Сделка. Я тебе верю (СИ) - Беж Рина - Страница 16

Иван так и не звонил.

Ладони давно стали влажными, в висках прописались молоточки, в груди беспокойно трепыхалось сердце.

Но я ждала. А родители решили иначе.

— Едешь с нами к Шаталовым, раз никуда не пошла. Нечего дома высиживать, тем более приглашали всех.

Полчаса уговоров, а затем еще столько же настойчивых требований от мамы и твердое «Хватит, Даша! Собирайся» от отца.

Сдалась. Поехала.

Без желания. Без настроения. Все еще судорожно сжимая телефон в руках.

Надеялась: Ваня позвонит, и я, извинившись, тихонько исчезну.

У Шаталовых празднество вышло не особо большим по их меркам. Человек на тридцать или около того. Молодежи собралось не особо много. Я почти никого не знала, кроме Ярослава, единственного сына хозяев дома, и его двоюродной сестры Марты.

Но когда подрастающее поколение дружно решило переместиться в бильярдную, не отказалась. Сидеть и слушать «стариков» казалось еще скучнее.

Шутки, подколки, смех — не особо участвовала в веселье, но губы послушно растягивала. Белой вороной казаться не хотелось. Точнее, я всеми силами стремилась избежать вопросов по типу: что не так? Чего грустишь?

После полутора часов и продолжающейся тишины со стороны Ивана, не выдержала, вышла на балкон, чтобы набрать ему самой. Ни наезжать, ни ругаться не планировала. Просто убедиться, что у него все в порядке.

Не успела.

Марта пришла «подышать воздухом» следом за мной. Ни с того ни с сего завела разговор о Ярославе, о том, что я ему нравлюсь, но слепо этого не замечаю.

— Нужно выбирать рубашку по себе.

Странная фраза, от которой я мысленно отмахнулась, решив никак не комментировать.

А через некоторое время еще одна:

- Наивность, Даша, тоже лечится.

Причем, в это время мы обсуждали мою учебу. И к чему это было сказано, я тогда так и не поняла.

Устав от слишком активно насевшей на меня девицы, выдохнула с облегчением, когда она куда-то исчезла. Жаль ненадолго. Потому что минут через пятнадцать снова явилась, но не одна. В компании Ярослава и подноса с напитками. Ядреный оранжево-зеленой расцветки напиток взяла лишь потому, что мне обещали — он безалкогольный.

Да. В этом не соврали.

Жаль не просветили, что внутри другой гадости предостаточно. Мне хватило двух глотков, чтобы голову повело.

Дальше провал. Полный.

Вот я ввожу пароль на телефоне, чтобы все же позвонить Ивану. Вот делаю глоток, так как Марта толкает тост за любимого дядюшну... и... темнота.

Очнулась я под визг все той же Марты.

Сначала даже не поняла, что не так. Еще и голова дико раскалывалась — подобное мне было совершенно не свойственно. Впрочем, мышцы тоже неестественно ныли будто накануне жутко перезанималась в спортзале.

Дикостью стало моё полностью обнаженное тело. Чужая спальня.

Истерикой — сонный Ярослав под боком, по-хозяйски обнимающий меня чуть ниже талии.

И кошмаром - кровь. Кровь на бедрах. Кровь на постели. Кровь у парня на …

На визг Марты прибежали Шаталовы, которые и послали племянницу меня найти Папа с мамой собирались домой.

Следом за Шаталовыми в спальню Ярослава ввалились и мои родители.

Заминать назревающий скандал никто не собирался. А я, совершенно дезориентированная, даже не понимала, что говорить в оправдание своего непозволительного распутства.

— Вот так, чтобы избежать последствий незащищенного секса и сохранить дружбу между семьями, как говорится: без меня меня женили, — подвожу итог началу своих злоключений, имитируя улыбку.

Только Тихомиров на это не покупается, как и не старается казаться равнодушным.

Резко подается ко мне.

— В ту ночь он тебя изнасиловал? — от его хриплого голоса по спине бегут мурашки Сжатые челюсти, играющие на скулах желваки, лед в темнеющей синеве.

Настоящий хищник, не скрывающий своей жестокой сути. Хищник, чью безмерную силу я чувствую каждой клеточкой тела.

Чувствую, но не боюсь

— Нет, Ваня. Представляешь. Именно тогда это был розыгрыш, — смотрю ему в глаза несколько томительных секунд, а затем перевожу взгляд на чашку с уже холодным кофе.

Вновь поглаживаю ободок блюдца. Это помогает успокоиться. Хоть немного.

