Очень плохая няня (СИ) - Солейн Анна - Страница 66

— Вот! Тут все ответы!

Она захлопнула перед моим носом дверь, и я опустил взгляд на книжечку.

«Истинная любовь дракона»?

Это. Еще. Что. За. Ер-р-ресь?

Мне понадобилось больше получаса, чтобы понять, что Мириам имела в виду.

Чем дальше я листал книгу, тем выше на лоб ползли мои брови. Серьезно⁈

Добравшись до конца, я понял, что надо делать.

По крайней мере, я на это надеялся.

Намного больше времени ушло на то, чтобы убедить Стьюарда летом приготовить имбирные пряники в форме человечков и вспомнить, как именно наколдовывается снег — погодные чары мне никогда не поддавались, но в этот раз у меня было, ради чего стараться.

Потом я пошел к бургомистру.

— Лорд Эмбер! — вскочил он, бледнея. — Я приготовил документы…

— Позже. Мне нужно, чтобы весь город украсили. Еловыми ветками.

— Но сейчас лето!

— Я что, спросил у вас пору года?

Бургомистр сглотнул и промокнул лоб платком.

Судя по тому, как резво он побежал выполнять мое указание, в документах что-то было сильно не в порядке.

Но с этим я разберусь потом.

К вечеру все было готово.

Романтика — на месте. Признания — будут. Кольцо — в кармане.

Все должно получиться.

Правда, в книжечке было еще про победу над «целой армией» — но я надеялся, что мне засчитают тех воров, что проникли в наш дом.

В самом деле, не развязывать же войну?

А переплытое море… я лично считал, что от пряничных человечков намного больше толку, ведь их можно съесть. Но, если что, я вполне могу устроить заплыв через озеро.

Ну какой же самовлюбленный дурак дракон в этой книге! Переплыл море! Почему бы не обратиться в драконью ипостась и спокойно не перелететь? Да и к армии у меня вопросы… Он вести переговоры не пробовал?.. К чему всех жечь? Ладно.

Как бы то ни было, после прочтения книги у меня появился план.

Я точно знал, что Виктория обожает зиму и зимние праздники.

Так почему бы не подарить их ей прямо сейчас?

Вечером, вооружившись корзинами с пряниками, мы выдвинулись вперед.

— А куда мы идем? — спросила Мисси, размахивая своей корзинкой.

— К Виктории.

— А почему?

— Чтобы сделать ей приятное.

— А как?

— Узнаешь.

— А когда?

— Скоро.

— А когда — скоро?

— Есть хочу, — сказал шагающий рядом Лиам, который поел как раз перед выходом из дома. — Можно п-яник?

Нет, я точно Виктории недоплачивал.

Признаю свои ошибки.

— Держи пряник, — сказал Стьюард, у которого взгляды на воспитание полностью совпадали со взглядами на воспитание Виктории: если ты не балуешь детей — то ты делаешь что-то не так.

Может, у меня самого были такие взгляды? Признаться, я понятия не имел, как правильно воспитывать Мисси и Лиама. Меня самого растили в строгости, и до сих пор я полагал, что это единственный верный вариант.

Даже спросил об этом у доктора Фройда на конференции, пока мы обедали. Он же доктор! Знаток человеческих душ. Должен знать.

«А я откуда знаю? — поднял тот брови и заляпал соусом из шпината рубашку. — Проклятье! Их любить надо. А с воспитанием… как-нибудь само образуется. Так ты говоришь, Мириам хорошо относится к замужеству? Только дочкиному? Или… в целом?»

Масик, ползущий рядом со Стьюардом, крякнул.

— А тебе нельзя пряник, — отбрил его Стьюард. — Ты уже один съел.

— Ему вредно сладкое! — откликнулась моя мать обеспокоенным тоном. — Он ведь хищник.

Судя по этой фразе, Масика она тоже решила считать кем-то вроде внука. Если моя мать запрещает кому-то сладкое — это главный и верный признак ее любви. Уж мне ли не знать.

За моей спиной раздалось недовольное уханье. Обернувшись, я посмотрел на грифона.

— Ты же не собирался идти.

Тот снова ухнул.

— Ты любишь одиночество, — напомнил я.

Новое уханье — насмешливое. Ты тоже, мол.

Я вздохнул.

Не поспоришь.

