Шайтан Иван 9 - Тен Эдуард - Страница 10

Он переложил первую папку и открыл следующую.

— Бугальский Юзеф Тихомирович — этот борец за вольную Польшу. Ненавидит всё русское. С нашими революционерами общается вынужденно, рассчитывая с их помощью нанести урон устоям самодержавия. Также является сторонником парламентской республики. Активный участник всех восстаний и волнений. Это, ваше превосходительство, наиболее значимые и видные фигуры в Париже на данный момент.

«Знакомые все лица… Бакунин, Герцен… — пронеслось у меня в голове. — Уверен, этот Вайсер вращается в их среде и бывает на собраниях».

Именно через них я и собирался выйти на Вайсера. Решено — буду пламенным революционером. Научу, мать их, основам научного коммунизма.

— Да, и хорошо бы навестить самого Карла Маркса… Карла Мордыхая, — ведь такова настоящая фамилия его отца, Леви Мордыхая. Если представится случай…– Мысль показалась мне крайне заманчивой. Что, если удастся притормозить отца мировой революции и «научного коммунизма»? К тому же, страсть как хотелось проверить один тщательно скрываемый факт о его мировоззрении — поговаривали, что он был крайне невысокого мнения о русских и России в целом. Погрузившись в эти размышления, я ненадолго отрешился от реальности.

— Кхе-кхе… — кашлянул штабс-капитан. — Что-нибудь ещё, ваше превосходительство? — его голос вывел меня из мысленного лабиринта.

— Нет, на этом пока всё. Благодарю вас, господа. — Я сделал шаг к выходу, но на пороге обернулся. — Герман Иванович, а вы тем временем подумали о ликвидации активных групп СР внутри империи?

— Так точно, ваше превосходительство. Уже выявлено и берётся под плотное наблюдение пять наиболее активных кружков. В Петербурге, Москве, Нижнем Новгороде, Владимире и Варшаве. Работа продолжается.

— Замечательно. К моему возвращению из командировки будьте готовы к решительным действиям. Ко всем группам одновременно. Выход групп решил назначить на пятое января. Граф Васильев наметил предварительный маршрут движения. Сухопутный путь был длиною в полтора, два месяца. Польша, Германия потом Франция. Второй вариант сушей до Данцига, далее судном до Гавра, от него чуть сушей и по реке Сене пароходом до Парижа. Решил двигаться по этому пути. Всё равно выходило месяц на дорогу. В тёплое время года проще. Из Петербурга морским путём до Гавра. Ладно переживём как-нибудь.

Вечером ко мне с визитом явился генерал Леднёв.

— Здравствуйте, Пётр Алексеевич, поздоровался он со мной. Деловой и озабоченный.

— Что-то экстренное? — спросил я.

— Можно сказать и так. Помнится при нашей последней встрече вы сетовали, что у вас нет хорошего заместителя, зампотылу, кажется. Не привычное словосочетание.

— Было дело и что?

— Хочу порекомендовать вам достойного офицера. Военный инженер, подполковник Долгов Виктор Николаевич.

— И чем он так примечателен?

— Служил в управлении по строительству крепостей и других оборонных объектов.В следствии своей честности и порядочности пришёлся не ко двору в управление и в итоге был отставлен от службы. Будучи на службе интересовался делом, которое завели на него. Очень умело и тонко повесили на него растрату в пять тысяч рублей. Заставили возместить ущерб из личных средств и уволили без пенсиона и мундира.

— Алексей Дмитриевич, а вы уверены в том, что говорите. Это бросает тень на всё строительное управление.

— Пётр Алексеевич, об этом уже просто не говорят. Все знают, что там творится. — горько усмехнулся Леднёв.

— Снаружи всё чинно и благопристойно. Как во многих других ведомствах, но стоит копнуть и…господи помилуй, страшно за державу становится. Вы это хотели сказать.

— Что-то подобное. Но сейчас не об этом. Поверьте умён, расторопен, отличный администратор. Пропадёт без дела. Возьмите к себе в замы, не пожалеете.

— Что тоже предался бахусу?

— Нет, что вы. Сидит и просто чахнет. У него в отличие от меня нет поместья и скопленного капитала.

— Он женат, семья?

— Нет холост как и я.

— Не буду скрывать, я остро нуждаюсь в толковом хозяйственнике.

