Я вернулась, чтобы сжечь его дом (СИ) - Сторбаш Н.В. - Страница 47

Лавка, на удивление, была открыта, и дети Хо вышли навстречу, чтобы поприветствовать нас. Мама кивнула им и спросила, как дела у управляющего Хо.

— Сейчас его осматривает лекарь, — ответил сын Хо, имя которого я, конечно, не помнила. — Прошу госпожу Ли и юную госпожу Ли подождать немного в лавке, пока господин лекарь не закончит.

— Я привезла нашего лекаря. Пусть он тоже взглянет на управляющего Хо. Два лекаря лучше одного.

— Благодарю госпожу Ли за заботу об отце, — поклонился юноша. — Сюин, проведи господина лекаря в комнату отца.

Девушка вежливо поклонилась и увела нашего лекаря, а мы вошли в лавку. Я была тут прежде всего раза два или три, еще до свадьбы с Сюэ, и уже плохо помнила обстановку. С порога я ощутила приятный запах древесного ладана из курильницы в дальнем углу лавки, а еще запах камфорного дерева и едва уловимый горьковатый аромат лака.

Из забранных бумагой окон струился теплый рассеянный свет. На полках вдоль стен лежали наши лакированные товары: шкатулки, гребни, чаши для вина. Самые лучшие и дорогие шкатулки с драгоценной инкрустацией были расставлены по одной на небольших столиках, чтобы покупатели могли спокойно рассмотреть их с разных сторон. Неподалеку от двери висел свиток с изысканной каллиграфией и табличка, на которой было сказано, что эта лавка принадлежит господину Ли, правому министру императора.

В глубине лавки я приметила диванчик, низенький столик и несколько стульев. Там уважаемые покупатели за чашкой чая могли заказать особого товара согласно своим требованиям. Наши мастера делали шкатулки любого размера, цвета и под любые нужды: для украшений, для хранения дорогого чая, для печати, свитка и так далее. Часто их заказывали для оформления подарка, и не раз случалось, что шкатулка стоила ничуть не меньше своего содержимого.

Сын дяди Хо предложил нам чай, но мама отказалась. Она заметно нервничала. Я же внимательно осматривала шкатулки. Каких там только не было! Черно-золотые для мужчин, киноварно-золотые для женских покоев, сандаловые, кипарисовые, обтянутые изнутри кожей или блестящим шелком, с инкрустацией малахитом, яшмой, крыльями жуков-златок и морскими раковинами. Шкатулки в виде спящего цилиня, лотосового бутона и восьмигранные с изображениями мудрецов. Простые и со множеством тайников, без замка и с хитроумными скрытыми запорами. Некоторые хотелось просто рассматривать, к другим руки сами тянулись, чтобы коснуться переливающегося на свету лака, с третьими хотелось повозиться и разгадать секрет их замка. Завораживающее место.

— А где шкатулки с небесной глазурью? — спросила я негромко.

Юноша тут же поспешил ко мне и уточнил:

— Что именно юная госпожа Ли подразумевает под небесной глазурью? У нас есть шкатулки голубого цвета, в точности как небо ясным летним днем.

— Разве ты не знаешь о небесной глазури? — удивилась я.

— Прошу прощения, этот недостойный, может, и не ведает обо всех видах глазури в мире, но знает все покрытия для шкатулок, что продаются в Линьцзин.

Я покопалась в памяти и выудила нужное имя:

— Небесная глазурь, изобретенная господином Яо Пэном? Неужели не слышал?

— Этот недостойный боится посрамить имя своего отца, но не смеет лгать. Этот недостойный никогда прежде не слышал о господине Яо Пэне. Если только… — юноша задумался, — если только юная госпожа Ли не имеет в виду сумасброда Яо Пэна, который часто пропадает в горах. Наша лавка когда-то закупала у него лак, но после срыва нескольких поставок отец отказался от сотрудничества с ним.

— Ты знаешь, где живет господин Яо Пэн? — резко спросила я.

— Конечно. Этот недостойный не раз ходил к нему вместе с отцом.

— Ты должен подружиться с ним! — велела я. — Приходи к нему, приноси угощения, беседуй, пои чаем. Это мое поручение для тебя лично. Если справишься, поднимешься едва ли не до положения своего отца.