Пушок насмешливо чихнул, Великан, шагающий рядом, зевнул. Где-то высоко над нами кружили две птицы: нормальная и Мордекай.

Так мы и шли все вместе через половину Чистых Прудов.

Я не знал точно, шарахаются горожане, которых мы встречали, от меня, от Масика, или от грифона.

Я бы на месте горожан шарахался от Мордекая.

Тот еще парадокс: Виктория ушла, а ее ворон-ворюга изволил остаться.

Обидно.

Я предпочел бы другой расклад.

Вокруг дома Виктории, когда мы дошли, уже собралась небольшая толпа.

Еще бы!

Ведь над ее домом с самого утра шел мягкий снег, укутывая крышу и лужайку мягким одеялом.

Как будто островок зимы среди лета.

Виктория… стояла снаружи, запрокинув голову, и смотрела на снег с таким зачарованным и пораженным лицом, что я пообещал себе радовать ее как можно чаще. Любыми способами.

— Виктория!

— Вик-ия!

Мисси и Лиам рванули навстречу Виктории и — испортили весь сюрприз.

Она вздрогнула, обернулась и посмотрела на меня, растерянно обнимая прилипших к ней детей.

— Лорд Эмбер и… — Она окинула растерянным взглядом всю нашу компанию. — И все остальные. Леди Джоанна, Стьюард… здравствуйте.

— Зови меня мамой! — выпалила моя мать, которая, я был уверен, терпеть не может Викторию.

За то, какая она живая, легкая, искренняя, ласковая и абсолютно сумасбродная и неправильная с точки зрения правил этикета, — в общем, за все то, за что я очень ее любил.

Я поперхнулся, но все-таки выдавил:

— Мисс Фицрой.

Она поджала губы. А я все никак не мог на нее насмотреться.

Соскучился.

Ее волосы были пушистыми и, как всегда, небрежно сколотыми на затылке. Так хотелось дотронуться до них пальцами. Поцеловать мягкие губы, провести рукой по шее. Не из-за метки. Просто потому что это — Виктория, и я уже не уверен, что умел любить до того, как она появилась в моей жизни.

— Вы принесли мое жалование, лорд Эмбер? — спросила Виктория, вырывая меня из потока нежных мыслей.

Какая циничная и практичная женщина мне досталась!

Все о деньгах да о деньгах.

Восхищен.

— Я принес вам пряники. Имбирные. Они в форме человечков, как вы любите.

Виктория нахмурилась.

Осмотрелась и, кажется, только сейчас заметила, что вокруг толпится народ, а вся улица украшена еловыми ветвями — как во время ее любимых зимних праздников.

— Снег — это ваших рук дело? Я… не понимаю.

— Я прошу вас выйти за меня замуж.

Она нахмурилась сильнее, между бровей образовалась морщинка.

Мне было так жаль, что мы не встретились раньше.

Но я был счастлив, что мы встретились теперь.

— Лорд Эмбер… — строго начала она.

— Подождите. Подожди. Виктория. Я люблю тебя. И я хочу, чтобы ты стала моей женой, — я протянул ей кольцо, фамильное, с изумрудом и бриллиантами. На случай, если не понравится, у меня было припасено еще одно, с сапфиром. — Не из-за метки. Потому что я тебя люблю. Ты согласна?

Хмурое лицо посветлело, но она тут же настороженно наклонила голову.

— Вы… правда?

Почему она мне не верит?

Разве не ясно было, что я ее люблю?

Не ясно?..

— Абсолютная. Я тебя люблю.

Я уже раздумывал над тем, стоит ли мне вставать на одно колено (в книге об этом не было, но мало ли) или предложить другое кольцо, когда Виктория бросилась мне на шею.

— Да! Да! Конечно, да!

Какая… решительная.

Чуть с ног меня не сбила.

Я обнял ее за пояс и прошептал на ухо:

— Я буду любить тебя всегда.

Она всхлипнула и засмеялась.

Хорошая какая книга.

И инструкции такие понятные.

Сохраню-ка ее.

Эпилог

— Согласны ли вы, Виктория Эмма Фицрой, взять в мужья Эдварда Гилберта Эмбера, любить и почитать его до самой смерти?

Я моргнула.

В церкви воцарилась тишина.

Лорд Эмбер… Эдвард, уже сказал свое «да» и сейчас настала очередь для моего ответа.

Но я молчала, прижимая к груди маленький букет белых цветов.