Герцогиня на службе у Короны (СИ) - Ширай Вера - Страница 54

Глава 32

ПРИГЛАШЕНИЕ НА ТАНЕЦ

Я проснулась от ярких лучей солнца, безжалостно пробивавшихся сквозь витражное окно и падавших прямо на лицо. Сначала мне показалось, что всё случившееся накануне было лишь сном, и я была одна. Но взгляд остановился на соседней подушке — примятой, хранившей след другого человека. Простыни же были уже холодны, как будто он покинул постель несколько часов назад.

Не смотря на то, что я проспала время подъёма, я с трудом заставила себя встать, прошла к умывальнику. Там меня уже ждала теплая вода, свежие полотенца, заботливо приготовленные служанкой, Эва явно заходила, но всё же не разбудила меня.

Я опоздала на службу в храм и не приняла участия в утренних дворцовых мероприятия — в другое время я бы укоряла служанку и себя за это, но сегодня я предпочитала обдумать всё, потратить время на размышления и хоть какой-то план, всё лучше, чем сердиться напрасно.

Холодная вода смыла остатки сна. Я выбрала самое простое платье — лёгкое, со шнуровкой по бокам. В замке герцога я часто носила такие, а во дворце приходилось чаще отдавать предпочтение статусным тяжелым нарядам, которые порой затянутыми корсетами крадут дыхание.

Выйдя из своих покоев, я ощутила, как яркий свет слепит глаза, из окон доносится жизнь. На пути в нашу столовую меня встретила Эва, которая почтительно склонила голову, пряча улыбку. Её глаза смотрели на меня внимательнее, чем обычно, и на миг мне показалось, что она не только всё знает, но и счастлива за меня.

Я уже хотела спросить, почему меня не разбудили, как Эва, густо покраснев, опередила меня:

— Это распоряжение его светлости, — проговорила она, пряча глаза. — Милорд велел не тревожить вас, миледи. Приказал принести воду для умывания, утренний чай и мяту в покои… а ещё распорядился приготовить для вас поздний завтрак.

Мы были в комнате одни: прочие слуги ушли за завтраком, и Эва, оставшись без их присутствия, не смогла сдержать улыбку. Радость и любопытство, которые она тщетно пыталась скрыть, читались в каждом её взгляде.

— Я так рада, что муж навестил вас, — произнесла она с двусмысленной интонацией, и её щёки снова вспыхнули румянцем. — У вас же всё хорошо? — спросила девушка, осматривая меня.

— Да, Эва, спасибо. Но не стоит обсуждать это ни с кем, пожалуйста. — попросила я девушку.

— Да, миледи. Но если вы захотите я всем на кухне хоть сейчас расскажу. Там часто говорят… — девушка опустила глаза. — Там часто обсуждают вашу личную жизнь. Я бы хотела заткнуть всем рты. — сказала Эва с пугающим энтузиазмом.

— Еще не время. Пусть говорят. — я не готова была показывать свою личную жизнь хоть кому-то. А может я просто была не уверенна в своем муже.

В этом замке происходило слишком многое, и я никак не могла избавиться от ощущения, что все события связаны между собой невидимой нитью, и всё это как-то связанно с нами. И распутать эти тайны мне не удавалось. С одной стороны, меня успокаивало, что герцог занялся проверкой тканей, а не стал испытывать мой дар и не рассказал о нём королю. Это давало мне возможность по-прежнему распоряжаться собственной жизнью.

Но потеря дара и то, что кто-то другой тоже узнал о тканях, не оставляли меня в покое.

Я не питала иллюзий: женских уловок и обольщения будет недостаточно, чтобы убедить герцога открыть имя того, кто его предупредил. Ни соблазн, ни вино не помогут. Подобные уловки лишь подорвут его доверие и разрушат тот хрупкий мир, который только начал складываться между нами.

К тому же, несмотря на все его недостатки, я уважала мужа и ценила его право на тайны. Я хотела, чтоб он сам рассказал мне, или хотя бы честно отвечал на мои вопросы.

Но с другой стороны у меня таких секретов было куда больше, чем я готова была признать. И уж точно я не планировала делиться ими.

— Милорд отправился в ближайший город, — поспешно добавила Эва, отвлекая меня от моих мыслей. — Леди Ариану проводили на занятия для дам. А ещё… милорд просил передать, что вам следует быть готовой к вечернему застолью. Его Величество, дабы восполнить своё отсутствие на публике, велел устроить небольшой приём для обитателей замка.

