No pasaran! Они не пройдут! Воспоминания испанского летчика-истребителя - Пельисер Франсиско Мероньо - Страница 79

На новых самолетах И-16 летали только советские летчики. В ноябре в Мадриде действовали две такие эскадрильи плюс две эскадрильи «чатос», то есть около 50 самолетов.

Во главе И-16 «моска» Сергей Тархов и незаурядные летчики Бочаров, Лакеев, Черных, Минаев, Денисов, Баланов, Кузнецов, Акуленко и другие.

Появление на фронте советских истребителей, прочно завоевавших превосходство в воздухе, нанесло жестокий удар мятежникам и значительно подняло моральных дух защитников Мадрида. Мы все поняли, что не одиноки, что рядом с нами великая Страна Советов.

Мятежники были в растерянности. Фагнаны, командующий «легионерами» итальянских воздушных сил, дает приказ не пересекать линию фронта и не появляться над территорией республиканцев. Другой итальянский командир, Бономи, дает приказ не производить полетов на фронт в группах менее 15 истребителей.

Потери мятежников в эти дни значительны. Только среди истребителей «Фиат» гибнут три их первых командира эскадрилий итальянцы Декал, Оливеро и Масаньо, их заместители Моска и Ларсимон также сбиты. Выведены из строя летчики офицеры Сеньи, Секарели, Патриарка, Франчески, Чианесе, Мантелии, Магистрини, Прессел, Монтеначо и другие.

Немецкие истребители Хе-51 из «легиона Кондора», те, которые безнаказанно недавно расстреливали «Бреге-XIX» и «Ньюпоры», несут теперь серьезные потери. Быстро поняли, что они не в состоянии противостоять «чатос», и переходят к осторожным штурмовым действиям, главным образом на других фронтах, где нет республиканских истребителей.

Успешно действовали тогда, еще в конце октября, на фронтах бомбардировщики СБ «Катюши» и Р-5 «Наташи», как тогда их называли испанцы. СБ, бомбардировщик, 410 км/час максимальная скорость, производил свои первые вылеты 28 октября на аэродромах Севилья, Касерес, Талавера, Авила и других. Из «Катюши» СБ были созданы три эскадрильи под командованием Шахта, Хользунова и Несмеянова и летчиков и штурманов Туликова, Баженова, Бибикова, Горанова, Лебенверга, Холода, Прокофьева, Бровко, Деменчука, Костикова, Хевеши, Пряничникова, Сковородникова и других. В этих эскадрильях летали тоже много испанских экипажей, как, например, Рамос, Луруенья, Лопес, Мендиола, Сан Хуан, Соспедра, Феррер, Бланко и другие.

В то время также вступила в строй группа штурмовиков легких бомбардировщиков «Наташа» Р-5 под командованием К.М. Гусева с летчиками Стрельковым, Акуленко, Шукаевым, Поповым, Сухановым, Солдатенко и другими.

1 ноября также прибыл в Бильбао на северном флоте Испании теплоход «Андреев» с 20 самолетами И-15 и группа летчиков-истребителей во главе с Борисом Туржанским и летчики Петухин, Баранчук, Гончаров, Кторов, Селезнев и другие. В составе этой эскадрильи с первых же дней воюет испанский летчик Дел Рио.

Окончено Мадридское сражение, и подошло к началу Харамское. 6 февраля 1937 года уже действует 1-я испанская истребительная эскадрилья на самолетах «чатос» И-15 под командованием капитана Лакалье, укомплектованная молодыми летчиками, только что окончившими летную школу в Ла Рибера, и два или три американских летчика.

В ожесточенных Харамских боях испанская эскадрилья наряду с русскими показала образцы отваги и надежно прикрыла наземные войска от атак с воздуха.

В это время испанская школа летчиков в Ла Рибера уже начинает выпускать своих питомцев. Среди них после двух месяцев обучения, окончив истребительную школу, выезжает на боевую работу на прикрытие прибрежного города Реус во главе звена из трех «Ньюпоров» пишущий эти строки. Учились тогда со мной многие из тех, кто в будущем играл видную роль в составе истребительной авиации республики, — Зароуза, Комас, Магриньа, Замбудио и другие. Прекрасные товарищи и мастера воздушного боя.

