Космический инженер 2 (СИ) - Берс Виктор - Страница 76

Через два часа он снова встретил Корнелиуса в коридоре. Заместитель администратора едва держался на ногах, опираясь на стену и пытаясь сохранить видимость трезвости. Его лицо покраснело, глаза были мутными, а движения неуверенными.

— Корнелиус, ты как? — обеспокоенно спросил Марек. — Может, лучше отдохнуть?

— Все в порядке, — пробормотал тот, но его шатало из стороны в сторону. — Просто немного устал.

— Иди отдохни, — посоветовал Марек. — А если нужно будет что-то срочное с системами сделать, я могу помочь. У меня сейчас свободное время.

— Спасибо, ты настоящий друг, — Корнелиус похлопал его по плечу и поплелся к себе в кабинет, оставляя за собой слабый запах алкоголя.

Марек проводил его взглядом и почувствовал, как сердце забилось быстрее. Момент приближался. Он вернулся в свою лабораторию и попытался сосредоточиться на работе, но формулы расплывались перед глазами.

Еще час он ждал, проверяя время каждые несколько минут. Наконец решился и направился к серверной. Коридоры во второй половине дня были менее людными — многие сотрудники работали в лабораториях или участвовали в совещаниях.

Серверная располагалась в подвальном уровне здания, в зоне повышенной безопасности. Массивные двери из армированного металла охранялись автоматическими системами и дежурными офицерами. Воздух здесь был прохладнее — мощные кондиционеры поддерживали оптимальную температуру для работы оборудования.

Марек показал свою идентификационную карту охраннику — молодому лейтенанту с усталыми глазами.

— Доктор Тиллан? — переспросил офицер, сверяясь со списком. — Вас нет в расписании посещений.

— Корнелиус Тиренна попросил помочь с системными проблемами, — объяснил Марек, стараясь говорить уверенно. — Можете связаться с ним и уточнить.

Лейтенант набрал номер внутренней связи, но никто не ответил.

— Наверное, спит, — пробормотал он. — Ладно, проходите. Только недолго.

Сердце Марека колотилось от страха, когда он входил в серверную. Если его поймают, то расстреляют как предателя. Но если он не выполнит задание, шантажисты опубликуют компромат.

В серверной было прохладно и тихо, если не считать монотонного гудения вентиляторов и тихого писка индикаторов. Ряды серверных стоек тянулись до потолка, создавая лабиринт из металла и проводов. Мигающие светодиоды создавали причудливую игру света и тени.

Марек нашел главный терминал — массивную консоль с множеством экранов и клавиатур — и вошел в систему под своими учетными данными. Его пальцы дрожали, когда он вводил пароль. Каждый звук казался оглушительным в тишине серверной.

Он осторожно начал исследовать структуру сети, ища пути к секретным архивам. Система безопасности была сложной, но он нашел несколько уязвимостей и воспользовался ими. Годы работы в институте научили его обходить защитные протоколы.

Наконец он добрался до файлов проекта суперлазера и увидел схемы оружия планетарного масштаба. Чертежи были настолько детализированными, что можно было понять принципы работы устройства. Марек невольно восхитился элегантностью технического решения, забыв на мгновение о его разрушительном предназначении.

Он вставил портативный накопитель в порт терминала и начал копировать данные. Но файлов было слишком много, и он жадно копировал все подряд — чертежи, расчеты, переписку, отчеты. Страх заставлял его спешить и брать больше, чем было безопасно.

Индикатор прогресса медленно ползал вверх: тридцать процентов, сорок, пятьдесят. Каждая секунда тянулась как вечность. Марек постоянно оглядывался на дверь, ожидая, что кто-то войдет.

Система мониторинга зафиксировала аномальную активность. Копирование больших объемов секретных данных выглядело подозрительно, и автоматические алгоритмы отправили предупреждение службе безопасности. Красные индикаторы тревоги начали мигать в центре управления безопасностью.

Марек не заметил тревожного сигнала — он был слишком поглощен копированием. Индикатор показывал восемьдесят процентов готовности, когда в серверную ворвались штурмовики. Звук открывающихся дверей заставил его обернуться.