Юноша удивленно уставился на меня. Я понимала его сомнения. Пусть я и дочь господина его отца, но я девушка, причем младше его самого. Я не знала, что господин Яо Пэн когда-то считался сумасбродом, но нельзя было отказываться от такой возможности.

— Я не хочу тревожить твоего отца столь мелкими поручениями, — добавила я. — Но если ты считаешь, что не справишься, тогда я найду кого-то другого…

— Этот недостойный не смеет отказать юной госпоже Ли и обязательно выполнит ее пожелание. Только… как долго мне нужно навещать Яо Пэна?

— Ты сам поймешь. Просто будь рядом с ним, сделай так, чтобы он считал тебя другом. Также, если ему потребуются денежные вложения, отдай столько, сколько он попросит. Без расписки! Это должно выглядеть как дружеская помощь, а не заем ростовщика. Если дядя Хо не даст нужную сумму, приди в поместье Ли и поговори со мной или дядей Чжоу. Если сделаешь всё, как надо, твои старания окупятся многократно.

После упоминания денег сын Хо наконец отнесся к моим словам серьезно, слушал, кивал и пообещал, что не подведет меня.

— Госпожа Ли, юная госпожа Ли, теперь можете подняться к управляющему Хо, — сказал наш лекарь, спускаясь со второго яруса.

И мы с мамой поспешили наверх.

Глава 29

Перед дверью в комнату дяди Хо мама остановилась:

— Лань-Лань, останься здесь. Вид израненного человека может напугать тебя.

— Зачем тогда было выходить из дома? Я пойду!

Я видела гибель отца. Может ли что-то быть еще страшнее?

Большой медведь Хо лежал на кровати, накрытый толстым одеялом, рядом хлопотала жена Хо. Незнакомый мужчина, скорее всего, городской лекарь в углу комнаты смешивал толченые травы. Лицо дяди Хо выглядело опухшим и темным, глаза заплыли, нижняя губа раздулась и кровоточила, жена время от времени промакивала кровь.

— Госпожа Ли, — прогудел управляющий, — я побеспокоил госпожу.

Он странно шепелявил, и я поняла, что, помимо всего прочего, дяде Хо выбили несколько зубов. Что за жестокие люди на него напали?

— Как же так, управляющий Хо? — расстроенно покачала головой мама. — Мой муж не раз предлагал взять охранника из нашего поместья.

— Этот недостойный — всего лишь простолюдин, — пробормотал Хо, едва шевеля разбитыми губами.

— Неправда, — резко сказала я. — Дядя Хо не обычный простолюдин, а управляющий делами правого министра. Вот уж не думала, что дядя Хо так легкомысленно относится к своей работе. Пожалуй, отцу стоит поискать другого управляющего. Дядя Хо смотрит слишком узко и не видит всей картины.

— Лань-Лань! — ахнула мама. — Управляющий Хо сейчас ранен. Как можно так говорить?

— Разве я не права? Разве не дядя Хо сообщил, что началась торговая война? Дядя Хо должен был позаботиться о своей безопасности! Если не ради себя самого, так хотя бы ради семьи Ли! Сейчас в Линьцзин нет отца, так еще и один из самых важных его помощников ранен. Как же это безответственно! Кто теперь позаботится о наших делах?

— Прошу нас простить. Слова моей дочери несколько резки, но в них есть доля правды.

Жена Хо злобно посмотрела на меня. Она бы уже давно вытолкала нас из комнаты, но боялась последствий для семьи.

— Хо-хо-хо, — прохрипел Большой медведь с постели, — маленькая Ялань такая суровая. Вся в отца. Был со мной охранник. Не из поместья Ли, но неплохой. Сбежал.

— Господин лекарь! — я отвернулась от дяди Хо. — Что с управляющим? Долго он пролежит в кровати? Будут ли последствия?

Мужчина в углу вздрогнул и чуть не рассыпал смесь. Кажется, городской лекарь не привык видеть столь высокопоставленных господ.

— У господина Хо повреждения костей и мышц, застой крови в пояснице и потрясение духа. Я готовлю отвар для оживления крови и устранения застоя, также полагаю необходимым приложить повязку с травами…

— Господин лекарь, я не так много понимаю в медицине, поэтому вверяю жизнь управляющего в твои руки. Не скупись на травы и лучшие отвары, семья Ли заплатит за лечение.