"Фантастика 2025-195". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Тарасенко Вадим Витальевич - Страница 189

"На Кавказе не только кухня обжигает", — мужчина не мог отвести взгляда от стоящей перед ним на коленях обнаженной молодой, на вид ни как не больше восемнадцати лет, девушки.

— А ты почему не ешь?

И вновь Камилла взяла самый маленький кусочек мяса, заев его одной «пампушкой», а потом, дождавшись, когда Кедров доест, в грациозном поклоне взяла у него поднос и унесла на кухню.

— Ну и что дальше будем делать? — спросил Андрей вернувшуюся из кухни девушку.

— Ты хочешь меня прогнать?

— Зачем бы я тогда тебя забирал из медсанчасти?

— Чтобы добиться своего, — Камилла вновь села перед ним на колени, положив руки на его колени.

"Европейка так бы не сделала. Не села бы обнаженной на колени перед мужчиной. С этим равноправием полов мы кое-что потеряли. По крайней мере, вот такие прекрасные минуты, когда ощущаешь себя настоящим мужчиной, хозяином".

— Хорошо. Тогда теперь я предпочитаю каждую ночь добиваться своего.

В черных глазах дагестанки мелькнул озорной огонек.

— Добивайся.

И вновь обжигающая страсть обвила Андрея со всех сторон, погружая его целиком в горячий мир чувственных наслаждений…

На службе майор Кедров появился через три дня, с блеском в глазах и темными небольшими мешками под ними. И только стоя на плацу, глядя на выстроившуюся перед ним роту, он вдруг поймал себя на мысли, что ни разу за эти фантастические дни и ночи не вспомнил о поврежденной ноге.

"Как Лю вылечила", — хмыкнул офицер.

— Рота! Повзводно! На полигон бегом марш!

Глава 10

Пронизывающий ветер пробирал, что называется до костей.

"Вот тебе и Кавказ — вино, море, шашлыки. Да нет, шашлыки у нас будут, только есть их не захочется", — Андрей еще раз посмотрел в бинокль на возвышающийся в метрах ста перед ним некрутой склон горы.

Цумадинский район Дагестана на границе с Чечней. Ноябрь месяц.

Склон как склон, но командир роты знал, вон там, около валуна и двух небольших сосенок находиться схрон. Агентурная разведка сработала безукоризненно — точно указала его координаты. На фотографиях, переданных майору Андрею Кедрову, все выглядело именно так, как и сейчас. Валун серого цвета с глубокой трещиной посередине. Около него, выше по склону небольшой, с полметра округлый камень такого же цвета. Именно он являлся входом в схрон.

Но не схрон был главной целью спецназовцев. По тем же агентурным данным в скором времени к нему должна была подойти банда Гурама. Приказ был лаконичен — банду уничтожить. По возможности захватить Гурама и других боевиков живыми.

"Вот именно, по возможности", — Андрей решил сразу, жизнями своих ребят он рисковать не будет. Ни при каких условиях.

Командир роты решил подпустить боевиков к схрону, дождаться, когда они его откроют, а потом без всякого предупреждения открыть массированный огонь на поражения из всех видов оружия. И бить до тех пор, пока не начнут поднимать руки.

"А не начнут, тем хуже для них. Никакого физического контакта с боевиками, только огневой".

И именно поэтому комроты решил не окружать схрон, чтобы пришедшие боевики оказались в кольце. Во время боя те наверняка куда-нибудь рванут, пытаясь выйти из кольца. А значит выйдут на кого-нибудь из спецназовцев. Нет, массированный огонь и последующее преследование без прекращения огня. Боеприпасов не жалеть, сейчас их в России много!

Вот только формулировка "в скором времени" настораживала. Сколько это "в скором времени"? По крайней мере, двое суток она превышала — именно столько рота Андрея Кедрова находилась в засаде. Двое суток на пронизывающем ветру при температуре два-три градуса тепла днем и минус пять — восемь ночью. Плюс высокая влажность. И при этом никакого костра, а, следовательно, горячей пищи. Да и особо не подвигаешься для согрева.

"Сейчас ребята уже сморкаются. Скоро начнут кашлять. Какая уж тут скрытность. Еще сутки и я потребую окончания операции или пусть шлют замену" — Андрей невольно скосил глаза на спецназовца с рацией, лежащего рядом с ним. — Командование, конечно, скривиться, но, ничего, как-нибудь переживу. В первый раз, что ли", — И Андрей вновь посмотрел на рацию.

