Жрец Хаоса. Книга IV (СИ) - Борзых М. - Страница 8

Моё появление в собственном Ничто было удостоено пренебрежительного взгляда. Гор лежал, опустив голову на служенные накрест лапы, и демонстративно отвернулся, стоило мне появиться. Однако же буквально через несколько секунд он поднял морду, принюхался и повернулся ко мне, прищурившись.

— Это то, о чём я думаю? — задал он вопрос по внутренней связи.

— А то, — хмыкнул я. — Возвращаю долги. Ты какое будешь — персиковое или вишнёвое?

Последовала недолгая пауза.

— Дай попробовать и то, и другое.

Я поставил оба брикета перед химерой и смотрел, как он совершенно по-человечески когтем, словно пальцем, цепляет мороженое с краю, чтобы после положить лакомство на язык и зажмуриться.

Распробовав вкус персикового мороженого, после секундной паузы я услышал, как Гор замурчал. Думаю, мороженое действительно, пришлось ему по вкусу.

Но, однако же, химера себя сдерживала. Он придвинул к себе лапой аккуратно два брикета и подцепил, словно отъявленный дегустатор, ещё кусочек, но теперь другого вида, и снова положил себе на язык. Дождавшись, пока оно чуть подтает, он снова с закрытыми глазами зажмурился и снова замурчал:

— Нет, это решительно невозможно! И то, и другое — выше всяких похвал!

— Я передам Алевтине твои восторги. Если что, тебя ещё ждёт яблочное, земляничное, грушевое, клубничное и что-то ещё. Если тебе какие-нибудь специфические вкусы нужны, можем попросить приготовить по спецзаказу.

Бедный Гор даже вскочил на лапы, переводя взгляд с одного брикета на другой.

— А можно… можно что-нибудь экзотическое? Такое… чтобы было зелёное?

— Киви, крыжовник… — на ум приходила ещё мята, всевозможные добавки, которые можно было бы использовать в зелёном цвете. — Тархун?

— Я на всё согласен. Почему-то именно зелёного хочется, — восторженным едва ли не детским голосом протараторил мой питомец.

— Хорошо, передам твои пожелания.

А счастливый Гор принялся по очереди зачёрпывать лапой то с одного брикета, то с другого. Когда же я взял ложку и отломил себе кусочек, усевшись рядом с ним, он даже не стал рычать на меня, махнув лапой:

— У тебя всё равно пасть маленькая, много не съешь. Так и быть, угощайся.

Так мы вместе с ним сидели и ели мороженое. При этом Гор мурчал, рычал и издавал совершенно неповторимые звуки от происходящего.

— Я уж думал, ты забыл, — пробурчал он где-то на середине второго брикета.

— Забегался, — повинился я, — но не забыл. Я не люблю оставаться должным. Да и нам с тобой необходимо было за ложкой мороженого обсудить один немаловажный вопрос.

Гор даже нахмурился, перестав слизывать с лапы очередную порцию лакомства.

— Какой вопрос?

— Скажи, мне показалось, или ты действительно не захотел, чтобы княгиня запечатала твою форму и сделала тебя осязаемым на постоянной основе?

Гор сперва замер и даже перестал работать челюстями, пристально вглядываясь в меня. Неизвестно, что он пытался там отыскать, однако же спустя минуту он всё же решился дать ответ.

— Не показалось.

— А в чём тогда дело, если не секрет?

Гор лапой почесал у себя за ухом и тут же показал на отросток, созданный мною по отрывку показанного мне видения.

— Вот в этом.

— И что с этим не так?

— А дело в том, что если меня запечатает твоя бабушка, то через это мы уже не сможем установить и поддерживать связь. Если же мы продержимся в той стадии, в которой есть сейчас, то у тебя с ростом объёма источника будет возможность менять… эммм… мою конфигурацию. То есть на лету отрастить мне ласты с жабрами или вырастить вторую пару крыльев, что-то в этом роде. Не говоря уже о том, что при должном уровне единения я смогу… по минимуму, конечно, но пользоваться твоей магией.

А вот это уже был интересный вариант, причём я о чём-то подобном даже не слышал.

