Дерзкий студент для преподши - Новак Майя - Страница 3

– А еще полеты в отпуск трижды в году, подарки и цветы, – напоминает ей Юля.

– Пф, – фыркает подруга. – Зато у него никаких обязательств.

– Дорогие друзья, – наконец раздается голос ведущего, и все поворачивают головы в сторону небольшой сцены в глубине помещения. – Сегодня у нас вечер караоке, и первыми его откроют три очаровательные девушки. Юлия, Диана и Ия. Какое потрясающее имя! Девушки, мы вас ждем!

– Господи, кто это сделал? – стонет Юля.

– Я! – гордо заявляет Диана. – Пойдемте.

– Будем разогревать толпу, – сокрушается Юля, и мы двигаемся к сцене.

Откровенно говоря, пою я так себе, но поорать песни в три горла с девочками могу. Особенно когда уже навеселе.

Главное, чтобы в баре не было моих студентов. Как я потом буду смотреть им в глаза на парах?

Вот еще одна причина, почему я не работаю в учебном заведении на постоянной основе. Кроме довольно смешной зарплаты я еще и должна следить за тем, что говорю и делаю в свое свободное время.

– Не могу поверить, – смеется Юля, когда начинают играть первые аккорды песни “I’m a woman”, которую пели подруги в “Сексе в большом городе”. Тоже в караоке, кстати.

Мы начинаем петь. Хохочем. Нам хлопают. Кто-то даже подпевает.

А потом в какой-то момент я чувствую, как волоски по всему телу встают дыбом. Кожа покрывается мурашками, и я сбиваюсь с ритма.

Сглатываю, обводя взглядом посетителей бара.

Я знаю это ощущение у себя на коже. Знаю, от чьего взгляда оно появляется.

Нет, Святослава здесь не может быть. Что ему делать в таком месте? Студенты здесь не тусуются, даже мажоры, такие, как он. Здесь, как Юля говорит, место для тех, кому за тридцать.

И все равно меня не покидает ощущение этого пристального взгляда на мне. Кажется, будто ткань моего темно-зеленого платья постепенно сползает, заставляя поежиться от неуютного чувства.

Никогда так не делаю, но впервые прямо посреди песни я выключаю микрофон, отдаю его ведущему вечера и, соскочив со сцены, тороплюсь к уборным, чтобы прийти в себя.

Меня охватывает необъяснимая дрожь. То ли ужас, то ли адское возбуждение, которое заставляет сердце колотиться быстрее и гнать мои ноги в относительную безопасность маленького помещения уборной.

Влетаю в туалет, но не успеваю даже закрыть дверь, как следом за мной в комнатушку врывается Святослав и запирает нас изнутри.

– Ну привет, – произносит он своим соблазнительным голосом, и воздух застревает у меня в горле.

Глава 4

Я пячусь, глядя на Кулагина широко распахнутыми глазами.

А он обводит взглядом меня всю – от макушки до пят. Останавливается на губах, и его глаза темнеют. Как будто зрачок поглощает радужку. Теперь он кажется для меня не просто опасным, а таким, из-за которого все мои внутренние системы орут сиреной и мигают красным.

Упираюсь в дверь, ведущую в туалет, и ручка больно врезается в мою поясницу.

Святослав останавливается в нескольких сантиметрах от меня. Не касается, но я каждой порой чувствую его близость. И снова ощущаю аромат его парфюма, от которого кружится голова.

Мой студент склоняет голову набок и чуть прищуривается.

– Оказывается, тебе идет не только строгая одежда. Ты во всем охуенная.

– Свят… ослав, – чуть запинаясь, произношу я. – Это женский туалет.

– Я в курсе, малыш, – хрипловато произносит он.

– Я тебе не малыш, – огрызаюсь. – Ты кем себя возомнил? – О, наконец голос прорезался, и, кажется, я вспомнила, что являюсь преподавателем, который ведет занятия у этого… Кулагина. – Ты не можешь вот так зажимать преподавателя в туалете бара! Нигде не можешь, – добавляю, потому что этот наглец, уверена, тут же воспользуется шатким утверждением.

– La mia bellezza. Sei ancora più sexy quando sei arrabbiata*, – говорит он низким, бархатным голосом, а меня от каждого слова, слетающего с этих порочных губ, бросает в жар.

Я никогда, ни за что, ни при каких условиях не признаюсь вслух, что фраза на итальянском, произнесенная этим голосом, может запросто свести с ума. Я устала чувствовать это в его присутствии, но мои трусики снова мокрые.