Тогда он тоже смотрел на рацию, точнее на кнопку включения ближней космической связи. Мнемы свою задачу выполнили на пять — вынырнули из гипера в каких-то двадцати тысячах километрах от Земли.

— Надеюсь, дальнейший путь для тебя труда не составит, фролы хорошо учат в своей Военно-Космической академии, — Лю улыбнулся.

— Не составит!

— Счастливо добраться, а главное, счастливо вновь прижиться на Земле, — мнем внимательно посмотрел в глаза землянину, пытаясь понять, как тот воспринял это "счастливо вновь прижиться на Земле".

— Не волнуйся, Лю, приживусь. Недаром у меня прозвище Волк.

— Я знаю.

— Прощай, Лю! Спасибо тебе за все, что ты для меня сделал.

— До свидания! — ответил мнем и крепко, по земному пожал Андрею руку.

Через полчаса мнемов уже не было. Их звездолет "без всплеска" — рентгеновской вспышки, которая всегда сопровождает гиперпространственные переходы звездолетов челов, кроков и фролов, нырнул за изнанку Вселенной.

"Что ж, пора, — Кедров привычно ударил по нескольким клавишам бортового компьютера десантного бота, чтобы заставить того рассчитать траекторию до Земли.

Экран монитора осветился синим цветом и тут Андрей увидел последний подарок Лю — все необходимые расчеты уже были сделаны и загружены в память компьютера.

"Спасибо, Лю, спасибо друг, — землянин улыбнулся и его палец лег на большую зеленую кнопку включения гиперпространственного двигателя.

Конечно, на тяжелом десантном боте гиперпространственный двигатель был слабеньким по сравнения с монстрами, стоящими на настоящих звездолетах. Но пару световых минут на нем преодолеть было можно. А двадцать тысяч километров — это вообще было чуть больше пяти сотых световой секунды. И не заметишь гиперпространственного перехода. Раз, и ты уже на орбите Земли.

Можно было, конечно, добраться до планеты и на обычном ядерном движке. Каких-то семь-восемь минут и ты у цели. Но Андрей отлично понимал, как встречает Земля неопознанные объекты. Дружелюбием там и не пахнет, а пахнет выхлопами ракет противовоздушной обороны. Конечно, если ты будешь садиться где-то в Африке, а то и в Антарктиде, угрозы со стороны противовоздушной обороны какой-либо из стран опасаться не следовало. Но, а что потом? Как потом добираться домой? И что будет с десантным ботом, оснащенным гиперпространственным двигателем, квантовым компьютером и многим, многим другим, что и не снилось земной цивилизации? "Спасибо, Андрей, за роскошный подарок", — сказанное на каком-нибудь языке, скорее всего английском, но только не на русском?

"Спасибо, благотворительностью не занимаюсь".

А режим невидимости сжирает слишком много энергии. Перелет в двадцать тысяч километров с последующей посадкой осушит баки с горючим до донышка. А если придется вновь уходить на орбиту? Мало ли что…

"Нет, садиться будем в Москве, в Шереметьево", — вспомнилась ему фраза из одного, виденного в детстве, фильма.

— Садиться будем в Москве, в Шереметьево! — и мужской палец утопил зеленую кнопку.

И бортовой компьютер тут же дал отмашку для включения циклограммы запуска гиперпространственного двигателя. В самом сердце ядерного реактора выдвинулись стержни-замедлители, пришпоривая реактор, посылая его в галоп. Сотни мегаватт мощности обрушились на нуль-континуум генератор. Но тот только этого и ждал. Невидимо завибрировали его обмотки, впитывая гигантскую реку энергии, превращая ее в мощнейшее электромагнитное поле, которое мертвой хваткой вцепилось в пространство, вытрясывая, выбивая из него гравитоны и тут же формируя из них поток. Стремительно плотность и яркость этого потока нарастала. Разогнанные электромагнитным полем гравитоны вгрызались, буравили вакуум. Секунда, другая. Поток гравитонов, похожий на тонкую ярко-синюю спицу, вспыхнул ослепительно-белым светом, и тут же исчез — пространство было пробито. Хлынувшие из преисподней виртуальные частицы мгновенно разворотили пространство в месте прокола, и в образовавшуюся брешь тут же провалился десантный бот.