* * *

Я вошла в большой зал, и первое, что бросилось в глаза, — величественный размах убранства. На колоннах, подпирающих высокие своды, развивались знамена Королевства и знатных семей.

На стенах мерцали закрепленные факелы, отражаясь в тяжёлых витражах и отбрасывая причудливые тени на каменный пол. Огонь от свечей плясал на столах. Воздух был наполнен ароматом вина, специй и горячих блюд, ещё стоявших на столах.

Длинные столы, расставленные буквой «П», ломились от яств и кубков, но немало гостей уже покинули свои места. Вдоль стен объединились в группы небольшие компании, то оживлённо беседуя, то смеясь, то вполголоса переговариваясь, будто строя свои маленькие заговоры. У одного из столов несколько советников спорили так ожесточённо, что казалось — ещё немного, и они поднимут друг на друга руки и мечи.

В центре зала оставалось широкое пространство для танцев. Там, под звуки лютни и скрипок, Его Величество вёл принцессу в изящном круговом танце. Их движения были размеренными и торжественными, словно они танцевали не только для себя, но и для всего королевства.

У самого входа стояла группа дам — леди Мариана, леди Лиззи и ещё несколько придворных красавиц. Они не упускали ни единого движения венценосных особ, их взгляды сияли любопытством и скрытой завистью.

В толпе я заметила Ариану: она кружилась в танце с молодым юношей. «Нужно будет узнать, кто он», — мелькнула у меня шустрая мысль.

Веселье было в самом разгаре. Музыка разливалась по помещению, звон кубков чередовался с раскатами смеха, и весь зал шумел своим особым, торжественным звоном.

Причиной моего опоздания стало то, что после позднего завтрака я направилась в библиотеку и утащила в свои покои целую гору книг — не меньше двадцати томов с надписями «магия», «духовные силы», «ритуалы». Удержаться я не смогла: пролистала одну за другой, хотя понимала — поверхностного взгляда недостаточно, придётся читать их вдумчиво, слово за словом. Но я упрямо надеялась, что судьба или мои внутренние силы помогут, и нужная страница сама остановит мой взгляд.

Когда же настало время собираться к вечеру, во мне пробудилось какое-то безумное, детское желание — выглядеть особенно красиво. Мне хотелось, чтобы муж, впервые увидев меня за день, встретил женщину, которой можно восхищаться. Глупое, наивное чувство, но я поддалась ему всецело. И опоздание, как я решила, того стоило.

Волосы я оставила распущенными, но уложила их в причёску с мягкими локонами; пряди у лица заплела в тонкие косы. На губы и щёки нанесла лёгкий румянец и краску, чтобы лицо засияло свежестью. Для вечера я выбрала не наряд, отягощённый камнями, а скромное по меркам дворца платье, украшенное вышивкой серебряными нитями. Оно было лёгким, позволяло свободно двигаться.

Мне хотелось, чтобы его взгляд заметил эту лёгкость, чтобы каждое прикосновение в танце ощущалось яснее. В этот вечер я хотела только одного — танцевать. Танцевать с моим мужем.

Как только я вошла в зал, танец подошёл к концу. Музыка стихла, и пары раскланялись друг другу под одобрительные аплодисменты. Я заметила, как король проводил принцессу к её месту, и тут же стала искать глазами герцога.

И нашла. Феликс стоял у стены, увлечённо беседуя с графом Дюраном. Рядом с ними находилась молодая графиня — её лицо озаряла милая улыбка, и взгляд скользил то на моего мужа, то на её собственного супруга. Я сама не заметила, как стала наблюдать за ней.

В тот миг, когда она смотрела на графа, её глаза наполнялись светом, а черты лица становились удивительно мягкими. В каждом её движении, в каждом взгляде читалось восхищение и искренняя преданность мужу.

Я знала, что в будущем графу суждено пострадать от болезни. У него случится приступ. И мысль об этом наполнила меня горечью. Мне было безумно жаль эту пару — особенно её, юную женщину, которая так явно любила своего супруга. Но я не могла бороться с естественным ходом вещей, как не могла и протянуть ей руку помощи. Всё, что оставалось, — хранить молчание и наблюдать.