Говорить, что насилие произошло в брачную ночь, когда и вскрылся обман, не собираюсь. По мнению Ярика, он, как новоиспеченный муж, всего лишь пользовался своим законным правом. А то, что я не хотела — обычный страх девственницы.

Стоило лишь потерпеть.

Оказывается, он мне и так на притирку целый месяц давал.

14.

ИВАН

В ту ночь он тебя изнасиловал?

Нет, Ваня. Представляешь. Именно тогда это был розыгрыш.

В голове на повторе звучат обрывки разговора. Но постепенно шелуха отлетает, оставляя под собой неприглядную истину.

Нет. Тогда это был розыгрыш.

Тогда был.

Сука! Кулаки сжимаются до хруста.

А в какой момент гребанный розыгрыш стал реальностью? Что вытворил мажористый говнюк с этой девочкой? Какого хрена так поступил, если она ему нравилась?

Никогда не был слепым. Видел, как Ярик слюни пускал, стоило Даше появиться в поле его зрения. Куда только спесь и замашки циничного ублюдка, делающие парня похожим на его тварь-отца, девались? Он становился почти нормальным.

Теперь понимаю, что только почти.

А в реальности? Каким Шаталов был в реальности? С ней? С женой, которую должен был боготворить и носить на руках?

Мне до зуда под кожей хочется задать все эти вопросы сидящей передо мной блондинке, выяснить правду, которая, как теперь понимаю, сильно отличается от той, что складывалась в моей голове годами.

Хочется так, что распирает в груди, но я не смею. Торможу порыв. Не потому что такой добрый, понимающий и имеющий железные принципы не вмешиваться в чужую семью, а потому что вижу ее глаза. Карие озера боли.

— Твои родители, кхм, — прочищаю горло, чтобы не рычать, а по возможности говорить нейтрально, — неужели они поверили, что ты могла совершить подобный поступок?

И тут же в памяти мелькает прошлое, где я, сидя заграницей, как на цепи, листаю новостную ленту и вдруг натыкаюсь на снимки со свадьбы наследника Шаталовых и наследницы Вукаловых.

Молодые в торжественных нарядах. Он в черном, она в белом. Пара стоит на мосту. Прозрачная фата развевается на ветру. В руках невесты кроваво-красные розы. Ярик по-хозяйски обнимает Дашу одной рукой, другой держит за подбородок.

Они пристально смотрят друг другу в глаза. И кажется, что мелькнет всего одна секунда, как их губы соединятся:

Я помню это фото до мелочей. Несмотря на то, что видел его только один раз, а после к чертям расхреначил телефон.

— 0, Ярослав был настолько убедителен, что даже я ему поверила, — качая головой признается Даша.

— Поэтому сразу собралась замуж?

Мой вопрос звучит ровно. Я просто констатирую факт, ни в коем случае не пытаясь ее обидеть или зацепить.И, чудо, она словно это понимает. Или чувствует.

Не закрывается. Обхватывает слегка подрагивающими пальцами стакан, допивает воду до конца. Возвращает посуду на стол.

— Папа всегда так пекся о репутации, мама ему поддакивала. А тут я отмочила такой финт, — девушка морщит нос, вспоминая прошлое, и потянувшись за салфеткой, неосознанно принимается ее трепать. — Еще и Яр открыто заявил, что мы не предохранялись, но он хоть сейчас готов взять ответственность на себя. И за меня, и за ребенка, которого мы могли зачать.

— Но ведь можно было подождать, убедиться... — говорю совершенно реальные вещи.

Кто в наше время женится после случайного секса? Никто. Еще и упорно заявляют, что половой акт совершенно не является поводом для знакомства. Свободные нравы, свободные отношения.

А тут сразу... замуж.

— Ты прав, — без раздумий кивает Даша, а потом, вновь улыбнувшись, произносит то, что в корне меняет ситуацию. — Но, во-первых, оба родителя, остыв, вдруг вспомнили, что пусть в шутку, но рассматривали вариант слияния капиталов через союз детей. И на те раз — такой шикарный шанс выпал. Как не воспользоваться? В общем, Шаталов знатно присел на уши отцу, и давление со стороны обоих родителей на меня многократно усилилось. А во-вторых, — девушка мимолетно морщится, но тут же вновь старается улыбнуться, — вся эта история вылилась в массы. Точнее, в студенческий чат попала пусть смазанная, но довольно фривольная фотография меня и Ярослава. После началась целенаправленная изошренная травля. Каждый день. Каждую перемену При личных встречах, в звонках с неизвестных номеров, в соцсетях. Марта изгалялась, как могла. Но обещала прекратить нападки, если я перестану отказываться от свадьбы.