Чертов менталист (СИ) - "Тин Тиныч" - Страница 51

Еще с прошлой жизни питаю отдельную страсть к посещению подобных мест. Наверняка мои наследники были несколько озадачены, обнаружив отдельную полку с абсолютно чистыми блокнотами, записными книжками и скетчбуками, а также жестяной банкой с новыми же ручками, как шариковыми, так и гелиевыми. В этой жизни я себе подобной роскоши позволить до некоторых пор не мог. А теперь вот — могу!

И шоппинг начался. Рабочие блокноты в клетку и в точку, одна тетрадь на кольцах со сменными блоками и с цветными разделителями для конспектов. Ручки и карандаши, причем я все тщательно перепробовал на тестовом листочке, чтобы убедиться, что они пишут с той толщиной и в том цвете, который мне нужен. Несколько разных видов клея в разных же формах. Ножницы с мягкими пластиковыми рукоятями. Именно мягкими, это важно! Учебники для начинающих магов стихии воздуха. Подозреваю, что реально полезных сведений там обнаружится мало, но это не страшно, я умею вычленять главное. Пара ежедневников в разном формате: еще не знаю, какой мне окажется удобнее, попробую оба. Сумка через плечо, чтобы было с чем ходить на занятия. Кожаный пенал: в целом не сильно нужная штука, но он визуально и тактильно доставлял мне истинное наслаждение. Ноутбук, мышь, коврик и чехол, благо соответствующая электроника здесь тоже продавалась. Ну и куча прочих мелочей. По итогам набралось три пакета, которые я с нескрываемой радостью поволок в общагу, чтобы расставить на полке.

Дойти не успел. Опять засек чужое желание сотворить со мной что-нибудь особо жестокое. Филин подтвердил, что я вновь попался на глаза Косыгину. Эх, дедуля, вот нечего давать обещания, пока дело не сделано. Впрочем, поскольку мстительный дух Николая Алексеевича ничего конкретного со мною сию минуту совершать не планировал, а только лишь мечтал об этом, я с беспечным видом проследовал дальше. Добрался до своей комнаты и с головой ушел в задание Семеныча.

Без практической части обучение, конечно, попросту невозможно. Надо видеть, на что и как ты воздействуешь, и как из-за этого меняется поведение Иного человека. Даже не представляю, где и каким образом Игорь Семенович раздобудет себе подопытного Иного, но это уже его сложности. Я же должен систематизировать и изложить выявленные мною принципы взаимодействия с Иной силой духа. И это серьезно осложняется тем, что мой персональный объект наблюдения, давший мне основной материал, та самая математичка из Ипатьевской школы, так быстро и давно нас покинула, уехав к жениху. Придется много чего вспоминать аж со времен начальной школы, но я вроде как на память не жалуюсь, так что справлюсь.

Кстати. А ведь наша бывшая математичка должна жить где-то неподалеку, поскольку её муж — директор колледжа из Санкт-Петербурга, хе-хе! При желании вполне можно её отыскать, но… нет. Не стану этого делать. Думаю, уже совсем скоро я непременно обнаружу и других Иных, которые станут моими новыми объектами для наблюдения и сбора статистики. В Академии обучается несколько тысяч студентов. Чисто статистически, среди них в достаточном количестве обязательно будут и Иные. Осталось только подождать сентября и включиться в поиск, задействовав Филина. Он уже достаточно обучен, чтобы искать нужных мне лиц, что называется, по образу и подобию.

Работа спорилась. Я исписал уже дюжину страниц, когда спохватился, что за окном вроде как вот-вот начнутся сумерки, а я так и не озаботился едой на вечер. Пришлось принудительно прекращать научные изыскания и в темпе вальса бежать в столовую для абитуриентов в надежде разжиться чем-нибудь питательным.

На сей раз я подошел к вопросу с размахом, и той же выпечки, а также сосисок набрал с собой в изрядном количестве. Еще и про пирожные не забыл, поскольку предполагал, что посетившее меня вдохновение ночью никуда не денется, а значит, лучше поощрить мозг чем-то сладеньким. Конфеты в этом плане, безусловно, были бы удобнее, но их в столовой не продавали, а я днем не сообразил зайти за ними в продуктовый. Сгрузив добычу в два бумажных пакета, я довольный и расслабленный вышел из корпуса, как меня потревожил Филин.

«Папаша, тут интересное кино подвезли! Настоятельно рекомендую!»

