Самый дорогой враг (СИ) - Усова Василиса - Страница 43

— Можно просто Витор, юная леди. И мне будет интересно все, что вы пожелаете рассказать.

Глава 22

Одиночество

Они расположились чуть в стороне от основной массы гостей, в небольшой, но уютной нише. С одной стороны, место было уединенным, и в то же время говорившие оставались все время на виду, так что никакого урона репутации.

Первые минут десять Алия активно поддерживала разговор, но как только виконтесса Арельс освоилась в новой компании, девица тут же вспомнила о каком-то очень важном деле и улетучилась, пообещав в скором времени вернуться.

— Моя сестрица чаще предпочитает говорить сама и недостаточно терпелива, чтобы слушать других. — улыбнулся Витор, проводив ее взглядом. — Всегда была такой, с самого детства. А вот ты кажешься мне намного более серьезной.

Лианна зарделась. Она никогда не чувствовала себя серьезной, да и мачеха иногда намекала, что пора бы повзрослеть. Поэтому услышать такой комплимент от взрослого мужчины было приятно.

— Только кажусь. — смущенно отозвалась она и поспешила перевести тему. — Вы хотели больше узнать про Актай? Но я даже не знаю, с чего начать…

— Начни с того, что произвело на тебя самое сильное впечатление.

Лия на секунду задумалась, а затем вспомнила море. Огромное, непредсказуемое и всегда такое разное. Беспокойное в плохую погоду. Тихое под ясным небом. Покрытое золотой рябью, от погружавшегося в его воды солнца. И наконец бездонно-черное, растворявшее в себе отражения сотен звезд.

Граф Сомертон слушал ее так, словно боялся упустить даже слово. После моря Лианна вспомнила про рыбу и многочисленных морских гадов, которых местные жители употребляли в пищу. Про нищие деревеньки, где избы сплетены из веток и утеплены мхом.

Последнее особенно удивило собеседника. Дождавшись, пока Лия закончит мысль, он покачал головой.

— Нищие деревеньки? Мне казалось, что Актай весьма процветающая провинция. И, если верить слухам, ее богатство только продолжает расти.

Лианна набрала в грудь побольше воздуха, собираясь сказать, что имела в виду прошлые времена. Когда они только-только прибыли на Актай. Сейчас-то да, нищета ушла в прошлое, строятся хорошие избы, нет голода, выращиваются растения, которых нет в других частях королевства…

Еще можно было бы упомянуть про пляжи, развитие дорог и гостевые дома. Алесия никогда не делала из этого тайны, наоборот считала, что надо подогревать интерес и привлекать капитал.

Однако прежде чем девушка успела посвятить собеседника во все детали, на нее упала чья-то тень. В первый миг Лианна решила, что это Алия вернулась так скоро, но нет. Над ними стояла виконтесса Мельтс.

Чуть расслабленная, с легкой улыбкой. Но в то же время, она неуловимо напоминала змею, приготовившуюся к броску. Видимо граф Сомертон тоже что-то почувствовал, потому что на лице его промелькнула тень, а улыбка стала натянутой.

Однако он ничем больше не выдал своего недовольства. Или не успел. Потому что Августина заговорила первой. Словно и не она совсем недавно ясно давала понять, что не нуждается ни в чьем обществе.

— Лия, как мило с твоей стороны, подыскать такой симпатичный уголок. Он нравится мне гораздо больше, чем та часть зала. Граф Сомертон! — наигранно ахнула виконтесса Мельтс, будто только сейчас его заметила, однако в глазах ее промелькнул злой блеск. — И вы здесь! Очаровательное же собралось общество. Протянула бы вам руку для поцелуя… да, боюсь, негде будет потом ее помыть.

Грубость была настолько неприкрытой, что Сомертон не сразу нашелся с ответом. А Лианна тихо охнула, прикрыв рот рукой.

— Августина, как тебе не совестно!

— Никак не совестно. — отрезала девица, чуть поведя плечом. — Ведь это не я забилась в дальний угол с сомнительного качества кавалером…

У графа по щекам пошли красные пятна. Видимо, укол задел его за живое.

— Прошу прощения, виконтесса Мельтс…

Однако Августина не дала ему договорить. Ее тонкие губы вновь растянулись в улыбке.

