После развода в 40. Между нами твоя истинная (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 39

— Лорд… я… я всё скажу… только не отсылайте.

Я смотрел сверху вниз, молча, тяжело дыша. И тут заметил как, её волосы начали еще больше темнеть, а кожа посерела. Она не замечала. Была слишком напугана.

Поймал себя на том, что вижу перед собой не простую служанку. Сандра подняла голову — глаза блестели влагой, но зрачки на миг стали узкими, вытянутыми.

В ней определенно присутствовала кровь фейри.

— Говори, — процедил я.

Она закивала так резко, что слёзы брызнули на пол.

— Орелия… — судорожный вдох. — Орелия заказала…

Бывшая жена задергалась в путах. Но я лишь затянул их еще крепче. Она мычала и зло сверкала глазами.

— Продолжай, — приказал я.

— Она… она наняла наёмников! — выкрикнула, почти сорвав голос. — После того как узнала, что вы… что вы не любите её… Она велела мне передать записку… тем людям… туда, в нижний город… чтобы они поймали… и убили… Кристину…

У меня кровь застучала в висках. На миг я потерял способность видеть и чувствовать. Я не мог поверить в это и вместе с тем, ощущал, что Сандра говорит правду. Жестокую. Смертельную.

— Что ещё? — голос мой стал тише и страшнее.

Сандра всхлипнула:

— Она… она посылала меня за зельями… не один раз… Я… я думала, что это просто чтобы вы были… ближе… Но она… Она… — Сандра испуганно отшатнулась. — Она хотела, чтобы ваш дракон… подчинился!.. Чтобы вы перестали… любить свою первую жену!.. Чтобы… чтобы вы принадлежали только ей!

Я медленно повернулся к Орелии.

Она извивалась, ярость кипела в глазах.

Я подошел, протянул руку, сорвал листья с её губ. Она судорожно втянула воздух, закашлялась.

Я посмотрел ей прямо в глаза.

— Это правда?

И в комнате повисла оглушающая тишина. Орелия сглотнула, лицо её стало белым как полотно.

— Э-это… это не я… — заикаясь, выдавила она. — Это Сандра… она меня надоумила!.. Я… просто поддалась. Испугалась.

Она тряслась так, что зубы стучали.

— Сандра сказала… что без этого… без этого у меня не будет спокойной жизни! Что меня… меня ненавидит твоя мать! Что Кристина всё равно… отберёт тебя у меня… что… что я останусь ни с чем! — голос сорвался, стал визгливее и тоньше. — Она сказала, что знает людей! Что… что у неё есть связи! Что всё будет сделано… тихо… аккуратно! Я… я была в панике! Я была беременна! Мне было страшно!..

Орелия продолжала:

— Я… я думала, что… что это просто зелье! Просто чтобы ты… ну… чтобы ты был ближе! Сандра сказала, что так делают… влюбленные… много… много пар так делают! Я… я ничего не знала!

Сандра резко вскинула голову, глаза расширились.

— Ложь! — выкрикнула она. — Она сама всего этого хотела! Это она сказала, что Кристина мешает! Что нужно избавиться! Это она!

— Ты врёшь! — завизжала Орелия, захлёбываясь слезами и страхом. — Это ты меня надоумила! Ты! Ты всё придумала! Я не знала, что делать! Ты говорила, что если Арден так и будет ходить к первой жене — я стану посмешищем при дворе! Потому что я еще была не в браке! Что мне поможет… фаворитка Арвана Первого!

Она осеклась, дрожь прошила её тело. Сандра подалась вперёд, вскрикнула:

— Это из-за Орелии вас женили. Она связалась с Ливианой Мейр, чтобы та посодействовала и подговорила Арвана Первого, чтобы тот надавил на вас и заставил жениться! Она напоила вас вновь, а когда вышел на поверхность ваш дракон, то быстро сыграли свадьбу.

Орелия сорвалась в истерический визг:

— Ты меня надоумила! Ты! Ты! Если б не ты — ничего этого не было бы! Ничего!

Обе хрипели, перебивая друг друга, как две панически кричащие птицы, попавшие в ловушку.

Внутри меня разливалась ледяная бездна. Я поднял руку и обе мгновенно замолчали — не потому что я приказал голосом. Потому что магия земли вырвалась из пола, из стен — и сжала их, сделала невозможным для них даже вдохнуть, не то что выкрикнуть очередную ложь.

Мой вердикт был прежним. Виноваты обе.

Листья закрыли рот Орелии снова. Сандру — окутали лозы, обвив руки, ноги, талию.

