Тактик 8 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 31

Капитан молчал, обдумывая мои слова. Он был прагматиком. Я видел, как в его голове борются долг перед королём Вейраном и здравый смысл, подкреплённый звоном золота.

— А если я откажусь? — наконец спросил он.

Моя улыбка стала холодной.

— Капитан, давайте не будем наивными. Вы видите этого орка за моей спиной? — я кивнул на Хайцгруга. — Он и его ребята могут разобрать Вашу баржу на щепки голыми руками. Вашу команду я могу высадить прямо здесь, в пустыне. Могу перерезать, пока жду другую баржу, тут таких полно. И найти другого капитана с другим судном, который за это золото с радостью займёт Ваше место. Так что, по сути, у Вас нет выбора. Но я хочу, чтобы Вы поняли: я предлагаю Вам сделку, а не приказ. Золото лучше, чем сталь.

— Но сталь у Вас тоже есть.

— Есть. Но я хочу, чтобы Вы были моим партнёром в этом рейсе, а не рабом. Потому что мне нужна не просто скорость. Мне нужна максимальная скорость.

Он снова посмотрел на золото, которое его руки уже сцапали, потом на меня. В его глазах мелькнуло понимание. Он оценил расклад. Сопротивление было бессмысленным и опасным. Сотрудничество — выгодным и безопасным.

— Что Вы имеете в виду под «максимальной скоростью»? — спросил он уже другим тоном, деловым.

— Я знаю, что у таких судов есть скрытые возможности, — сказал я. — Магические ускорители, которые используют в экстренных случаях. При угрозе пиратов или во время шторма. Я хочу, чтобы Вы их активировали.

Капитан хмыкнул:

— Это жрёт кристаллы как дракон овец. Изнашивает движок. Компания не поощряет такое.

— Да и пёс с ними, — я пододвинул к нему мешочек с золотом. — Оплата покроет и кристаллы, и износ, и Ваш моральный ущерб. Итак, капитан, мы договорились?

Он вздохнул, но это был вздох не отчаяния, а смирения перед неизбежным и выгодным:

— Хорошо, герцог. Вы своего добились. Грузите Ваших пассажиров.

— Поговорите с экипажем, а я займусь своими.

Сделка была заключена. Не на крови, а на золоте и здравом смысле. Это было куда надежнее.

Баржа отчалила от пустынной пристани и плавно вошла в основное русло Швырицы. Мои бойцы из Первого полка разместились на палубе и в пустых трюмах, стараясь не мешать команде. Они сидели тихо, чинили доспех, правили и чистили оружие, перебрасывались короткими фразами на своем грубом наречии. Для них это было лишь очередным этапом операции, и они выполняли его с привычной дисциплиной.

Капитан оказался человеком слова. Едва мы вышли на глубокую воду, он спустился в машинное отделение, и вскоре я почувствовал, как изменилась вибрация корпуса. Баржа пошла быстрее. Магический движок, работавший до этого в экономичном режиме, взревел на полную мощь. Вода за кормой вспенилась, берега поплыли назад со значительной скоростью.

Мы не плыли. Мы летели. Окутанные туманом, подгоняемые силой реки и ветра, мы неслись по Швырице, как стрела, выпущенная из лука.

Я стоял на носу корабля, вглядываясь в туман впереди. Рядом со мной стоял Хайцгруг с картой в руках.

— Мы опережаем график, командир, — доложил он, сверяясь с отметками на карте. — Быстрее только птицы летают.

— Отлично, — кивнул я. — Значит, у нас будет возможность использовать фактор внезапности. К тому же, район порта — внутри города.

Напряжение нарастало. Мы вошли в финальную стадию нашего блицкрига. Оставалось только нанести удар.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона, когда впереди, сквозь редеющий магический туман, показались очертания большого города. Порт-Арми.

Мы подошли к нему с невероятной скоростью, обогнав все мыслимые расчёты. Наша баржа-призрак, окутанная остатками колдовской дымки, замедлила ход и влилась в общий поток торговых судов, направлявшихся в гавань. Наше судно снова стало обычной, ничем не примечательной баржей под флагом вражеского королевства.