Ну почему, черт побери, из уст моего бывшего итальянца это не звучало настолько горячо, как от Святослава?! Моя жизнь сейчас была бы намного проще.

– Святослав, – произношу и прочищаю горло, потому что и мой голос сел. – Ты должен выйти и оставить меня в покое.

– О, нет, la mia bella**. – Он качает головой и упирается ладонью в дверь за моей спиной. Сближает наши лица и смотрит так, что я вот-вот стеку к его ногам позорной лужицей. – Я обещаю тебе, все, что ты видишь в своих грязных, порочных снах, я воплощу в жизнь. Каждую гребаную деталь, моя прелесть.

Внезапно его ладонь ложится на мою шею и легонько сжимает. Я ахаю и смотрю на него в ужасе. Хватаю ртом воздух, пока Святослав прожигает меня своим потемневшим взглядом.

И откуда, черт побери, он знает о моих снах?!

Не может он знать, только догадываться.

– Как же горячо ты выглядишь, когда я перекрываю тебе кислород, – шепчет он, обдавая мои губы горячим дыханием. – Нравится, когда грубо? Любишь, чтобы тебя трахали жестко? Ни за что не поверю, что ты любишь нежный секс. Потому что в твоих глазах все черти ада. И эти губы созданы, чтобы сосать мой член.

– Свят, – выдыхаю еле слышно. На полное имя мне просто не хватит кислорода.

– Да, малыш, это я, – кивает он. – Завтра ночью.

– Что? – спрашиваю, не веря в услышанное.

– Завтра ночью я приду. И ты сама откроешь мне дверь. Жди, моя горячая девочка.

Он еще немного подается вперед, как будто собирается поцеловать. А я задерживаю дыхание, чувствуя, как в ушах шумит кровь, а в груди колотится сорвавшееся сердце.

Святослав замирает в паре миллиметров от моих губ. Дышит. Смотрит. Но ничего не делает. Ничего, блин! Я же в его руках плавлюсь, словно восковая кукла.

– Завтра, – шепчет он и, развернувшись, выходит из уборной.

А я хватаюсь за столик справа и, зажмурившись, пытаюсь отдышаться.

– Ия! – в уборную влетает Диана. – Какого черта? Что случилось? Мы тебя обыскались! Что за мужик отсюда вышел? Ты с ним… ты что… ты трахалась с ним в туалете?

Я открываю глаза и встречаю взгляд подруги.

Задыхаюсь от нереального возбуждения. Оно мелкими вспышками сотрясает мое тело и заливает его кипятком.

– Ну? – не унимается Ди.

– Веришь, если бы он надавил еще немного, я бы с ним таки трахнулась, – выдаю хрипло.

– А кто он?

Открываю холодную воду и мочу свои запястья, чтобы хоть немного успокоиться.

– Мой студент, – отвечаю и сама кривлюсь от того, как это звучит.

– Чего? – спрашивает подруга и улыбается. – Это типа он младше тебя?

Киваю.

– Намного. Лет на тринадцать-четырнадцать. Ох, мамочки, ужас какой.

– Зато горячий ужас! – восклицает подруга. У нее по поводу этой ситуации оптимизма намного больше, чем у меня. – Трахнись с ним!

– С ума сошла?! – таращу на нее глаза. – Услышь меня! Он мой студент!

– Да ты же там на пару месяцев всего. Даже если уволят, пофиг.

– Ненормальная, – качаю головой и выключаю воду. – Я не стану этого делать. Ни за что.

Произношу все это твердо, хотя в моей голове я не так сильно убеждена в своих словах. Там до сих пор звучит его голос с обещание завтра прийти ко мне.

– Ну и дурочка. Там такой разворот плеч, такая походка… Я бы дала, ни секунды не сомневаясь! Ну и что, что младше? Пф, пару раз трахнуться можно. Потом найдешь себе респектабельного чувака лет сорока, выйдешь замуж, нарожаешь детишек и будешь учить их итальянскому. А пока развлекайся.

– Нет, – качаю головой. – Завтра, когда он придет, меня не будет дома.

– Придет? – усмехается Диана и играет бровями. – Ты пригласила?

– Нет, конечно! Это он мне угрожал. Ой, да это все мальчишеский забавы, – отмахиваюсь, сама едва ли веря в сказанное. – Развлекаются они так. Он даже адреса моего не знает.