Вигго: Наследник клана (СИ) - Глебов Виктор - Страница 39

— Как тебе понравится это, рыцарь⁈ — произнесла она, и спустя мгновение из отверстий в стенах начали вылетать насекомые размером с воробья.

Их становилось всё больше, и вот уже вокруг меня кружился рой разъярённой, голодной саранчи! Помещение наполнилось клацаньем металлических челюстей. Мне удалось заметить, что «лица» насекомых, действительно, отдалённо напоминали человеческие, хотя такое впечатление складывалось из-за причудливого расположения хитиновых пластин — на самом деле, к хомо сапиенс головы не имели никакого отношения. А вот ротовые аппараты были заменены на стальные при помощи имплантации. Я даже не мог представить, какую работу пришлось проделать, чтобы провести столько операций. Наверное, у вампирши было полно денег. Ну, или для этого использовали какую-нибудь машину, которая заменила челюсти насекомых автоматически. Господи, почему мне в башку вообще лезут подобные мысли⁈

У Кримхильды в брюхе словно вспыхнул зелёный фонарь, и саранча разом бросилась на меня.

«Значит, генератор у неё в животе!» — успел подумать я, прежде чем оказался облеплен кровожадным роем. В меня впились сотни жвал. Крылья оглушительно стрекотали, суставчатые конечности цеплялись за одежду и кожу зазубринами. Против мелких тварей меч был бесполезен. Впрочем, как и автомат. Я не мог сражаться с роем! Надо было найти способ разрушить генератор в брюхе Кримхильды. Вампирша расхаживала на безопасном расстоянии и визгливо смеялась. Надо сказать, у неё был повод: ещё один охотник угодил в ловушку и должен был дать дуба, так и не добравшись до цели. Я б тоже ржал. Но это не значило, что я собирался сдаться и покорно ждать, пока саранча дожрёт меня. Тем более, уже было понятно, в чём уязвимость Кримхильды.

Двигаться я мог, так что направился к вампирше, но она отступала, не желая связываться. Осторожная тварь!

На меня набросилось ещё больше саранчи. Мерзкие существа впивались буквально в каждый сантиметр моего тела. Хорошо хоть, я почти не чувствовал боли — сказывалось действие бронекомбеза, да и одежда защищала. Но кисти рук, шея, лицо — всё, что оставалось открытым, страдало от укусов и было покрыто кровью. Чёрт, надо завести перчатки и маску! Или шлем.

— На востоке раньше была казнь под названием лин-чи, — сообщила носферату. — От осуждённого отрезали по маленькому кусочку, пока он не умирал. Эту экзекуцию ещё называли «укусы морской щуки». Рыбы, к сожалению, нет, но мои крошки справятся не хуже.

Саранча отщипывала понемногу, но её было столько, что следовало поторопиться, пока я не помер. Хотя это вряд ли. Разве что башку мне отгрызут в конце концов.

Нужно было остановить Кримхильду, заставить её стоять на месте. Я приказал Барсику напасть, но вампирша и на этот раз легко отбросила мутанта, который, перекувырнувшись в воздухе, врезался в бронированную стену и сполз на пол. Это было очень плохо, потому что я уже едва мог двигаться: саранча повисла на мне тяжеленными гроздьями!

Я понимал, что надо уничтожить генератор, который, судя по зелёному свечению, находился в животе вампирши, но добраться до него не мог.

Носферату со смехом кружила передо мной, её брюхо полыхало, она издавала торжествующие возгласы и иногда подпрыгивала, расправляя суставчатые ноги.

Я должен был распороть ей живот! Но как это сделать, если на тебе висит килограмм семьдесят здоровенной мутантской саранчи?

Вдруг мне в голову пришла безумная идея. Такое иногда случается в моменты отчаяния — наверное, организм концентрируется на поиске выхода и выдаёт нечто спасительное.

Я мысленно приказал Барсику подбежать ко мне. Как только мутант оказался рядом, я с трудом забрался на него.

— Решил сбежать? — спросила Кримхильда, остановившись. Её передние конечности расправились зубцами наружу. — Этого я тебе не позволю. Станешь обедом, а может, и на ужин что-нибудь припасу. Иногда приятно растянуть удовольствие.

