Режиссёр из 45г (СИ) - Симович Сим - Страница 61

— Доброе утро, Владимир Игоревич! Ваши уже все в сборе. С семи копошатся.

— Все? — Володя удивился. — Кто все?

— Да почти вся команда. Иван Кузьмич декорации готовит, Лёха звук проверяет, Коля туда-сюда бегает. Вера Дмитриевна актёров в костюмерную загнала — последнюю примерку делает.

Володя ускорил шаг. Студия уже жила полной жизнью — везде были люди, везде что-то происходило. Он направился сначала к декорационному цеху.

Иван Кузьмич стоял посреди огромного помещения, заставленного фанерными конструкциями, досками, банками с краской. Вокруг него суетились трое рабочих в комбинезонах.

— Иван Кузьмич! — окликнул Володя.

Декоратор обернулся, вытер пот со лба:

— А, Владимир Игоревич! Как раз вовремя. Смотрите, что мы сделали.

Он отвёл Володю к углу цеха. Там стояла декорация почтового отделения — стойка, стеллажи с ящиками, даже почтовые весы.

— Это на случай, если погода подведёт, — объяснил Иван Кузьмич. — Вы хотели натурные съёмки, но лучше подстраховаться. Если дождь пойдёт, сможем в павильоне снять.

Володя обошёл декорацию, потрогал стойку — крепкая, основательная.

— Отличная работа. А это что?

— Это лавочка для сцены с гармонистом, — Иван Кузьмич показал на простую деревянную скамейку. — Специально состарил — потёртости сделал, краску облупил. Будет как настоящая старая.

— Молодец. Когда всё будет готово?

— К завтрашнему дню. Мы тут с ребятами ночевать останемся, если надо. Всё доделаем.

— Спасибо, — Володя пожал ему руку. — Очень ценю.

Он вышел из цеха, направился к третьему павильону. По дороге встретил Колю, который бежал с каким-то списком в руках:

— Владимир Игоревич! — Коля затормозил. — Вот, смотрите! Я всё распланировал!

Он сунул Володе лист бумаги, исписанный мелким почерком. Володя пробежался глазами — график перемещений по локациям, время прибытия, время отъезда, расчёт, сколько плёнки понадобится на каждую сцену.

— Коля, это же... это профессиональная работа!

— Я всю ночь делал, — Коля покраснел от удовольствия. — Хотел, чтобы всё было чётко. Чтобы не было накладок.

— У тебя получилось. Молодец. Размножь это, раздай всем.

— Уже размножил! — Коля достал из-под мышки пачку таких же листов. — Каждому по экземпляру!

Володя похлопал его по плечу:

— Ты у меня лучший ассистент, Коля.

Парень просто засиял.

В третьем павильоне царил контролируемый хаос. Лёха со своим помощником — молодым парнем по имени Гриша — возились с оборудованием. Микрофоны были разложены на столе, провода змеились по полу, записывающее устройство гудело.

— Лёха, как дела? — Володя подошёл.

— Да нормально, — Лёха вытер руки тряпкой. — Проверяю всё по третьему разу. Один микрофон фонил — нашёл причину, исправил. Провода новые поставил. Записывающее откалибровал. Всё будет работать как часы.

— Отлично. А в понедельник готов?

— Готов, — Лёха кивнул. — Владимир Игоревич, я тут подумал. В финальной сцене с оркестром звук будет сложный — много инструментов, много людей. Может, стоит дополнительный микрофон поставить?

Володя задумался:

— Сколько у нас всего?

— Три.

— Поставим два на оркестр, один на актёров. Справишься?

— Справлюсь. Гриша мне поможет.

Гриша, услышав своё имя, кивнул, не отрываясь от проводов.

Володя обошёл павильон. Катя-монтажница сидела за столом, склонившись над бумагами. Перед ней лежали раскадровки, схемы, расчёты.

— Катя, доброе утро.

Она подняла голову, поправила очки:

— Доброе утро, Владимир Игоревич. Смотрите, я расписала монтажный план. Вот здесь первая сцена — встреча. Я рассчитала, сколько плёнки уйдёт, если снимать три дубля. Вот здесь сцена поисков — там много мелких кадров, монтаж будет дробный. Я всё просчитала.

Володя взял листы, изучил. Катя проделала огромную работу — каждая сцена расписана подробно, с учётом хронометража, количества дублей, монтажных склеек.

— Катя, это превосходно. Ты будущий режиссёр, я серьёзно.

Она смутилась:

— Да что вы... Я просто хочу, чтобы всё получилось.

— Получится. С такой подготовкой обязательно получится.

В павильон вошёл Пётр Ильич Ковалёв — оператор. Он тащил на плече футляр с камерой, под мышкой держал треногу.

— Владимир Игоревич, здравствуйте! — он опустил груз на пол, отдуваясь. — Принёс камеру. Думаю, надо пристреляться — проверить, как она в разных условиях работает.

— Правильно думаете. Может, сейчас съездим на локацию? Посмотрим на Арбат при утреннем свете?

— Давайте. Как раз время подходящее — часов в восемь-девять там хороший свет будет. В понедельник примерно так же снимать будем.

— Отлично. Коля! — Володя позвал ассистента. — Организуй машину!

— Есть! — Коля бросился к двери.

Через десять минут они уже ехали на Арбат — Володя, Ковалёв и Иван Кузьмич, которого взяли, чтобы на месте уточнить детали. Машина тряслась на ухабах, солнце било в глаза, но настроение было приподнятое.

На Арбате было оживлённо — трамваи ходили, люди спешили на работу, дворники подметали. Ковалёв достал камеру, установил на треногу, начал смотреть в видоискатель.

— Свет хороший, — бормотал он, прищуриваясь. — Мягкий, рассеянный. Тени не резкие. Вот здесь будет отлично — общий план улицы. Петя идёт с той стороны...

Володя стоял рядом, представляя кадр. Вот Петя идёт по солнечной стороне улицы, насвистывает. Камера следует за ним. Потом видим Катю — она спешит, несёт сумку. Камера переключается на неё. Потом оба входят в кадр — встреча.

— Пётр Ильич, а можем мы сделать вот так, — Володя показал руками, — камера сначала на Пете, крупный план. Потом панорама — и видим Катю вдалеке. Потом наезд на Катю. А потом оба в кадре, средний план.

Ковалёв кивал:

— Можем. Понадобится несколько точек съёмки. Тут треногу поставим, тут поставим, тут поставим. Потом на монтаже склеим.

— Сколько времени займёт?