Дорогами Империи (СИ) - Крылова Катерина - Страница 77

— Только Леро Нидалю! Понимаете? Я сам только недавно задумался, как вообще стал возможен заговор и даже планирование устранения лично вас. А потом вспомнил точный текст клятвы. Асомский, Ровернские и прочие до сих пор клянутся в верности первому Нидалю. Не вам, не Империи, а давно умершему императору. Поэтому клятву они не нарушают. Убить вас — легко! Наказания не будет! Отсюда и сама возможность заговора. Я, кстати, как и моя дочь сегодня поклялись служить Империи. Не вам, не вашему сыну, не почившему Леро, а Империи, — Дезмонд замолчал, ожидая реакции представителей династии.

— Чувствую себя идиотом, — после долгого молчания произнес наконец император, а его брат и сын согласно закивали. — И что теперь делать?

— Посмотрите бумаги, что я перед вами положил. В казематах Ковена у меня было достаточно времени, чтобы поразмышлять на эту тему. Здесь то, что, по моему мнению, требуется сделать, чтобы централизовать власть и не дать стране раздробиться на части, к чему ведет сложившаяся ситуация.

Император глянул на свиток, но разворачивать его не торопился. Зато Рик, чуть поколебавшись и взглядом спросив разрешения, развернул их и начал читать. Повисла тишина.

— Миль, Бун, поднимайте секретарей и законников. Нам предстоит бессонная ночь. Дезмонд, твои ведьмаки подождут, нам нужна твоя абсолютная память, — его высочество Ричард Нидаль не собирался терять ни минуты.

— Предлагаю перебраться в рабочий кабинет, — император поднялся и стремительно направился к дверям.

Глава 25

Ошеломление. Слово, которое как нельзя лучше отображает мое внутренние состояние. Мы шли из кабинета его высочества Ричарда Нидаля. Вот уж не думала, что тот самый Глава тайного магического сыска Империи окажется еще и братом монарха. Даже Табола не знал, я же видела, что он удивился не меньше меня. Я — герцогесса. Официально. Я, конечно, и раньше в этом не сомневалась, но титул этот был чем-то сродни сказок о далеких-далеких временах. Ведь он не налагал на меня реальные обязанности. Надо вообще узнать, что теперь придется делать. Хорошо еще, что весь основной груз ответственности свалится не на меня, а на отца. Да и вообще, учитывая нынешние обстоятельства и, мягко говоря, напряженную обстановку в Империи до герцогских реалий надо еще умудриться дожить.

— Ри, остановись на минутку, — придержал меня за локоть Табола, — куда ты бежишь такая сосредоточенная?

«А и правда, куда?» — я остановилась и осмотрелась. Оказалось, что мы уже пересекли все здание, холл, миновали крыльцо и сейчас находились где-то во дворцовом саду. Увидев, что я с недоумением оглядываюсь по сторонам, маг заржал как конь. Даже обидно стало. Я тут вся распереживалась, а он ржет. Вот и вся любовь.

— Стоп-стоп-стоп, не надо сейчас обижаться, — он рассмотрел выражение моего лица. Притянул к себе и мягко обнял. Я уткнулась носом ему в грудь и вздохнула, совсем как Модро недавно. — Все будет хорошо, ведьмочка моя. Мы со всем справимся и будем жить долго и счастливо.

— И умрем в один день?

— Ага.

— Невесело.

— Умрем весело, я тебе обещаю. Но в глубокой старости, — Таби продолжал гладить меня по спине и прижимать к себе. — Так куда ты так неслась?

— Никуда. Просто я когда в себя ухожу или размышляю, мне надо двигаться. Я так один раз очнулась посреди топи. Причем сама не помнила как туда попала. А у меня уже пузо на нос лезло, рожать вот-вот, а я среди болот стою. Представляешь, как я испугалась! — поделилась я одним из своих самых опасных «забегов».

— Только не говори, что Марк родился прямо посреди топи! — он отлепил меня от себя и с тревогой заглянул в лицо.

— Нет, конечно, — Табола выдохнул, — до твердой земли доползла и уж там под выворотнем.

