Трудности перевода с драконьего - Ефиминюк Марина Владимировна - Страница 12

Вообще-то, невесту до ритуала жениху тоже не показывали. Наверное, чтобы не присмотрелся напоследок и не передумал жениться. Владыка, хранитель варварских драконьих традиций, неукоснительно следовал этому правилу. В последний раз мы столкнулись в коридоре, когда я бесилась из-за портрета.

– Надо выпить что-то покрепче настойки боярышника, – мрачно призналась я, когда он устремил в меня вопросительный взгляд. – Заснуть не могу.

– Кофейного ликера по-прежнему нет.

– Я дозрела до презренного бренди.

– Нервничаешь перед свадьбой? – усмехнулся он и, поднявшись с дивана, плеснул в широкий бокал немного янтарного напитка.

– Риарды достали… – пробормотала я на родном языке.

Зорн замер и изогнул брови, видимо, требуя перевода.

– Нервничаю перед свадьбой, – соврала я. – Не верится, что выхожу замуж без шестилетней помолвки. Пусть и не по-настоящему.

Твердой рукой он щедро долил стакан до половины и, вернувшись, отдал мне. В крепких напитках я ровным счетом ничего не понимала, но с видом знатока понюхала бренди. Пахло, как и всегда, специфически, а первый глоток обжег.

Некоторое время мы молча тянули крепкий напиток.

– Почему я не замужем, мы знаем, но почему ты до сих пор был не женат? – спросила я у Зорна.

– Я планировал, – через паузу ответил он. – Думал, что этой осенью мне подберут невесту. В прошлом году сваха предлагала провести традиционный отбор невест.

– В процессе все передрались, и никто не выиграл? – полюбопытствовала я.

– Не согласился. Слишком многолюдно, – поморщившись, нехотя признался Зорн. – Всегда считал, что жениться надо или с холодным расчетом, или на женщине, которую хочется похитить на людной площади.

– Если подумать, так и вышло, но с нюансами, – развеселилась я. – Как ты позволил Ашеру стать послом?

– Он просил шанс проявить себя, – ответил владыка. – И его точно запомнили.

– Миссия выполнена, – не без иронии согласилась я. – С другой стороны, после того, как я уеду, никто не станет предлагать тебе отбор невест.

Мы переглянулись и чокнулись бокалами, хрусталь звякнул. Очередной глоток бренди дался проще. Я редко себе позволяла, что-то крепче кофейного ликера, и в теле уже появлялась приятная расслабленность. Надеюсь, спать буду как убитая, и меня не сможет разбудить ни один воющий за окном дракон.

Напиток в стакане постепенно заканчивался, разговор тоже иссяк. Рассказывать о себе владыка не хотел и отвечал неохотно, а обо мне он знал почти все из отчета сыщика.

– Еще бренди? – вдруг предложил Зорн.

Пока он наполнял бокалы, я изучила на столике возле дивана сложенные книги. Венчал стопочку любовный роман, один из тех, что хранились в дальнем шкафу.

– Читаешь романтические тексты? – полюбопытствовала я.

– Видел, как ты его смотрела, – пояснил Зорн, возвращаясь с бренди. – Не знал, что в моей библиотеке есть книги такого толка.

– Какого толка? – возмутилась я. – Между прочим, любовные романы несут вечное и прекрасное. И в них много глубоких мыслей про отношения!

– Да неужели? – Он уселся на диван со своей стороны и отдал мне напиток.

– Сколько пренебрежения в голосе, кейрим Зорн! – скривилась я.

– Я полистал эту книгу. – С насмешкой дракон поставил стакан на столик, взял книгу и, раскрыв на первой странице, прочитал мягким голосом: – Тамара таяла в объятиях владыки северных драконов…

Он одарил меня многозначительным взглядом.

– Почему ты так оскорбительно смотришь? – возмутилась я. – Книгу надо прочитать до финала, чтобы понять ее суть.

– Если ты скажешь, чему она учит, то признаюсь, что ошибался и прочитаю этот роман от корки до корки.

– Пф! – презрительно цыкнула я и, сделав глоток, скомандовала. – Подержи-ка мое бренди, владыка Зорн!

Мы поменялись. Он забрал мой бокал и отдал книгу. Раскрыв томик на первой попавшейся странице, я высокомерно спросила:

– Готов признавать ошибки?

– Легко, – с ухмылкой согласился Зорн.