Наконец-то наступила тишина.

Я стоял, сжав зубы, чувствуя, как под кожей растёт опасная дрожь — магия бурлила во мне. Я был на волоске. Лишь шаг отделял меня от полного, кровавого срыва.

Я почувствовал руку на своём плече.

— Арден, — тихо сказала Сиятельная Тьма, и её голос, мягкий как перо, прошёл сквозь меня, удержав от последнего шага. — Хватит.

Мать и бабушка стояли позади неё — бледные, напуганные, вцепившиеся в стены, не смея двинуться. Они впервые видели меня таким.

Я глубоко вдохнул. И понял: ещё секунда — и я убил бы обеих.

Сиятельная Тьма слегка сжала моё плечо.

— Ты на грани, Арден, — прошептала она. — Но грань ещё не перейдена. Запомни это свое состояние и не переходи черту.

Я поднял голову. Посмотрел на двух женщин, извивающихся в лозах.

— Сиятельная Тьма, прошу! Помогите! Я ведь вам служила-а-а-а! — вдруг завыла Сандра.

Я перевёл взгляд на неё, но по лицу Сиятельной Тьмы невозможно было понять ничего. Она была словно восковая маска — застывшая и отстранённая. Она просто смотрела на Сандру и продолжала сжимать моё плечо.

А потом она заговорила своим мелодичным, таким нечеловеческим голосом. И каждое ее слово выбивало воздух из моих легких.

Глава 46

— Знаешь, в чём настоящая разница между нами? В том, что я и есть фейри Неблагого Двора. А ты лишь мнила себя фейри. Я так много раз говорила тебе: мало иметь кровь в венах — нужно понимать саму суть нашей магии и жизни. Если фейри делает другому зло, мерзость, подлость, преподаёт урок или любое действие, он всегда будет готов ответить за это. Он признает это открыто, в лицо тому, кто спросит. Всегда. Это непреложный закон. И никогда истинная фейри не станет делать то, за что она не сможет ответить.

— Это ты мне сказала, что её нужно проверить рябиной, — заверещала Сандра.

Кого ее? Я пока не понимал…

— Потому что я проверяла её силу, — Сиятельная Тьма не шелохнулась. Её голос оставался ровным, холодным, почти бесстрастным.

— И я говорила тебе, Сандра: обрати внимание, чем больше рябины, тем сильнее её сила. Но ты вошла в раж. Ты не могла остановиться, потому что почувствовала своё превосходство над ней, почувствовала её слабость… и начала измываться. Тебе было приятно, правда? Ты получала удовольствие от своих приказов.

Она слегка наклонила голову, как судья, выносящий приговор.

— Но сила дана не для этого. Ты слишком легко теряешь голову от ощущения власти. Ты не контролируешь себя. Ты не управляешь магией — ты ей подчиняешься. И именно поэтому ты никогда не станешь сильнее, чем есть. Ты не готова к силе. Ты не готова к ответственности. Ты — лишь тень, дитя.

Сиятельная Тьма медленно выдохнула:

— И ты провалила свою проверку. И вот тебе ещё один урок. Как думаешь, насколько она сильна?

Она щёлкнула пальцами и гроздь рябины появилась у неё в ладони, словно из воздуха. Сиятельная Тьма сжала её, ягоды брызнули соком, обожгли ей кожу, но она даже не поморщилась, лишь холодно и мрачно произнесла:

— Твой уровень силы — это жалкая гроздь рябины, — запахло обожжённой плотью и горечью ягод. — Вы, полукровки, думаете, что сила — это то, что поможет утвердиться вам над другими. Но сила фейри — не в капризах. И не в жалких попытках казаться кем-то большим, чем ты есть. Сила фейри — в открытой ответственности.

Мы можем быть жестоки.

Мы можем быть милосердны.

Мы можем ломать, можем спасать, можем давать жизнь и отбирать её так же легко, как вы — делаете вдох.

Но мы никогда не отрекаемся от того, что сделали, не перекладываем ответственность. Слышишь, Сандра?

Я видела, как ты пыталась копировать манеру, жесты, интонации фейри, сама себя причислила к Неблагому Двору, лишь бы кому-то казаться «особенной». Но ты забыла самое главное — быть фейри значит быть честной перед своей собственной магией. И если ты наносишь удар — ты стоишь ровно там, где тебя найдёт возмездие. Ты не прячешься за чужими юбками. Не прячешься за чужими приказами. Тебе был дан мной выбор, и ты сделала его.