Самый дорогой враг (СИ) - Усова Василиса - Страница 55

Неужели Джер и правда в нее влюблен? Бред. Большей нелепости просто нельзя представить. Влюбленные ведут себя совсем не так. Они галантны, милы и дорожат каждым знаком внимания, полученным от своей дамы сердца.

«…иногда попасть в плен намного заманчивее, чем одержать победу». — промелькнуло вдруг в памяти.

Лия упрямо встряхнула головой. Одна фраза еще ничего не значит. И вообще, их разговор был исключительно об игре в снежки.

«Должен признаться, что ваше общество мне здесь приятнее всего». — кажется, так он сказал во время ее первого выхода в свет. Когда вытащил танцевать, не дождавшись разрешения.

А еще был бал-маскарад, когда она сглупила, не догадавшись сразу, кто под маской.

«…рад, что ты снова выходишь в свет».

Может, было что-то еще, но почему-то именно эти слова остро врезались в память. Неужели, виконт говорил их от души?

Девушка с силой дернула гребень сквозь прядь волос и поморщилась от боли. Даже если и так, это не отменяет того, что раньше Джер вел себя просто чудовищно. Чего только стоили постоянные попытки задеть ее за живое. И это, не говоря уже, о насмешках и гримасах.

Пока она безжалостно продирала волосы, будто это способствовало порядку в голове, виконтесса Мельтс успела закончить утренний туалет, даже не взглянув в сторону зеркала. На этот раз, Августина надела шерстяное серо-коричневое платье, однако волосы собрала все в тот же гладкий пучок, подчеркивающий недостатки лица.

Взглянув в ее сторону, Лия прикусила губу. Граф Мельтс, чья жена выглядела разодетой до безвкусицы, явно экономил на младшей сестре. Простенький немодный наряд, полное отсутствие украшений.

Едва ли Августину можно превратить в красавицу, но сделать ее чуть более симпатичной, не составит труда. Надо только добавить в бледный облик немного красок.

— У меня в гардеробе есть одно платье. — начала девушка издалека, — И мне кажется, оно будет тебе очень к лицу…

— В самом деле? — Мельтс бросила на нее нечитаемый взгляд. — А мне кажется, что наряды обычно подбирают под себя, а не руководствуются внешностью других девиц.

Лианна мысленно взвесила ее слова. Несколько грубые, они, тем не менее, не походили на отказ.

— То есть, ты согласна его примерить?

— Нет!

— Нет? — Лия на секунду растерялась. — Но почему?

— Потому что меня полностью устраивает собственный внешний вид. И уж тем более я не нуждаюсь в милостыне. — припечатала Августина.

— Это вовсе не милостыня! — возмутилась Лианна. — Это… я же от чистого сердца.

Тяжело вздохнув, виконтесса Мельтс возвела глаза к потолку, словно прося его поделиться терпением.

— Я ценю твой порыв. Спасибо. Но позволь тоже кое чем поделиться. Один простой совет. Не пытайся облагодетельствовать тех, кто в этом не нуждается. Направь свою энергию на кого-нибудь более благодарного.

Августина провела ладонями по голове, проверяя, достаточно ли туго затянут пучок. Поправила жесткий, врезавшийся в шею воротник. Одернула рукава.

— Разве ты никогда не хотела выглядеть более красивой? — не выдержала Лия. То равнодушие, с которым Мельтс относилась к себе, просто не укладывалось в голове. Или она сама повела себя недостаточно деликатно?

Августина качнула головой. Словно ее спрашивали не о внешности, а предложили не самый вкусный десерт.

— Ты угадала. Не хочу. Мне нужно выглядеть именно так. — она немного помолчала, потом невесело усмехнулась. — Чувствую, ты все равно не отстанешь. Хорошо. Я объяснюсь, но пусть это останется между нами.

Лианна кивнула.

— Видишь ли, жена моего братца больше всего на свете желает устроить мою судьбу. И намерена выдать замуж за первого же, кто на меня позарится. Ты думаешь, они экономят на мне? — тонкие губы чуть искривились. — Вовсе нет, мои покои завалены модным барахлом. Платьев у меня больше, чем у кого-либо в свете. Но я никогда не надену ни одно из них.

На несколько секунд в комнате повисла звенящая тишина.