Но я не собирался отступать. Саранча игнорировала Барсика, так что зверь мог передвигаться совершенно свободно. Я приказал мутанту атаковать вампиршу. Он кинулся вперёд, несколькими прыжками сократил расстояние между нами и носферату и припал на миг к полу, словно готовясь к прыжку. Но я поспешно остановил его и велел не атаковать голову Кримхильды, а вместо этого проскочить у неё между ног. Чтоб, так сказать, две киски почти встретились, но не соприкоснулись.

Вампирша замахнулась зазубренными клешнями, готовясь в третий раз отбросить Барсика, но мутант, в последнюю секунду изменив направление движения, пронёсся под ней.

Влажное кожистое брюхо почти коснулось моей головы, когда я вскинул меч и рассёк его. Кримхильда заверещала и подпрыгнула, оттолкнувшись всеми лапами сразу, но было поздно: из её зловонного чрева вывалился искрящийся генератор, похожий на металлическое яйцо! Барсик развернулся за спиной Кримхильды, и мне стало видно, как из разреза полилась жёлтая вонючая слизь. Носферату с визгом упала на пол. Она корчилась, размахивая конечностями, но, конечно, не умирала. Началась обратная трансформация, и постепенно вампирша приняла человеческий облик. Скользя в собственных жидкостях, она поднялась на ноги, злая, как раненая тигрица. Дыра в животе зияла мокрыми алыми внутренностями, края были слегка вывернуты и трепетали, стремясь к регенерации. Я видел, что они уже даже начали стягиваться.

Саранча отваливалась от меня. Насекомые валялись на полу, перелетали на стены и потолок, забирались обратно в отверстия, из которых вылезли. Я испытал настоящее облегчение.

— Зачем тебе сражаться со мной? — спросила Кримхильда, прикрывая рану ладонями. Её голос показался мне ещё более старым, чем был вначале. — Оставайся здесь. В башне полно места для нас обоих. Я подарю тебе такие наслаждения, о которых ты даже не слышал, — алые губы раздвинулись в широкой улыбке, демонстрируя клыки. — Я залечу твои раны и научу магии. Ты станешь могущественным человеком.

С этими словами вампирша вскинула перемазанные жёлтой слизью руки, и с кончиков её пальцев сорвались два багровых шара. В полёте они превратились в огромных огненных птиц, которые набросились на меня и обхватили крыльями.

Я оказался объят пламенем! И оно жгло!

Это сразу напомнило, как меня истязали в лаборатории эрманарихов. Я приказал Барсику атаковать. Мутант прыгнул на Кримхильду, но та со смехом увернулась. Уменьшившись в размерах и утратив лишние конечности, она стала быстрее и ловчее. Её пальцы сжались в кулаки, и я почувствовал, как огненные птицы стиснули меня в жарких смертоносных тисках.

Барсик совершил ещё один прыжок. Вампирша попыталась отскочить, но я спрыгнул с мутанта и обрушился Кримхильде на спину. Мы оба упали, и я нанёс подряд несколько ударов прежде, чем носферату сбросила меня с себя и поднялась на ноги. Её шатало, белую кожу пересекали чёрно-красные ожоги, оставшиеся от меча. Вампирша развернулась и одарила меня ненавидящим взглядом.

Я по-прежнему горел, как факел. Моя атака не прекратила действие магии Кримхильды, хотя огненные крылья и ослабили давление. Я попытался вырваться от птиц, но как можно вырваться из пламени, если оно уже охватило тебя? От боли в глазах темнело, сердце бешено стучало, норовя вырваться из груди.

— Не надумал остаться со мной? — глумливо осведомилась носферату, нацеливая в меня кулаки. — Или я не достаточно горяча для тебя?

Взмах мечом, и правая кисть Кримхильды упала на пол. Из культи фонтаном брызнула кровь. Я попытался высосать вампиршу, но она ловко отступила. Зато одна из огненных птиц растворилась. На пол осыпались гаснущие на лету искры.

Боль это практически не ослабило, но я понял, что делать, и атаковал носферату, нанося частые удары, пока не удалось оттяпать и левую руку. У вампирши не было оружия, так что она могла лишь уворачиваться, а подобная тактика рано или поздно обречена на провал. Если бы я умел пользоваться мечом, то справился бы раньше. Однозначно, мне требовались уроки фехтования.

Потеряв руку, Кримхильда завертелась волчком, разбрызгивая вокруг себя кровищу. Выглядело это так, словно поливальный шланг вырвался и заплясал под напором воды.