Геном хищника. Книга седьмая (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 52

Половина лица у него была в крови, лоб рассечён, а через порванную щеку светились белые зубы. Левый глаз вытек, но в правом ненависти и жажды моей крови было за двоих. Он зарычал, булькая пузырящейся слюной, и набросился на меня с удвоенной скоростью. С ударом ножом промазал, но и мою контратаку отбил, вцепившись мне в руку. А зубами пытаясь вгрызться в мою шею. И будто сильнее стал в несколько раз, как раненый зверь, загнанный в угол. Будто какой-то режим берсерка активировал.

Пришлось и мне бить его быстрее. Он давил и тянулся, а я печатал «Стальной костью» короткими, прямыми в челюсть в надежде выбить ему зубы, прежде чем он прокусит мне артерию. Хер там плавал!

А вот мы — да!

Камни нас уже не держали, пара толчков с рывками и мы оба улетели в воду. Но даже с головой не ушли. Только я ушёл, грохнувшись спиной на большой плоский камень, спрятанный под водой. Я не успел вдохнуть, а те остатки воздуха, что были в лёгких, взрывом пузырей наполнили воду в момент удара. Сверху навалился «Волк», залив меня кровью, когда я вынырнул. Большой нож он выронил, когда получил электрошокером, но малым сейчас активно пытался пробить мою броню, а потом и воткнуть его мне в шею. Неожиданно при его комплекции он оказался очень тяжёлым. Только я вынырнул первый раз, как сразу пришлось нырять уже самому, чтобы разминуться с лезвием ножа.

Новый замах, который я успел только перехватить, выставив руки перед собой, и «Волк» начал давить, пытаясь протолкнуть нож к моему кадыку. А я давить в ответ — скрестил руки, напрягая мышцы и с трудом, но удерживая лезвие всего в нескольких сантиметрах. Расстояние постепенно сокращалось. Столько раз выручавшая меня дыхалка, вдруг решила, что на этот раз хватит. А «Волк» продолжал давить, подключив неизвестную ауру, которая будто бы делала его всё тяжелей и тяжелей.

Сквозь воду, взбаламученную ножом и нашими руками, я видел только один горящий ледяной ненавистью глаз. Чёрт! Совершенно не хочу, чтобы это было последнее, что я увижу!

Лезвие уже коснулось моей шеи, надрезав кожу, но мне и одного глаза хватило для мотивации. Ещё и шакрас помог. Ну или мне просто хотелось в это поверить, нашлась где-то последняя капелька второго дыхания, чудесным образом обогатившая кислородом нервы, а не ударили по мышцам или ещё куда-то, но там чуть-чуть, здесь чуть-чуть, бабка за дедку, дедка за репку, и я рванулся навстречу давлению, выкручивая клинок в сторону и сталкивая туда же Олафа.

Мы перекрутились, и теперь я уже оказался сверху, а «Волк» под водой. Пошли кровавые пузыри, бурление и попытки ши-тау вырваться из лап шакраса. Убийственно мощные попытки, но встретившие отпор на том же уровне. Глотнув вместе с водой и прилично воздуха, обратно я уже не хотел. Выключилась аура «Волка», вернув мне силы. А, может, это просто близость победы и нахлынувший безлимитный кислород, которого хватит и на второе, и на третье дыхание! В борьбе мы перекрутились, и теперь я давил ему в грудь его же ножом. Медленно, через сопротивление пропихивал острый кончик прямо в проплешины на чешуе.

Уткнулся в преграду и, быстро перехватившись, кулаком ударил по рукоятке. И снова навалился, чувствуя, как острое лезвие раздвигает мышцы. И хоть до сердца не достану, но «Волк» с этого камня уже больше не всплывёт. Ещё чуть-чуть, ещё буквально один удар по рукоятке, чтобы вбить уже этот чёртов гвоздь в эту чёртову водную могилу!

Я вырвал руку из слабеющих пальцев Олафа, замахнулся…

И тут меня будто клюнуло в пятую точку, а в голове набатом забило давно забытое: ВОЗДУХ!

К счастью, я не даже задуматься не успел, что за херня твориться, и кто орёт в моей голове — тело отреагировало само, бросив меня в сторону. Я свалился и с Олафа, и с камня, уйдя под воду, и в этот же момент на воду будто бы плашмя бетонную плиту сбросили. Меня пулей вдавило в дно, и совсем рядом с головой будто два гарпуна воткнулись. Поскребли по песку и также быстро выскочили из воды.

