Демон Жадности. Книга 4 (СИ) - Розин Юрий - Страница 7

Я медленно повернулся к ней.

— Мне понятно, почему к Кабану побежал Тиваль. Либо королева нашептала ему про Кабана, либо он сам решил таким образом вырваться из-под ее крыла. Рилен отправился, потому что у него не осталось выбора. Но ты… Ты — загадка. У тебя ведь есть все. Талант, навыки, железная воля, поддержка. Продержись еще пару лет — и ты бы легитимно переиграла их обоих. Зачем тебе было ввязываться в эту авантюру с Кабаном? Зачем рисковать всем?

Она смерила меня презрительным взглядом, но в ее глазах, помимо злобы, читалась усталость от постоянной игры.

— Потому что я не хочу быть просто кронпринцессой Амалиса, — выдохнула она. — Этот трон… он был лишь разменной монетой. Платой за входной билет. В обмен на него я попрошу Кабана включить меня в его семью. На самую низшую позицию, мне все равно. Лишь бы получить право учиться. В Имперской академии Артефакторов Роделиона.

Она сделала паузу, ее глаза загорелись тем самым огнем, что я видел у своих бойцов, — огнем жажды чего-то большего.

— Только там дают знания, чтобы совершить прорыв. На Предание и, возможно, даже выше. А здесь? — она с презрением махнула рукой, очерчивая круг вокруг себя. — Здесь я останутся вечно большой рыбкой в маленьком, затхлом пруду. Я этого не хочу. Я рождена для большего.

Я усмехнулся.

— И ты правда готова на это? — спросил я, окидывая ее с головы до нок взглядом, полным насмешливого неверия. — Из принцессы, одной из первых особ королевства, стать… кем? Младшей дочерью в чужом, враждебном доме? Никем. Придется прислуживать. Подчиняться. Ты всю жизнь только отдавала приказы. Сможешь перестроиться?

Она выдержала мой взгляд, подняв подбородок с вызывающей гордостью.

— Если у тебя, попаданца без роду и племени, почти получилось стать принцем, то у меня наверняка получится выдержать лишение титула принцессы, — парировала она, и в ее голосе звучала не просто бравада, а холодная, железная уверенность. — Но хватит об этом. Зачем ты влез в мою сделку с Кабаном? Что тебе нужно? — ее глаза сузились, в них вспыхнуло подозрение. — Понял, что я близка к цели, и решил нажиться на моих усилиях? В последний момент выскочить и урвать свой кусок?

Ее слова были настолько далеки от истины и в то же время настолько отражали ее собственное мышление, что я не сдержался. Мой смех прозвучал громко, резко и злобно.

— Нажиться? На твоих усилиях? — я почти выплюнул это слово. — А ты, сдав Амалис Кабану, а потом оставив его на произвол судьбы и сбежав в Роделион, не наживаешься на усилиях миллионов твоих подданных? На тех, кто трудился в поле, в мастерских, в рудниках всю свою жизнь, платил налоги в твою казну, чтобы ты тридцать лет беззаботно отсиживала свою августейшую попку на позолоченном стуле?

Она открыла рот, чтобы возразить, лицо ее побагровело.

— Я не собираюсь его «бросать»! — выкрикнула она. — Перед отъездом я использую ресурсы Кабана, чтобы обеспечить Амалису светлое будущее! Назначу достойного регента, укреплю границы, налажу…

— Иллюзии! — я резко оборвал ее, мой голос стал тише, но от этого лишь опаснее. — Сладкие сказки, которые ты рассказываешь себе, чтобы оправдать предательство. Амалис ждет участь колонии. Разменной монеты в большой игре высшей империи. И Кабан, и Роделион не моргнут глазом, прежде чем бросить Амалис в топку первого конфликта, если это будет им выгодно. Не ври мне. И не ври себе. Если бы тебе было хоть какое-то дело до Амалиса, ты бы сначала выиграла гонку за престол своими силами. Законно. А уж потом, будучи полноправной королевой, обменяла бы сам трон на пропуск в Роделион. Без условий. Без цепей для своего народа. Но ты не хотела ждать лишних несколько лет и не хотела продолжать прикладывать усилия к борьбе, имея возможность решить все по щелчку пальцев, получив поддержку Кабана.

Какое-то время она силилась. Но затем маска благородных намерений с ее лица спала.