Лицо мага вытянулось, глаза округлились и стали размером с золотой. Пришла моя очередь рассмеяться.

— Таби, я рожала дома и под присмотром. Слава всем богам!

— Придется за тобой приглядывать, а то так проснусь как-нибудь, а ты уже в Чангаре с оборотнями эль хлещешь и трубочку раскуриваешь, — он облегченно улыбнулся. И чего, спрашивается, так заволновался. Дело было уже больше года назад.

Марковке уже исполнился годик, а мать его мотается по всей Империи и заговорщиков ловит. В деревне бы меня назвали зозулей. Есть такая птичка, которая свои яйца в чужие гнезда подкладывает. Птенца потом приемные родители воспитывают и удивляются, чего он такой нескладеха. Как только все это закончится, ни на день от сына не отойду!

— Поздно уже. Пойдем спать, — Табола взял меня за руку и повел обратно.

— А как же Матри? Нам же надо завтра с утра к Главе с планом, а мы даже примерно не знаем, где Асомский и эта женщина, — называть ее матерью я не собиралась. — да и Гарта надо найти. Хорошо бы снять проклятье все-таки.

— Рийна, полночь уже даже давно минула. Мы несколько дней были в дороге, надо отдохнуть и планы строить на свежую голову, а не валясь от усталости. Ты просто ее сейчас не чувствуешь, потому что тебя события последних часов с головой накрыли. Поверь мне, я знаю о чем говорю, — по его тону я поняла, что спорить сейчас бесполезно, да и в целом он прав.

Через несколько склянок я уже была раздета и стояла под горячим душем, а Табола намыливал мне спину и расплетал косы. И это у него называется «надо отдохнуть»…

Гуннар похвалил себя за то, что поспал те несколько наров накануне. Практически сразу после возвращения первого из разведчиков, полетели вестники и от других. Два из них посмертные. Каган разделил свое войско на несколько туменов и направил в сторону приграничных крепостей. Всего на границе со Степью их было пять: Даль, Рохем, Гворст, Хван, Содгба. Последние две находились уже на территории Чангара. Там хотя бы будет полный гарнизон, ведь солдат Асома в них нет. Стоит предполагать, что основные силы противника направятся на осаду Рохема и Гворста. Именно они открывают прямую дорогу в Асомское герцогство. К тому же, по сведениям от отца, подтвержденным офицером герцогства, солдаты должны были открыть ворота для степняков. Если не получится то насколько возможно ослабить гарнизон: отравить колодцы, разлить масло для котлов и зажигательных снарядов.

Сейчас его крепость готовилась к осаде. По данным разведчиков, у них было всего семь дней до подхода тумена Каганата. Один тумен — десять тысяч человек, стало быть на каждого воина и мага крепости придется двадцать воинов противника. Если верить сообщениям от отца, то основное войско сейчас только-только выдвигается из столицы. Оно будет поделено на три части и каждая направится к одной из асомских крепостей. Но войско — это не небольшой мобильный отряд, который может быть здесь через седьмицу. Оно идет медленно. Им понадобиться не менее трех, чтобы достигнуть границы.

«Расслабились, — думал он с остервенением стуча молотом по наковальне, — набегов два года не было! Ров — лужа, которую можно перепрыгнуть, гласисов[8] вообще нет, герсы[9] — ржавые, ни одна сегодня не опустилась, на полдороге механизм заело!»

Несколько наров назад Гуннару пришлось держать речь перед гарнизоном крепости. Еще никогда он не выступал перед таким количеством народа, да и вообще говорить был не мастак. Но пришлось. Сейчас он вспоминал свои «кривые» выражения и ругал себя еще больше.

— Воины крепости Рохем! Смерть идет из Степи! Каган собрал пять туменов, — его голос чуть не дал петуха, настолько Гуннар разволновался, — и один из них идет прямо к нам, идет за богатой добычей! Это не набег! Это война! Они не уберутся, когда пограбят наши земли, они захотели остаться здесь полноправными хозяевами!

В рядах воинов пошел ропот. Каждый понимал, что их слишком мало, чтобы отстоять крепость, недоумевал, отчего капитан в свете таких событий отпустил людей Асома.