Я дёрнулся в сторону и перевернулся, моментально активируя маскировку. Вцепился в толстый корень какой-то подводной лианы, чтобы не всплыть раньше времени, и замер. Попытался разглядеть, что за хрень появилась там на поверхности, но разглядел только длинную тень с большой головой. При всей прозрачности воды искажения были жуткими, словно по поверхности идёт рябь, которую чуть ли не вертолётом нагоняют. А потом я понял, кто это. Мысленно дорисовал длинной тени по два сетчатых прозрачных крыла по бокам и также мысленно поприветствовал меганерву.

Коза, блин, стрекоза! Знаю, что сам хотел её найти, но что же они все так не вовремя-то!

Глава 25

Подтягиваясь по стеблям подводной живности, перебрался за большой камень. Оттолкнулся от него и проплыл под водой в сторону берега и снова притаился между камнями. Надо было выдохнуть, фигурально выражаясь, и понять, что вообще происходит, и что делать дальше.

Давление на воду не ослабевало, я даже засомневался, что смогу всплыть, если захочу. Пришлось проползти по дну ещё несколько метров до последнего камня, который использовали в роли опору для моста. Там стало глубже и чуть посвободнее. Обойдя его, я всё-таки решился посмотреть, кто там такой борзый к нам пожаловал и прервал нашу дуэль. Я чуть-чуть не додавил «Волка», но, может, хоть меганерва закончила начатое.

Выпустил над водой свои перископы, то есть всплыл примерно по нос и осторожно выглянул из-за камня. Стрекоза… Стрекозище… Алый шипобрюх по сравнению с этим летающим фонарным столбом сейчас показался мне игрушечным. Пусть большим, но всё равно каким-то детским.

Здесь же реально был какой-то вертолёт с размахом крыльев под четыре метра. Если одно такое оторвать, то его одновременно можно и в роли простыни, и вместо пододеяльника использовать. Постелил, улёгся, укрылся и спи себе в тепле и уюте. С пропорциями и хоть какой-то мало-мальской красотой природа не заморачивалась. Тонкое составное тело, похожее на мою телескопическую дубинку. На конце — острое копьё, спереди — бочонок, заменяющий монстру тело. А на бочонке ещё три шарика: пасть по центру, и сетчатые глаза по бокам.

Пасть сейчас была прикрыта, так что чем меганерва отрывает головы было не видно, а вот шесть лап, которые сейчас были поджаты к телу (те самые «гарпуны») спокойно могли и как проткнуть, так и отсечь любую часть тела. Гладкие с внешней стороны, и утыканные шипами с другой стороны — таким если погладить, то не факт, что у хирурга ниток хватит, чтобы след от касания зашить. Сейчас они были сложены и напоминали лапки богомолов, но скорость и длина, на которую они могли раскрыться, я уже наблюдал. Больше не хочу.

Честно говоря, я рассчитывал увидеть, как меганерва догрызает холодное тело «Волка», проткнув его этими жуткими гарпунами. Или, например, просто проткнув, потяжелела и идёт на взлёт, чтобы полакомиться им где-нибудь у себя дома. Но не увидел ни первого, ни второго, ни даже тела Олафа. «Волк» исчез. И можно было понадеяться, что свалился с камня и утонул, но кровавые следы на берегу и свежий пролом в листве говорили о том, что он успел сбежать. Раненый, дырощекий и одноглазый, но всё ещё живой.

Живучий гад, и, к гадалке не ходи, обидчивый. Ещё и чей-то сын с кучей братьев. Эх, надо вспомнить, какие звери самые дружелюбные и подселить к себе геном, а то навык по заведению друзей у меня на антинулевом уровне. Даже с чувством стрекозиного роя меганерва не ведёт себя так, будто мы с ней хотя бы приятели.

Монстрокоза словно прочитала мои мысли, в сетчатом глазе, будто пиксели перестроились, переложив фасеты в мою сторону. Щёлкнула пасть, и послышалось то ли хриплое дыхание, то ли астматический свист. Когда морда монстра, а за ним и всё тело развернулись на меня, я уже снова ушёл под воду. В другой ситуации можно было просто переждать под водой, а потом спокойно забрать оружие и бежать за аномалокарисами или догонять «Волка». Но меганерва мне была даже нужнее, вот только оружие на берегу, телескопическая дубинка где-то на дне, и в наличии только «Перо» и голые руки…