Мятежники продолжают наращивать свои воздушные и наземные силы благодаря огромной помощи со стороны Италии и Германии. 6 марта 1937 года итальянский экспедиционный корпус начинает Гвадалахарскую операцию и двигает моторизованные силы к этому городу, то есть в направлении к Мадриду с востока. Итальянцы наступали силами более 40 батальонов на около 4 тыс. автомашинах, 140 танках и бронемашинах и сильной артиллерией, хотя зенитная артиллерия, по сути дела, отсутствовала.

Гвадалахарское сражение классическим образом доказало, на что способна авиация, когда наземные войска не обращают должного внимания на противовоздушную оборону.

В результате почти исключительно штурмовых атак со стороны истребителей И-15 с восьмью бомбами 8 кг и четырьмя пулеметами, а позже И-16, «Катюши» и «Наташи», итальянский корпус был рассеян и, по сути дела, уничтожен. Итальянцы потеряли от 6 до 10 тыс. человек и громадное количество техники, несмотря на то что тяжелые метеорологические условия, к их счастью, препятствовали использованию авиации в нужных масштабах.

Штурмовыми действиями авиации руководили Смушкевич, Пумпур и Сиснерос, и в них отличились, кроме испанской эскадрильи И-15 Лакалье, которая базировалась в самой Гвадалахаре, эскадрилья И-16 Колесникова и Лакеева, такие превосходные летчики, как Пузейкин, Захаров, Кравченко, Магринья, Риверола, Барбейто, Ортиз, Хил, Кастаньеда, Прудков и другие.

В этом месяце я получаю направление в первую русскую истребительную эскадрилью, которой командовал Баранчук и которая была расположена на юге, в Андухаре, чтобы препятствовать наступлению в Позобланко. Эскадрилья была смешанной. Русские летали на И-15, а испанцы на пятерке «Ньюпоров». К счастью для нас, за 12 дней, которые мы, испанцы, находились в этом секторе, воздушных боев не было. Где-то быстрыми темпами монтируются новые прибывшие советские самолеты.

Наконец я направлен в Лос-Алказарес, где два дня тренируюсь на прекрасном И-15, так как именно здесь они монтируются. На второй день во время очередного тренировочного полета вижу другого «чатос» в воздухе и атакую его в целях тренировки. Принят вызов, и я получаю необыкновенный и ошеломляющий урок воздушного боя, который очень многому научил меня. После приземления подошел к пилоту этого самолета, который оказался русским, небольшого роста, плотным блондином с широкой дружеской улыбкой. До сих пор не знаю, кто он, но навсегда остался ему благодарен. Маневр, который он мне показал и которому научил, был простым и решающим в бою. Это была «косая петля». Великолепный был летчик!

31 марта армия из 50 тысяч мятежников под командованием генерала Мола предпринимает наступление на Северном фронте в районе Бильбао, где уже пять месяцев успешно действует русская эскадрилья И-15 Бориса Туржанского. Чтобы заменить уставший русский персонал, направляется в Бильбао группа испанских молодых летчиков, среди которых находился и я.

Волей судьбы я попал на самый тяжелый участок воздушных боевых действий всей национально-революционной войны — Северный фронт. Отдаленный от остальной республиканской территории на пределе дальности действия истребителей, подкрепление фронта этими самолетами было труднейшей задачей, тем более что гористая топография Севера осложняла выбор места вынужденной посадки в случае окончания горючего. Северную кампанию мятежники называли основой конечной победы.

Мятежники, используя благоприятное географическое расположение, концентрируют на Северном фронте истребители: 10 эскадрилий «Фиат», первые 12 истребителей «Мессершмитт-109Е», 36 «Хейнкель-51», две эскадрильи «Ромео-37», четыре эскадрильи «Хейнкель-46», две «Хейнкель-45» и одна «Аэрос». Бомбардировщики: 56 «Юнкерс-52», 21 «Сабоя-81»(данные от мятежников). Легион «Кондор» устанавливает свой штаб в Виктории уже 29 марта.

Таким образом, против единственной эскадрильи истребителей «Чатос» из 12 самолетов и десятка старых непригодных для боевых действий аппаратов мятежники сосредотачивают по меньшей мере 360 самолетов. 22 против 360! 17 на одного!!! И это только приблизительно. Такая численная диспропорция характеризует обстановку для действий авиации всю Северную кампанию.

С 16 по 27 апреля республиканцы в порядке отвлекающего маневра от Севера атакуют Теруэл безрезультатно.