— Руки вверх! — закричал офицер безопасности, направляя на него бластер. Белые доспехи штурмовиков казались ослепительными в свете серверной.

Марек замер, понимая, что все кончено. Накопитель все еще торчал из порта терминала, обличая его намерения. Один из штурмовиков выстрелил из станнера, и он рухнул без сознания, последней мыслью которого было сожаление о собственной жадности.

Марек очнулся привязанным к креслу в небольшой комнате без окон. Стены были выкрашены в серый цвет, освещение — холодное и яркое. Голова раскалывалась от действия станнера, во рту было сухо. Он попытался пошевелиться, но ремни держали крепко, врезаясь в запястья и лодыжки.

За столом напротив сидела женщина в безупречной имперской форме. Ее темные волосы были аккуратно уложены в строгую прическу, а холодные карие глаза изучали его с профессиональным интересом. В ее позе чувствовалась уверенность человека, привыкшего к власти и контролю.

Рядом с ней стоял мужчина средних лет в простой серой одежде, с располагающей внешностью и добрыми глазами. Он выглядел как обычный служащий, но что-то в его манере держаться заставляло насторожиться.

— Доктор Тиллан, — произнесла женщина ровным голосом, лишенным эмоций. Каждое слово звучало четко и отчетливо. — Я заместитель директора Имперского бюро безопасности Дедра Миро. А это мой коллега лейтенант Лейс. Он поможет нам провести этот разговор максимально продуктивно.

Дедра говорила спокойно, почти монотонно, но в ее голосе слышалась скрытая сталь. Она не повышала тон, не угрожала — просто констатировала факты. Это было гораздо страшнее криков и угроз.

Лейс улыбнулся так, словно встретил старого друга, и подошел к столику у стены. На нем аккуратно были разложены различные инструменты — скальпели, щипцы, электроды, какие-то устройства, назначение которых Марек предпочел не угадывать. Все было чисто вымыто и отполировано до блеска.

— Видите ли, доктор, — продолжила Дедра, перелистывая страницы в планшете, — у нас есть записи с камер наблюдения, логи системы, ваш накопитель с секретными файлами. Отрицать бесполезно. Поэтому давайте сразу перейдем к главному вопросу — на кого вы работаете?

Ее манера речи была деловой и бесстрастной, как у врача, обсуждающего диагноз. Дедра не демонстрировала злости или презрения — только профессиональный интерес к делу.

— Это недоразумение, — начал Марек, и его голос дрожал. — Я просто работал над расчетами…

Дедра подняла руку, останавливая его. Жест был небольшим, но властным:

— Лейс, кажется, доктор не понимает серьезности ситуации. Не могли бы вы ему объяснить?

— Конечно, — весело отозвался Лейс, перебирая инструменты с видом знатока, выбирающего подходящий инструмент. — Знаете, доктор, я предпочитаю ручную работу. Дроиды-мучители не чувствуют душу допрашиваемого, не улавливают тонкости. А я — лучший в своем деле. Империя может мной гордиться!

Он взял в руки скальпель и повертел его на свету, любуясь игрой отражений на лезвии:

— С чего бы нам начать? Пожалуй, с легкого. Снимем вам лишнюю кожу с ног. Говорят, это очень эффективно концентрирует внимание.

— Я все расскажу! — закричал Марек, дергаясь в ремнях. Кожаные полосы врезались в запястья, оставляя красные следы.

— Не торопитесь так, доктор, — улыбнулся Лейс, и его добродушное лицо приобрело зловещее выражение. — У нас полно времени. И мне нравится неспешная, обстоятельная работа.

Дедра наблюдала за происходящим с холодным профессионализмом, время от времени делая пометки в планшете. Ее лицо оставалось бесстрастным, как у ученого, наблюдающего за экспериментом:

— Доктор, способы связи, методы передачи информации, места встреч — это вы знаете точно. И мы это выясним. Вопрос только в том, насколько болезненным будет этот процесс.

— Пожалуйста, не надо! — взмолился Марек, и слезы потекли по его щекам. — Меня завербовали! Я не хотел предавать Империю!