинной палке. Еще не копье, но уже не стрела. Странно, почему он промедлил?

— Послушай-ка меня, мордатый! Если ты сейчас же не уберешь оружие, мамой клянусь, я тебе так наваляю, всю жизнь помнить будешь! — припугнул я, зависшего было налетчика.

Он не понимал моих слов, я это видел, но вполне четко и однозначно уловил интонацию. Короткий дротик, тут же, принял вертикальное положение. Я еще раз, демонстративно, развел руки, показывая, что совершенно безоружен.

— Что означает слово Волыкай? И не щурься! Я ведь вижу, что ты меня понимаешь!

— Волыкай, на язык косой! С раменья схожий.

— С раменья! — ухмыльнулся я — Кто бы говорил про дремучий лес, пугало ты косматое! Это я-то из дикого леса⁉ Ты, когда в зеркало последний раз смотрелся⁉ Шиш ты, кудлатый.

На лице незнакомца наметилась улыбка. Понял гад, что я высмеиваю его. А коль понял, то не все так уж плохо. Значит можно найти общий язык.

— И давно ты за мной хвостом увязался, Шиш?

— Петр, — представился охотник и стукнул себя в грудь кулаком. Затем он оттянул ворот рубахи, демонстрируя мне нагрудный крестик. Довольно увесистый, бронзовый, грубо отлитый или выкованный в штампе.

— Рязанский? — спросил я, даже не ожидая, что тот мне ответит внятно.

На этот вопрос Петр только засмеялся и махнул рукой.

— От Славутича иду, высокой водой, семь зим как.

— От Славутича? — удивился я. Не могу вспомнить, где уже слышал это слово. — От Киева шел в Новоград. В Суздале, Мурома баять добрый лес аж по самый Этиль.

— Так, все, хватит! — возмутился я. — И вроде по-русски говоришь, а один черт, ни хрена не понятно! Меня зовут Артур. Я пришел издалека! Поможешь мне?

На мое счастье, парень попался сообразительный. Возможно, что он даже понимал часть сказанного, но по-своему. В любом случае оружие он опустил острием вниз и прошел чуть вперед. Дождался, пока я возьму обратно свои пожитки, и махнул рукой, предлагая следовать за ним.

Лес Петру был знаком как свои пять пальцев, ориентировался он так, будто в нем и родился. Прокладывая путь через заросли,

он без умолку говорил, благо, что не одна из его фраз не заканчивалась вопросительной интонацией. Он просто вещал, не очень-то надеясь, что я его понимаю. К счастью, я понимал примерно треть из всего сказанного. Интонация, знакомые слова и жесты руками значительно помогали в осмыслении безудержного потока информации.

Я узнал, что Петр пришел из Киева. Были какие-то весьма веские причины на то, что он, крещенный человек, чему он придавал очень большое значение, был вынужден покинуть теплые края и отправиться на север, в Новгород, если я правильно все понял. Затем он скитался в верховьях реки Этиль, возможно, что это просто неизвестное мне название реки. По всей видимости, судоходной, ведь я слышал уже это название возле пристани в поселке, куда пришли ладьи купца. В здешних лесах Петра привлекали, как я понял, огромное количество пушного зверья и вольница. Мол «пока бояре овцу делят, половец стадо взял», примерно так я для себя перевел его высказывание. Речь Петра такую знакомую, и такую чуждую одновременно, действительно приходилось переводить, словно иностранную. Но надо отметить, что в его говоре слышалось многим больше знакомых слов, чем даже в стане у лодочников, что приютили на ночь. Хотя, они люди пришлые и общались, в основном, на своем языке. С жителями деревни, я так и не успел пообщаться, так что словарного запаса, на предмет общения, набралось немного.