Я ведь уже говорил когда-то, что я от природы крайне любопытный, поэтому от предложения ментального конструкта отмахиваться не стал, плюхнулся на ближайшую скамейку и приготовился смотреть, что там предлагает мне Филин. Можно это и стоя делать, конечно, но тогда я буду выглядеть несколько дезориентированным, что, скорее всего, вызовет вопросы у окружающих. А так — сижу вот и сижу, думаю о чем-то… Всё в порядке!

Меж тем у одной из расположенных неподалеку общаг разворачивалось целое действо. К её входу стягивались люди в черной форме без знаков отличия и в балаклавах, обменивающиеся скупыми жестами-знаками. В общем, сразу видно: работают серьезные товарищи, ловят особо ценную добычу.

И тут Филин, сообразив, что я примерно понял расстановку, резко сместил свой фокус на задник общаги, где, распахнув окно первого этажа, на землю спрыгивал Ноябрь Николаевич, мой кровный брат и отец в одном флаконе, так сказать. Он ловко и бесшумно приземлился на обе ноги, после чего опрометью бросился к кустам, а оттуда в сторону торгово-развлекательной зоны. Было ясно, что серьезные ребята в балаклавах его безнадежно проворонили.

«Малой, если что, сможешь его пасти?» — поинтересовался я у Филина.

«Какое-то время точно. Но тут всё от расстояния зависит. Если отъедет на другой конец города, ну… сам понимаешь, уже не потяну».

«А если отъедет, а потом вернется, ты это сможешь почувствовать?»

В нашем безмолвном разговоре повисла долгая пауза. Конструкт явно пытался найти нужный ответ, но после своего недавнего фиаско с моим поздним пробуждением не хотел чрезмерно обнадеживать безо всяких на то оснований.

«Нет, — Филин явно был раздосадован. — Только если ты первым его почувствуешь. Я, конечно, могу прочесывать здания сверху донизу, но это не слишком эффективно, как сам понимаешь. А так вот чтобы Косыгин появился на территории Академии и на него моя сигналка сразу же сработала — не рассчитывай, потому что сигналки у меня нет».

«Не забудь мне завтра сказать, чтобы я подумал над тем, как ставить на людей поисковые метки. Похоже, пришла пора заняться еще и этой разработкой. А сейчас отправляйся за беглецом и проследи его путь, насколько сможешь».

«Сделаю, папаша!» — повеселел Филин.

Я же встал со скамейки, подхватив одуряюще вкусно пахнущие пакеты, и пошел в свой корпус. Был соблазн написать деду, что их люди уже упустили свою цель, но я решил не маячить лишний раз. Игорь Семенович и так узнает об этом одним из первых. Что случилось — то уже случилось.

Вряд ли братец Ноябрь сможет сюда вернуться. Мало того, что он отныне в розыске, так еще и со дня на день здесь пропускную систему введут стараниями деда. А пропуск Косыгину, не засветившись, получить просто негде. Так что будем считать, что враг хоть и не обезврежен, но в целом для меня уже безопасен.

Тут куда интереснее другое: откуда он понял, что это адресно за ним пришли? Или бывший князь, так сказать, превентивно ноги сделал, по принципу «лучше ошибусь, зато точно на свободе останусь»? Просто человек, у которого за душой нет никакого криминала, вряд ли станет так себя вести.

Я крепко задумался. А вот окажись я на месте отца и обнаружив, что здание собираются штурмовать силовики, чего бы делал? Стал бы думать о побеге или нет? Интересный вопрос, философский практически…

В итоге я проработал до поздней ночи и лишь огромным усилием воли заставил себя отправиться спать. Моя теоретическая работа постепенно обретала форму и четкую структуру. Думаю, когда её завершу, Семеныч сможет освоить руководство буквально за день. Но — без практических занятий с подопытным Иным, увы, никак не обойтись. Это всё равно что учиться плавать в бассейне, в котором нет воды. Можно сколько угодно махать руками и ногами на суше, особого толку из этого не выйдет, как ни старайся.

Проснувшись утром, первым делом посмотрел, нет ли сообщения от деда. Просто интересно стало: когда он сообщит мне, что Изюмов ускользнул от него. А то, что тот сбежал — уже непреложный факт: Филин это подтвердил, проследив путь беглеца и потеряв его уже среди городской постройки, на грани нашей с ним связи. Ну ничего: кто-то там уповал на уличные камеры? Вот пусть теперь отслеживают и ищут по ним, если смогут.