Трудности перевода с драконьего - Ефиминюк Марина Владимировна - Страница 13

– Переведешь? – через паузу уронил он, бросив вкрадчивый взгляд.

– Нет.

Приглушенный свет сглаживал резковатые черты Зорна, и он казался необыкновенно привлекательным мужчиной. Почти книжным героем. Еще чуть-чуть и начну представлять его без одежды. Но в отличие от Тамары – будь она неладна, счастливица в крепких драконьих объятьях! – у меня в голове все-таки возникла здравая мысль, что с бренди без закуски пора притормозить. Иначе завтра невесту захотят из жалости отпеть по всем драконьим традициям, а не обвенчать…

– Пожалуй, пора расходиться, – заключила я.

Зорн пристроил почти опустевший бокал на столик и, поднявшись с дивана, протянул мне руку.

– Провожу тебя до покоев.

Крепко сжав его теплую сухую ладонь, я попыталась встать и немедленно поняла, что здравой мысли о бренди следовало прийти на полстакана раньше. Комната не просто закружилась перед глазами, а завернулась. Равновесие, видимо, осталось сидеть на диване, чтобы не обременять меня своим присутствием, и я налетела на Зорна. В самой нелепой позе уткнулась носом ему грудь и замерла, боясь пошевелиться. Владыка поддерживал меня за талию уверенными, как у книжных героев, руками. От него пахло восхитительным горьковатым одеколоном, мужским и взрослым.

– Знаешь… – пробормотала я, не дождавшись, когда кручение вокруг остановится. – Посидеть на дорожку – это хорошая примета. Давай не будем ей пренебрегать и сядем обратно.

Со смешком Зорн вернул меня диван, а сам отправился добывать воду из хрустального графина. Я пыталась держать глаза открытыми, но заснула быстрее, чем он добрался до столика.

Проснулась я от ощущения, что вокруг тепло и очень тесно. Сознание возвращалось медленно, через непотребную головую боль. Библиотека, диван, мягкая спинка, к которой прижимались лопатки… Владыка равнинных драконов, занимающий все оставшееся пространство. И его тяжелая рука, вольготно лежащая у меня на талии.

Он спал полусидя, дышал глубоко и ровно. Я осторожно приподнялась, прикидывая, как бы поизящнее переползти крупного мужчину, но от неудобной позы тело плохо слушалось. Любое движение отдавалось резкой болью в голове.

– Просчитываешь, как сбежать, не поздоровавшись? – Со сна Зорн говорил сиплым голосом.

– Нам пора жениться, – прошептала я.

– Рано. – Он не открыл глаза, только пальцы покрепче сжали мою талию, призывая не шевелиться. – Как ты себя чувствуешь?

– Как будто выпила на двоих с владыкой драконов графин бренди без закуски, – призналась я. – Напомни в следующий раз, что я резко против чрезмерных возлияний. А ты?

– Как будто меня перепила учительница иноземных языков, – отозвался он. – Напомни в следующий раз, что с тобой лучше пить безобидный морс.

Внезапно дверь распахнулась. В библиотеку, как оголтелый, ворвался Тиль.

– Кейрим, мне сказали, что ты с ночи не уходил из библиотеки! – возглас смотрителя замка взорвался в голове визгливым, дребезжащим звоном медных тарелок. – У нас проблема! Невеста пропала!

Никак от жуткого похмелья меня вдруг накрыла такая паника, словно в день свадьбы я оказалась застуканной не с женихом, а с совершенно посторонним мужчиной. Сама от себя не ожидая, я отпихнула Зорна. И помогла себе ногой! Возможно, сыграл эффект неожиданности, но владыка равнинных драконов действительно скатился с дивана. Однако падать один он не подумал и коварно утянул меня следом.

С тихим оханьем я придавила будущего мужа сверху, прижалась лбом к плечу и решительно замерла, как будто лишилась чувств. Помирать от стыда куда как приятнее на широкой мужской груди, нежели пытаясь спрятать голову под диванную подушку.

– Мой кейрим, проблема решилась, – в изумленной тишине заключил Тиль. – Невеста нашлась.

– Она не терялась, – хрипловато отозвался кейрим. – Иди.

Смотритель стремглав выскочил из кабинета и захлопнул за собой дверь.