— Всевышний простит, ваше сиятельство. А граф Арельс устроит вам встречу, если узнает, что ваше бесстыдное внимание обратилось на его дочь. Кстати, когда окажетесь по ту сторону бытия, передайте дочерний поклон и моему батюшке. Скажите, что я весьма благополучна и искренне за него молюсь.

При упоминании Арельса, Сомертон слегка сдулся, но ненадолго. Вскинув голову, он смерил нахальную девицу презрительным взглядом.

— Хотите быть моим врагом, виконтесса Мельтс?

— Прекратите! — не выдержала Лианна. Хоть собеседники и не переходили на повышенные тона, предпочитая шипеть, девушке казалось, что еще немного, и на них точно кто-то обратит внимание.

Увы, ее просьба осталась без ответа. Августину угроза не только не испугала, а как будто слегка позабавила. Девица спокойно смотрела Сомертону в глаза. Более того, казалось, что происходящее доставляет ей какое-то мрачное удовольствие.

— Хочу, ваше сиятельство. Очень даже хочу. Просто любопытно будет взглянуть — что же вы тогда сделаете? Может, уничтожите мою репутацию? — промурлыкала она с кривой усмешкой. — Объявите, что между нами что-то было? Не пожалеете душевное спокойствие своей жены? Кстати, почему вы без нее? Она носит очередного ребенка? Или… ах, ее просто не пустили бы сюда на порог, и вы оказались бы в весьма неловком положении…

Граф Сомертон судорожно вздохнул, явно не успевая за потоком слов, каждое из которых жалило, словно отравленная стрела. Лицо его горело, а глаза пылали такой яростью, что Лианна на миг испугалась — вдруг мужчина отвесит виконтессе Мельтс пощечину. Он действительно подался вперед, но в самый последний момент все же сдержался.

— Всего доброго, леди. — бросил граф сквозь зубы и поспешил убраться, под искренний и чуть злорадный смех.

Лианна решила последовать его примеру. Оставаться рядом с Мельтс после всех ее мерзких речей совсем не хотелось. Разве можно, находясь в здравом уме, наговорить столько гадостей, да еще и с неприкрытым весельем?

Но едва она попыталась встать, как Августина больно ухватила ее за плечо и силой усадила на место. После чего посмотрела так холодно и жестко, что Лия невольно сжалась. Но еще резче прозвучали ее слова:

— Лианна Арельс, какая же ты законченная дура!

Острая фраза, брошенная в лицо, заставила девушку встряхнуться. От растерянности не осталось и следа, а к лицу жарко прилила кровь. Только на этот раз не от смущения, а от вполне осязаемой злости.

Если граф Сомертон слишком благороден, чтобы как следует ответить наглой девице, то лично она не собиралась спускать Августине оскорбление.

— Кто дал тебе право так со мной говорить? — отчеканила Лия, глядя в болотного цвета, каре-зеленые глаза. — Не кажется ли тебе, что ты перешла все допустимые границы?

— Рад слышать, что какие-то границы у тебя все-таки есть. Еще бы ты научилась не подпускать к ним кого попало. — хмыкнула Августина, изящно опускаясь на освободившийся стул. — Если что, я сейчас про графа Сомертона.

— Сомертон благородный и хорошо воспитанный человек. В отличие от некоторых. — Лианна зло прищурилась, чувствуя, что пока не готова перейти на мирный тон. Хотя Мельтс явно остыла и выглядела теперь чуть расслабленной.

— О, да. А я-то думаю, чем это несет на весь зал. Дешевыми притираниями, запахом потасканного пса? А это, оказывается, ароматы благородства. — съязвила девица. — Знаешь, а мне начинает нравиться сегодняшний вечер. Давно мечтала высказать графу в лицо все, что о нем думаю.

Ее слова заставили Лианну насторожиться. Нельзя же ненавидеть человека просто так. Сложно, конечно, поверить, но что, если виконтессу Мельтс и Сомертона связывали когда-то нежные чувства? Это многое бы объяснило.

Поэтому Августина так и разъярилась, увидев его в компании с другой. В груди шевельнулось сочувствие. Хотя Мельтс все равно могла бы вести себя повежливее.

Словно прочитав ее мысли, Августина поморщилась.