Секретарь для монстра. Аллергия на любовь (СИ) - Варшевская Анна - Страница 80

- В пределах нормы… это точно? - спрашиваю, хотя знаю ответ.

- Марк Давидович, медицина не математика, мы не оперируем словосочетанием «стопроцентная вероятность», - качает головой Булатов. - Точность этих исследований высокая, но всегда остается небольшой остаточный риск: технические ограничения, мозаицизм, редкие варианты, которые не тестировались. Поэтому, когда наступит беременность, мы все равно проведем стандартный пренатальный скрининг, а если понадобится - то и инвазивную диагностику. Я говорю это не чтобы напугать вас, а чтобы вы четко понимали, что вас ждет.

- Мы понимаем, - Ева снова смотрит на меня, улыбается.

И у меня снова, как и всегда, перехватывает дыхание от той любви, которую я вижу в ее глазах.

- Тогда приступаем, - репродуктолог кивает медсестре, встает вымыть руки и надеть перчатки, та готовит инструменты. - Марк Давидович, можете остаться рядом, но, пожалуйста, без резких движений.

Булатов проводит датчиком УЗИ по животу, на экране появляется знакомое серо-белое изображение. Врач комментирует каждый шаг.

- Вижу полость матки. Слизистая хорошая, - произносит спокойно. - Сейчас введем катетер. Может быть легкое давление, спазм, но это быстро.

Ева вздрагивает на первом касании, сильно сжимает мою руку.

- Дышите, Ева Андреевна, еще немного.

Медсестра подходит ближе.

- Эмбрион готов, - говорит тихо.

Эти два слова заставляют затаить дыхание.

- Перенос, - говорит врач, выполняя все необходимые манипуляции. — Ева Андреевна, сейчас можете почувствовать легкую спазматику, но это обычно быстро проходит.

- Дыши, - шепчу ей еле слышно, и заставляю дышать себя тоже.

Проходит несколько секунд, которые тянутся вечностью, и Булатов наконец произносит фразу, от которой у меня подкашиваются ноги, хотя я сижу.

- Все. Эмбрион в полости. Катетер чистый.

Ева моргает, и по ее щеке катится слеза. Мне горло перехватывает так, что сказать ничего не получается.

- Сейчас полежите десять минут, - продолжает врач. - И дальше обычный режим жизни без подвигов. Не лежать пластом, но и не устраивать марафоны. Главное - продолжать поддержку: прогестерон по схеме, все, что назначено, без самодеятельности!

Мы киваем оба одновременно.

- Тест сделаем примерно через десять дней, - Булатов кидает на нас строгий взгляд. - И я прошу вас, не накручивайте себя! Понимаю, что сложно, понимаю, что хочется узнать быстрее, но вы так превратите ожидание в пытку. Не пытайтесь делать тесты сами. Они могут давать ложные результаты. Сосредоточьтесь на режиме, сне, питании, температуре. Увидимся через полторы недели!

Я почти сразу понимаю, что он имел в виду. Мы с Евой старательно исполняем все рекомендации, но все эти дни то и дело замолкаем, глядя друг на друга. Словно прислушиваясь - хотя что тут можно услышать.

А наутро того дня, когда мы должны прийти на прием, Ева выходит из ванной с виноватым лицом.

- Что случилось?! - подскакиваю, глядя на нее.

- Прости, я не выдержала, - она прижимает ладонь ко рту и протягивает мне самый простой тест на беременность.

На котором четко видны две яркие полоски.

- Это… - беру его трясущимися пальцами.

- Думаю, да, - шепчет Ева, по щекам бегут слезы.

- Мы же с тобой ответственные? - спрашиваю у нее, хотя голос дрожит.

- Очень! - она кивает.

- И взрослые!

- Да!

- Поэтому мы, как взрослые и ответственные, соврем врачу, что никаких тестов не делали, правда?

Ева прыскает и начинает хохотать, утирая слезы.

- Я тебя люблю! - прижимается ко мне.

- Я тебя тоже, - усмехаюсь, обнимая жену. - Поехали в клинику.

- У нас же только через четыре часа назначено!

- Плевать! Тест они могут и сразу сделать!

И спустя час мы слышим те слова, которые одновременно хотели и боялись услышать.

- Поздравляем! Вы беременны!