Порт-Арми жил своей обычной жизнью. В порту кипела работа: скрипели лебёдки, кричали грузчики, пахло рыбой, солью и деньгами. На причалах стояли десятки кораблей со всего света. Никто не обращал внимания на очередную торговую баржу, заходящую в гавань. Никто не подозревал, что её трюмы и палуба набиты не товаром, а элитными бойцами, готовыми в любую секунду обрушить на этот сонный город сталь и ярость.

Капитан, бледный, но собранный, умело провёл судно к одному из самых дальних и тёмных причалов, предназначенному для разгрузки угля и прочих «грязных» товаров. Идеальное место для скрытной высадки.

— Дальше Вы сами, герцог.

— Да. Спасибо Вам, кэп. Ваша часть сделки выполнена. Вы и ваша команда свободны. Мы сейчас просто уйдём. А Вы не вздумайте поднять тревогу.

Он посмотрел на меня с недоверием:

— С ума сошли, Ваша светлость? Я же Ваш соучастник. Уж мы-то с парнями точно будем помалкивать.

Я дал знак, и мои бойцы начали бесшумно, один за другим, сходить на причал, растворяясь в тенях портовых складов.

Хайцгруг подошёл ко мне:

— Каковы приказы, командор?

Я посмотрел на город, раскинувшийся перед нами. Город, который считал себя в полной безопасности, в глубоком тылу. Он ещё не знал, что флаг над его ратушей скоро сменится на Курай.

Вечерело.

— План простой, Хайцгруг, — сказал я и в моей улыбке было что-то от оскала волка. — Никаких штурмов. Никаких осад. Мы просто заходим и берём то, что нам нужно. Сегодня ночью герцог Ирзиф ляжет спать в своей постели. А проснётся уже в моём плену.

Ночь опускалась на Порт-Арми. И вместе с ней на город опускалась тень армии «Штатгаль». Вторжение уже произошло.

Глава 15

Умение удивлять

Вечер опускался на Порт-Арми, но для нас тишина вечера была лишь коротким затишьем перед бурей.

Наш речной блицкриг оказался даже эффективнее, чем я рассчитывал. Путь, который у каравана занимает неделю, и это если повезёт, мы пролетели за двенадцать часов.

За ночь прошли маршем до Швырицы, за половину суток достигли цели.

Мы ворвались в город по принципу «с корабля на бал», потому что наше пребывание в городе перестанет быть тайной с секунды на секунду. Тысяча бойцов не иголочка.

Первый полк действовал как единый, отлаженный механизм. Ни одного лишнего звука, ни одного суетливого движения. Они не бежали — они текли, заполняя собой пустоты, занимая ключевые позиции. Как тёмная вода, просачивающаяся сквозь щели между камнями.

Одна группа, ведомая одним из лейтенантов Хайцгруга, бесшумно окружила казарму портовой стражи.

Это была всего лишь охрана, которая присматривала за порядком, скорее полиция, чем войска.

Заспанные охранники, едва успевшие натянуть штаны, оказались под прицелом десятков арбалетов. Их оружие лежало в оружейной, до которой было уже не добраться. Они подняли руки, не пролив ни капли крови.

Другая группа блокировала все выходы из порта, отрезая его от остального города. Любой, кто пытался войти или выйти, оказывался в плотном кольце моих бойцов. Никакой паники, никакой стрельбы. Просто молчаливая, непреодолимая стена из стали и решимости.

Я, вместе с Хайцгругом и основной ударной силой первого батальона, двинулся к центральным воротам порта, ведущим в город. Здесь должна была находиться основная застава. Мы ожидали хотя бы минимального сопротивления.

То, что мы увидели, вызвало у меня кривую усмешку. Шестеро стражников, которым было поручено охранять главные ворота, сидели на перевернутых ящиках, укрывшись за штабелями бочек. Они не несли службу, а самозабвенно резались в кости. Рядом стоял бочонок с дешёвым вином, к которому они то и дело прикладывались.

Мои бойцы окружили их прежде, чем кто-либо из них успел поднять голову. Один из стражников, как раз бросавший кости, замер с рукой в воздухе, увидев перед собой массивную фигуру Хайцгруга. Орк навис над ним, как скала, и на его лице не было ничего, кроме холодного презрения.

— Ставлю на то, что ты проиграл, — прорычал Хайцгруг.

Кости выпали из ослабевших пальцев стражника. Он и его товарищи медленно подняли руки, их лица выражали комичную смесь ужаса и похмельного недоумения.