– Эмилия, – тихо позвал Зорн, – хорошо лежим.

От осознания, что я ногой пнула целого драконьего кейрима на пол, хотелось помереть от конфуза. Не шелохнувшись, я продолжала притворяться обморочной.

– Но, может, поднимемся? – протянул он и весьма уверенно погладил меня ладонью по спине. – Эмилия? Сознание, что ли, потеряла?..

Он ловко перевернулся и, уложив меня на локоть, мягко похлопал по щеке.

– Кейрим, – громким шепотом позвал Тиль, видимо, чуток приоткрыв дверь, потому как по холодному полу заметно засквозило. – Забыл сказать, что через час прибывают южане…

– Тиль, немедленно позови лекаря! – с неожиданной властностью в голосе приказал Зорн. – Пусть принесут нюхательные соли.

– В обморок бухнулась?! Давайте водичкой попрыскаем! – всполошился услужливый смотритель. – Нам надо откачать невесту до венчания!

Согласна, венчаться с женщиной в обмороке невозможно, как ни извернись. Переполох намечался знатный. Даже значительный! Я поняла, что пора воскресать, пока на меня в лучших традициях институтов благородных девиц не выплеснули графин с водой, и открыла глаза.

– Не надо лекаря, меня уже попустило.

От изумления владыка выпустил меня из рук. Глядя снизу вверх, он ошарашенно следил, как помиравшая от похмелья невеста шустренько поднялась на ноги и оправила юбки.

– Встретимся во время брачного ритуала. Ты знаешь, где меня найти. – Я махнула рукой в качестве прощания. – Тиль, верните меня незаметно в покои.

До покоев снова добирались тайными коридорами, озаренными тусклыми светильниками. В них гулял злой сквозняк и от холодной пыли свербело в носу.

– Если вас интересует мое мнение… – внезапно захотел отчитать меня смотритель за «девичник» с владыкой.

– Не хочу показаться грубой, но не интересует, – сухо перебила я.

– Однако позвольте сказать! – возмутился он.

– Рейнин дворцовый смотритель, – резанув официозом, обратилась я, – знаете, чего мне сейчас больше всего хочется? Порошки от головной боли, супчик от похмелья и забыть напрочь последние полчаса жизни. Я никогда себя не вела, как круглая… дебютантка.

– Но спросить-то можно? – обиженно пожевав губами, насупился Тиль.

– Спрашивайте, – смилостивилась я.

– Эликсир вместо супчика пойдет?

Готова официально заявить, что бренди с закуской из эротических романов – первозданное зло, особенно накануне венчания. И хваленый эликсир, отчаянно пахнущий сельдереем, не помогал! Пока Ренисса укладывала мне волосы короной, я прихлебывала из чашки отвратительное темно-коричневое пойло и мелочно надеялась, что Зорну, встречающему владыку южных драконов Эсхарда Нордвея, не легче. Иначе выйдет несправедливо.

По древней, как леса Авиона, традиции свадебный обряд проводили на закате, а в полдень мне следовало встречать гостей в комнате невесты и дожидаться, когда появится жених. Только усилиями умелой горничной к нужному времени я превратилась из болезной хтони в человека.

Из высокого напольного зеркала на меня смотрела почти незнакомая женщина в красном свадебном наряде. На заколотых рыжих волосах поблескивал тонкий золотой венец, подведенные серебристо-угольной пудрой глаза казались больше, глянцево-блестящие губы – полнее. Следы похмелья исчезли, но намеки-то, что невеста по-прежнему не в себе, были… Я нещадно перемешивала рамейн и северный язык эсхирь.

– Добро пожаловать в Авион, Эмилия, – со вздохом пробормотала я, огладив бархатистый наряд, и кивнула горничной через зеркало: – Идем.

Воздух в комнате вздрогнул, хотя все окна были закрыты. Видимо, под действием магии Рениссы, двустворчатые двери начали торжественно открываться. В коридоре внезапно оказались гости из Талуссии, дожидавшиеся моего появления. Я слышала, что многочисленная делегация появилась с утра, но не ожидала обнаружить королевских посланцев, по большей части приехавших с женами, под дверью. Последние изучали меня с явным изумлением, видимо, мысленно сравнивая с добрачным портретом в галерее.