— Под мою рекомендацию и ответственность.

— Хорошо, завтра утром в Гурово, в полдень.

— Благодарю вас, Пётр Адексеевич. — воодушевился Леднёв.

Не успел скрыться Леднёв, как на пороге возник Артур Захаров.

— Добрый вечер, ваше сиятельство. В Петербург прибыли. Ждём указаний.

— Где остановились? — коротко спросил я.

— На Луговой, в доходном доме. Трёхкомнатная квартира, — отчеканил Артур.

— Едем. Аслан, подавай карету.

Их квартира на втором этаже была ещё пахнущей краской, дорогой, но уже обжитой. Зоя поприветствовала меня усталой улыбкой, тень от дорожной утомлённости лежала на её лице. Я осмотрелся и опустился в кресло.

— Поздравляю с прибытием, господа Захаровы. Зоя, отдыхай десять дней, а потом — в Париж.

В её глазах вспыхнул такой огонь, что все мысли об усталости будто испарились. Возможность увидеть Париж стоила любых неудобств.

— А я? — с нескрываемым разочарованием протянул Артур.

— Ты, мой друг, остаёшься здесь. Обживайся, заводи связи и зарабатывай на жизнь. Но без эксцессов, особенно за карточным столом. Пока меня нет, за тебя некому будет вступиться. И не забудь про английский.

Я достал из кожаной сумки пачку ассигнаций и положил на стол.

— Тысяча. Нас не будет месяца три. Зоя, — мой тон стал суше и собраннее, — у тебя первое задание. От него зависит всё твоё будущее. Подробности узнаешь в дороге. Сейчас отдыхай и набирайся сил. Путь неблизкий. Бери минимум багажа — только самое необходимое.

Зоя кивнула и привстала, чтобы проводить меня.

— Не беспокойтесь.

— Паша, уходим.

В полдень следующего дня в Гурово явился генерал Леднёв в сопровождении незнакомца лет сорока, одетого в партикулярное платье.

— Здравия желаю, Пётр Алексеевич! Разрешите представить — Виктор Николаевич Долгов.

Я внимательно оглядел нового человека. Его лицо хранило печать усталости, а во взгляде читалось глубокое разочарование — видимо, он уже и не надеялся на новое назначение, зная свой послужной список, и особенно последнюю, роковую запись в формуляре.

— Итак, Виктор Николаевич, — начал я. — Алексей Дмитриевич настоятельно рекомендует вас на должность начальника административно-хозяйственной части во вновь формируемом учреждении. Должность — на уровне подполковника, содержание выше прежнего. Вам предстоит сформировать штат, организовать и отладить службу, чтобы та работала как часы. Сейчас идёт реконструкция помещений — нужен жёсткий контроль над всем, что относится к службе тыла. Справитесь?

Долгов, внимательно выслушав, заметно оживился.

— Ваше сиятельство, я руководил строительством Панохинских укреплений и частичной реконструкцией фортов Алексеевского комплекса. Имею благодарности за образцовую постановку работ.

— Что ж, отлично. Вот вам объект, — я протянул ему папку. — Ознакомьтесь со всем, что касается будущей службы, и представьте мне ваши выводы и предложения.

— Слушаюсь, ваше сиятельство! — И Долгов, воспрянувший духом, решительно направился к главному зданию усадьбы.

— Надеюсь, ваш протеже не заставит меня пожалеть о доверии.

— Я за него ручаюсь.

— И прекрасно. Люблю, когда за чьим-то советом стоит конкретное лицо, которое можно будет наказать.

— С вами не соскучишься, ваше сиятельство, — хмыкнул Леднёв.

Встретился с поручиками, чтобы выслушать разработанные ими легенды. В целом, предложения были дельными и хорошо укладывались в канву предстоящей операции. Правда, Струева пришлось одёрнуть — его занесло в излишне фантастические подробности. Я настоятельно напомнил ему, что главные добродетели в таком деле — незаметность и серая обыденность, именно они гарантируют безопасность на новом месте.

Выдал подчинённым деньги на приобретение партикулярного платья и прочего дорожного снаряжения. Поставил их в известность: в Париж каждый будет добираться самостоятельно, разными маршрутами. Также озадачил бойцов взяться за французский язык, хотя бы на примитивном уровне — чтобы могли объясниться в бытовых ситуациях.