— Но для этого нам с тобой нужно тренировать именно работу в контакте через вот этот орган, — указал Гор. — А пока у тебя для этого просто нет ни времени, ни подходящего объёма источника, чтобы не сдохнуть. Я всё понимаю, но именно поэтому не хочу запечатывания со стороны княгини.

— Понял, — медленно произнёс я, пытаясь на ходу осмыслить открывающиеся перспективы. — Значит, нам с тобой нужен полигон для тренировок.

— Для начала нужен рост объема твоего источника, иначе представь, сколько я буду жрать магии, если ещё и начну пользоваться оной. Всё это пойдёт исключительно из твоего резерва. Поэтому пока я бы не спешил с подобными тренировками, а использовал меня исключительно в безвыходных ситуациях, чем ты и занимаешься.

Удивительно здравомыслящая у меня оказалась химера, надо же. Даже размышляет логически, прекрасно осознавая все свои преимущества и недостатки.

— Но, ты уж появляйся почаще, а то как-то здесь грустно и скучно. Если бы не твои накопления и вовсе было бы одиноко. А так просто жутко местами.

— А жутко от чего?

— А ты бы посидел здесь, послушал, как шепчут по очереди то таблички, притащенные с Курил, то браслетик рядом с сердцем шепчет на неизвестном языке, то колечко, вон, отдельно лежащее, тоже не унимается. Я тебе хочу сказать, что браслетик и колечко на одном языке общаются, а таблички — на другом. И вот от этого всего начинает болеть голова. И это при том, что она-то у меня эфемерная. Так что ты уж приходи, развлекай периодически. Раньше ещё тень чьей-то души здесь являлась, но последние несколько дней не появляется. Совсем скучно стало.

— Понял тебя, — кивнул я. — Буду стараться приходить почаще, тем более что и с артефактами добытыми нужно когда-то разбираться. Но пока есть передышка, нужно закончить с делами там, в реале…

— Хорошее слово — «реал». А где же мы тогда с тобой находимся?

— А мы с тобой находимся в моём великом Ничто.

— Ну, не совсем уж и Ничто, если уж нас здесь собралось немало, — хмыкнул Гор. — Ладно, оставляй мороженое да иди хоть проспись, а то, судя по виду, давненько тебе отдыхать не приходилось.

Глава 5

Из двух дней без дворцовой службы как-то неожиданно остался всего один. На приёмку мастерской артефактов «Лунный свет», специализирующейся на бытовых артефактах класса «люкс», я взял с собой никого иного, как Юматова. Кому, как не ему, разбираться со всем этим хозяйством? Причём сам же Юматов взял с собой того самого племянника, которого я видел в их торговом представительстве, когда пришёл заказывать защитные контуры для усадьбы и поместья.

— Он у нас как раз специализируется на бытовом направлении, поэтому, если позволите, можно было бы поставить его здесь управляющим. И, поверьте, он вас не разочарует, — дал рекомендацию своему племяннику Юматов.

Мне в принципе было безразлично, лишь бы дело продолжало работать без сучка и задоринки. Поэтому я согласился и с подобной кандидатурой. Однако же вместе с самими артефакторами с нами отправилось несколько аудиторов, работавших до того в фирме «Юматов и Ко». Они должны были разобраться с ситуацией в бухгалтерии. Против этого я также не имел ничего против по той простой причине, что Леонтьев у нас до сих пор не вернулся с серебряных рудников за Уралом, а после этого должен был ещё раз слетать в Карелию и посмотреть, как обстоят дела на мраморных карьерах.

Мастерская по созданию бытовых артефактов располагалась в ремесленном квартале столицы. Туда мы отправились на химерах — так было гораздо быстрее, да и по небу добираться удобнее, чем толкаться в пробках.

Что меня удивило, так это то, что мануфактура сама по себе для подобных вещей — это всего лишь огромное трёхэтажное здание с цехами так называемой сборки, в которой ценность представляли не сами рабочие места (как и в случае с больницей), а именно специалисты. То есть, как и в случае с больницей, нам передали исключительно здание практически без работников, но вместе с обязательствами по поставке этих самых артефактов во дворец. И для полного счастья до отгрузки очередной партии оставалось не более недели.