В середине книги Тамара вновь таяла в объятиях северного дракона и сходила с ума в его сильных руках… Автор подчеркивал, что из головы у героини выветрились абсолютно все связные мысли. В общем, как-то не вовремя она решила ни о чем не думать.

Я бросила на Зорна быстрый взгляд. Живой и настоящий владыка, должно быть, с руками не менее сильными, чем у книжного, вопросительно изогнул брови. Глаза смеялись. Кашлянув, я предприняла вторую попытку и раскрыла книгу на другой главе.

И снова Тамара таяла. Не здравомыслящая женщина, а какое-то мороженое в креманке, честное слово! Дракон нежно целовал ее обнаженное плечо… Они очередной раз занимались тем самым нетривиальным делом, о котором в приличном обществе не говорили вслух. И тем более вслух не зачитывали отрывки даже на родолесском, языке ругательств и пошлых текстов!

– Как успехи? – издеваясь, уточнил Зорн.

– Нормально. – Я забрала у него стакан, сделала глубокий глоток и вернула. – Дадим Тамаре еще один шанс. Она непременно скажет что-то мудрое.

Однако та решительно не желала нести в мир вечное и прекрасное. Тамаре вообще было не до разговоров. Прижатая драконом к шелковым простыням, она чувственно постанывала! В принципе я героиню понимала. Зачем думать умные мысли, если в жизни происходит столько интересного?

– А знаешь… нам нужна другая книга. – Я закрыла томик, шустро поднялась и внезапно поняла, что захмелела сильнее, чем казалось сидя на диване. Пол под ногами зашатался, как корабельная палуба, а шкафы поплыли сначала влево, потом вправо. Пришлось поморгать.

– Все в порядке? – спросил Зорн.

– Мы пьем родолесский бренди, – фыркнула я. – Конечно, у меня все в порядке. Лучше не придумаешь.

До шкафа я шагала уверенной походкой, всего лишь один раз споткнулась. О диван. И едва не вошла лбом в шкаф, но до нужных книг добралась. С серьезным видом принялась их перебирать и выбрала роман с самым безобидным названием.

– Готов? – повернулась к Зорну и потрясла томиком. – После этой книги твоя жизнь не будет прежней.

– Уже предвкушаю, – хмыкнул он и, блеснув глазами, сделал очередной глоток.

Обратный путь к дивану почему-то оказался полон опасностей и сюрпризов. По дороге к шкафу я как-то не заметила на пути ниоткуда взявшуюся тумбочку, а она-то меня поджидала! Еле разошлись. К счастью, Зорн посчитал, что низко комментировать хаотичные перемещения будущей жены в пространстве.

– Ну что ж… – Я раскрыла книгу и заскользила взглядом по строчкам.

Чтение, признаться, пробуксовывало. Видимо, не стоило запивать текст бренди. Герои нового романа между тем вели себя ничуть не лучше предыдущих и в каждой главе предавались веселому разврату. Казалось, то самое действо двигало весь сюжет к финалу, героев – к светлому будущему, а меня – к проигрышу в споре. Как про Тамару опять читала, но она взяла псевдоним и назвалась Альвией.

– О, нашла! – восхитилась я и, откашлявшись, с выражением почитала: – Вокруг разливалась ночь, полная звезд и шепота листьев, но для Альвии существовал только он – дракон. Она стянула через голову кружевную сорочку и обнаженная… Кхм, а начиналось все неплохо.

Я покосилась на Зорна. Он ответил взглядом из-под бровей и вкрадчиво спросил:

– Ты знаешь нэрийский?

– Как ты догадался? – удивилась я. – Никогда не упоминаю его в резюме. Учила по романам и не сдавала экзамен на знание языка.

Владыка кивнул на книгу. Я с недоумением проверила обложку… Название «Единственная любовь дракона» было написано на языке маленького островного королевства, в котором каждые десять лет происходили землетрясения. Надо же было так набраться бренди, чтобы не заметить, на каком языке читаешь!

– А я-то думаю, почему туго идет? – протянула я. – И ты не говоришь на нэрийском?

– Ни слова не понимаю, – подтвердил Зорн.

– И даже то, что я тебе с таким чувством зачитала?

Он покачал головой.

– Жаль, – с фальшивой печалью вздохнула я. – Книга берет за душу! Столько философских мыслей! Кладезь прекрасного и вечного! Искренне рекомендую к прочтению. Когда, конечно, выучишь нэрийский.