— Да! — закричала она, ее голос сорвался на визг. — Мне плевать на Амалис! Плевать на этот затхлый, нищий клочок земли, который не может дать мне того, чего я хочу! Не может дать мне силу! Настоящую силу! А если ты думаешь, что, притащив меня сюда и заговорив мне зубы своими псевдоблагородными речами, ты повысишь свои шансы украсть этот проклятый трон, то ты глубоко, глубочайше заблуждаешься!

Я не стал ничего отвечать на ее истерику. Вместо этого я достал из жилетного кармана карманные часы на золотой цепочке, щелкнул крышкой и мельком глянул на циферблат.

— Для Роделиона, знаешь ли, нужны не только ранги, — произнес я почти задумчиво, захлопывая часы. — Там ценят мозги. Такие, чтобы на голову превосходили умы из малых стран. Иначе будешь вечно на подхвате.

В этот момент из ее браслета-змеи раздался сдавленный, паникующий голос, полный ужаса и непонимания.

— Ваше высочество! В зале… свет… все погасло! Полная тьма! Кто-то атаковал двоих из охраны трона! Свет вернулся через минуту, но… но муляж! Муляж трона со сцены пропал! Испарился!

Дейла замерла, ее лицо вытянулось от шока, а затем исказилось чистейшей, беспримесной яростью. Ее взгляд, полный ненависти, впился в меня.

— Ты… — прошипела она.

Я молча поднял палец, указывая куда-то вверх, за стены плаца, в ночное небо. Она инстинктивно проследила за движением, и ее глаза расширились.

В небе, набирая высоту, уходил от дворца небольшой дирижабль — один из тех, что использовались для перевозки легких грузов. И под его гондолой, на массивных стальных цепях, болтался и покачивался на ветру массивный, сверкающий даже в свете лун предмет. Королевский трон.

— НЕТ! — ее крик был похож на вопль раненого зверя. Она вскинула браслет к губам. — Всем! Немедленно в воздух! Цель — дирижабль! Трон на борту! Захватить, посадить! Немедленно!

Не теряя ни секунды, она сама оттолкнулась от земли, и ее фигура, окутанная аурой маны Хроники, рванула вверх, к убегающему кораблю.

Я выждал ровно пару секунд, давая ей и всем ее стражникам, которые сейчас должны были ринуться в погоню, увлечься этой блестящей приманкой. Затем развернулся и бросился обратно во дворец.

Главный зал встретил меня сдавленным грохотом локальных столкновений, заглушаемых особым артефактом, протащенным в осветительном оборудовании, до громкости яростного шепота. Охраны вокруг настоящего трона не было. Ни одного человека. Всех, кого Дейла стянула к нему, теперь манила погоня за дирижаблем.

Но кое-кто оставался. Стражники у колонн, в нишах, на балконах — те, кто не был привлечен к трону и кто, похоже, не был связан с Дейлой напрямую. Но их было слишком мало, чтобы обеспечить достойное сопротивление.

С ними уже разбирались. Наемники Рилена, десяток Артефакторов, ожидавших в грузовике театра снаружи дворца и ворвавшиеся внутрь по сигналу, Ярана. Теперь они все бросились в бой, стараясь действовать максимально по отношению к гостям, чтобы не навлечь на себе будущий гнев всего Амалиса.

В итоге Дейла с ее неуравновешенностью и неспособностью спокойно подумать, прежде чем делать, даже оказала мне услугу, бросив вообще всех своих людей на погоню за дирижаблем. Когда я сам вмешался в потасовку и вырубил всего двоих стражников, все уже было кончено.

Я подал сигнал Яране. Через секунду она уже была рядом. Вскоре мы уже были за кулисами, где, задрапированный грубой тканью, стоял трон, никуда изначально не девавшийся. Мы вынесли его наружу, подтащили к его оригиналу.

Спящий король на настоящем троне похрапывал, безмятежно уронив голову на грудь.

— Прошу прощения, ваше величество, — пробормотал я, аккуратно обхватывая плечи короля и пересаживая его на наш муляж. Его тело было тяжелым, обмякшим. — Вот уж не думал, что однажды все-таки заполучу трон Амалиса.

С теперь уже настоящим троном в руках мы перелетели через театральные декорации и вскоре уже выскочили через главный вход, где ждал грузовик театральной труппы. Шофер молча распахнул кузов. Мы загрузили трон внутрь. Машина дала ко газам.

###

Первые несколько минут мы ехали быстро, но где-то в районе центра уперлись в стену из повозок, экипажей и празднующей толпы. Фестиваль парализовал движение по всему Баовальду, это было неизбежным побочным эффектом.