— Ты… ты разве не хочешь замуж? — Лия посмотрела на собеседницу с недоверием. Мысль о том, чтобы добровольно отказаться от создания семьи, казалась ей если не кощунственной, то, как минимум, странной.

— А зачем мне это? Чтобы потом всю жизнь ждать вдовства и, как только выйдет срок траура, выскочить замуж за смазливого тупицу, как сделала моя мать? Или, каждый день давить в себе отвращение к мужу, срывая разочарование на других? Радоваться, когда он убирается из дома, находя утешение в перемывании костей всем подряд? Улыбаться, скрывая отвращение? — Августина коротко и зло рассмеялась. — Спасибо, конечно, но это не для меня.

— Но ведь не все так живут! — выдохнула Лианна, вспомнив Алесию и отца. Их улыбки, обмены взглядами… Или чету Бартонов с их трепетным отношением друг к другу. — Мои родители, например…

— Твои родители, к слову… — начала Мельтс, но в последнюю секунду вдруг прикусила язык. Словно то, что готово было с него сорваться, не стоило произносить вслух. Ледяные огоньки в ее глазах тоже чуть подугасли. — Наверное, исключения случаются. — нехотя произнесла она, — Но я не собираюсь уповать на везение и играть с судьбой.

— То есть, ты хочешь всегда жить, как сейчас?

Виконтесса Мельтс насмешливо хмыкнула. Будто и не ее судьба только что открылась в самых безрадостных красках.

— И опять не угадала. К счастью, терпение моего дорогого братца и его супруги не безгранично. Они все чаще говорят о том, что если до рубежа молодости не смогут выдать меня замуж, то отправят в отдаленное поместье, где я буду доживать свой век. Всеми забытой, никому не нужной старой девой. Все, что остается мне, немного потерпеть и дождаться этих благословенных времен.

— А если тебе не понравится деревенская жизнь?

— Мне понравится где угодно, лишь бы подальше от них. — отрезала Августина, вскинув подбородок. — Спокойствие, тишина, пение птиц, вместо ежедневных сплетен.

Лианна задержала взгляд на своем отражении. Как она сама бы поступила на месте Мельтс? Тоже рвалась бы в деревню? Попыталась бы любой ценой выйти замуж?

Девушка выдохнула. Как же ей повезло, что не приходится делать, такой нелегкий выбор. Ведь рядом есть отец, и Алесия, и даже Робин, который просто не может вырасти противным человеком.

Был бы еще способ как-то помочь Августине. Если не платьем, то… ссылкой? Вдруг деревенская жизнь все же не придется виконтессе по душе? Тогда у нее останется время, чтобы вернуться и попытаться выйти замуж.

Лия стиснула в пальцах забытый гребень. Ей вдруг вспомнились слова Алесии о том, что безвыходных положений не бывает. Бывает недостаток смелости или фантазии. Она прищурилась.

— А что, если мы попытаемся убедить графиню Мельтс, чтобы тебя отправили в деревню уже в этом году?

На этот раз, ее слова были встречены с большим энтузиазмом, чем предложение примерить платье. В глазах Августины впервые промелькнул неподдельный интерес.

— И как же, позволь спросить, ты думаешь это сделать?

— Есть одна идея. Но понадобится помощь моей мачехи.

Выловить Алесию удалось далеко не сразу. Как хозяйка замка, она все время находилась на виду. И раз граф Арельс был в числе охотников, отправлявшихся в лес, графиня становилась центром оставшегося в Арельсхолме общества.

Поняв, что не сможет пока переговорить с мачехой с глазу на глаз, Лианна выскользнула на крыльцо, где уже толклись несколько девиц. Едва удостоив сухим кивком маркиз Латорс, она не раздумывая присоединилась к виконтессе Мельтс, стоявшей, как обычно, чуть в стороне.

Августина с вежливым интересом рассматривала лошадей, но, казалось, совершенно не замечала всадников.

Лия поискала взглядом отца. В отделанной мехом шапке и теплом зимнем плаще, он был одним из немногих, кто пока еще стоял на земле. Взяв под уздцы своего коня, он что-то объяснял деревенским парням, нанятым специально для охоты.

Те внимали каждому его слову. Да и не только они. Вот какой-то грузный мужчина подъехал чуть ближе, и явно пошутил, потому что над двором прокатился гулкий хохот. Даже на лице отца промелькнула улыбка. Махнув рукой, он вскочил в седло.