Глава 43

Еще восемь месяцев спустя

Ева

Я с улыбкой смотрю на лежащие передо мной два детских костюмчика.

Они оба белые, но один с нежно-голубыми звездами и полумесяцами, а второй - с бледно-розовыми сердечками.

- Подарок тебе от твоего дядюшки, - обращаюсь к своему выдающемуся животу и, поморщившись, чуть меняю положение тела.

Дочь в ответ упирается в меня изнутри локтем. Или коленкой. Или еще какой-то частью тела - но с такой силой, что живот меняет форму, становясь перекошенным на один бок.

- Ох, ну ты и футболистка… - перевожу дыхание, провожу руками сверху вниз, поглаживая, и малышка снова сдвигается.

- Такая же упрямая, как твой папочка, - шепчу ей.

- Я бы попросил! Что значит, «такая же упрямая»? - слышу от дверей в комнату, поднимаю голову и расплываюсь в улыбке.

- Ты же говорил, что тебе придется задержаться сегодня, - с трудом приподнимаюсь из кресла, и Марк тут же в несколько шагов оказывается возле меня, подхватывая под руку и помогая.

- Без меня разберутся, - фыркает муж. - Я им уже дал пинка… виртуального! - добавляет быстро. - Голова человеку нужна не только для того, чтоб туда еду складывать! Пусть хоть иногда мозги включают.

- Строгий босс, - поддеваю его весело. - Практически… монстр!

- О да, - Марк язвительно хмыкает и многозначительно изгибает брови, но тут же машет рукой. - Черт с ними. Как ты себя чувствуешь, солнце мое?

- Как снаряд, - закатываю глаза. - Для бокса. Или для спарринга. Или для чего там еще… Вот, - добавляю, кинув взгляд на разложенные на кресле костюмчики. - Вспомнила про них и достала… Подумала, что можно будет взять с собой в роддом… Постирать только надо и погладить. Как считаешь?

- Отличная идея, - муж тоже смотрит на детскую одежку.

- Ты с Адамом… давно разговаривал? - уточняю осторожно.

- Три недели назад, - он пожимает плечами, кидает на меня чуть усталый взгляд.

- И как у него дела?

- Как всегда, прекрасно и удивительно, - Марк качает головой. - Можно подумать, ты его не знаешь.

Мы оба не видели Адама с нашей свадьбы.

Марк тогда сказал мне, что говорил с братом, и вряд ли он придет. Я все понимала, но мне было так тошно от этого… и жалко мужчину, с которым мы - как мне казалось - по-настоящему подружились.

А потом, выйдя у ЗАГСа из машины, на которой приехали вместе, увидели на крыльце знакомую фигуру.

- Не простил бы себе, если бы не явился на свадьбу своего единственного брата, - с усмешкой сообщил Адам, встретив нас у дверей.

Он вел себя безукоризненно и во время церемонии, и после нее. Смеялся, шутил, очень мило флиртовал с Авророй, с которой я в последний месяц как-то быстро сдружилась и которую пригласила быть подружкой невесты.

А потом мы с Марком уехали в свадебное путешествие на море.

А спустя две недели, когда вернулись, получили присланную ко времени нашего возвращения корзину цветов и коробку. В которой лежали эти два костюмчика. И записка, прочитав которую Марк по-доброму усмехнулся.

- Адам в детстве любил, когда я читал ему «Книгу джунглей» Киплинга, - объяснил мне, протянув карточку.

На белой плотной бумаге было написано: «Доброй охоты родителям и будущему человечьему детенышу».

- А я все время повторял ему, что мы с ним одной крови, - муж покачал головой.

- Честно говоря, это просто невозможно мило! - у меня на глаза тогда слезы навернулись, когда я разворачивала эти костюмчики.

Стоило только представить, что Адам старался, выбирал этот подарок, думал, что написать...

Поэтому я решила, что, когда подойдет время родов, хочу взять с собой для малыша именно их.

Марк на протяжении всей моей беременности вел себя со мной настолько идеально, предупредительно и заботливо, что на меня даже иной раз накатывало желание закатить скандал.

Хотя толку-то. Он бы только кивал и соглашался!

Не сходимся мы только в одном - муж чем дальше, тем больше переживает, что что-то может пойти не по плану. Он, конечно, старается молчать, но я же вижу!