Душа в обмен на душу (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 33

— Вот ты! — прыснул, качая головой.

— Кто он? — перехожу к делу.

— Мужик, — отвечает со смешком, но под моим укоризненным взглядом сдувается и начинает канючить: — Маш, ну правда, открытое дело, не могу я… начнёшь свои метания, не я даже, Андрей первым погон лишится. Ну и я потом, за компанию. И Матвей.

— Ну мне что, переспать с тобой?! — всплеснула руками возмущённо.

— Я не против, если что… — улыбнулся с хитрым прищуром, но тут же скис: — Хотя, белобрысый с говном сожрёт… нет счастья в жизни… Короче! Мы сами ни черта не знаем, кроме имени. Жены нет, детей нет, недвижимости — тоже, где работает — хрен знает. При этом, бомжом не выглядит, а тачку, хоть и раздолбанную и усранную, но имеет. За деревней в пролеске нашли, спрятал… То есть, логично предположить, что прибыл целенаправленно в чужой дом пробраться. И всё бы ничего, да вот только цель не угадывается. Там кроме посуды даже украсть нечего. Вот, собственно, и всё…

— ФИО и сколько лет? — закидываю удочку, а Серёга выхватывает из моих рук папку и быстро выходит с громким и отчаянным возгласом:

— Убежал!

— Стервец, — фыркаю беззлобно, он подмигивает мне и захлопывает дверцу.

Понятно, что в сговоре с бывшим мужем: вроде и поделился сведениями, чтобы хоть немного моё любопытство притупить, а вроде и не сказал ничего. Хитрецы… а мне будто и без этого трупов в доме мало, ещё их загадки разгадывать.

Одет во всё чёрное, плюс место, где я его обнаружила — этот мужчина куда как больше похож на того, что я встретила в доме в свою первую ночёвку. И недоброго не замышлял, иначе я бы сейчас преспокойно не раскатывала. Но, чем-то же он там занимался?

— Клад искал, — хихикнула вслух, вспомнив о непонятной выемке в стене.

А что, если в самом деле… да не, бред. Бред ведь?

Вставляю гарнитуру с намерением позвонить Воронову, но вовремя смотрю на часы: двенадцать почти, человек отдыхать может. Ну или там… личной жизни только у меня нет.

«Позвони, если можешь» — пишу сообщение и трогаюсь с места.

Через минуту раздаётся звонок.

— Всё в порядке? — спрашивает быстро.

Голос эхом разносится, звучит странно.

— Да, я так… поболтать, — мямлю в трубку и включаю поворотник.

— За рулём скучно? — хмыкает, услышав щелчки.

— А ты часом не в подвальчике? — задаю встречный вопрос, заподозрив в коварном водворении в дом без меня.

— Не, в подъезде.

— Однако… ты вышел позвонить в подъезд?

— Манюх, не донимай, а? Я чё т и так без сил уже, — вздыхает шумно. — Поболтать спокойно могу где-то через час. И, кстати, я частично поручения выполнил. Цирк какой-то… надо обсудить.

— А у меня — гипотетический клад, — ответила хвастливо.

— А я всё думал, когда всплывёт нечто подобное, — хохотнул, приободрившись.

— Не, ну сам посуди… — начала с воодушевлением, но он перебил:

— Манюх… — мягко так, ласково, я даже слегка прибалдела от звуков его голоса. Чародей, мать его. — Через час, хорошо?

— Угу, — промычала и отключилась.

Странно это. Прошло всего ничего, а я уже не помню, как было до этого. Как могла не видеть его неделю, даже не вспоминая, поглощённая собственными заботами. Как могла отрывать от него взгляд в баре, где неизменно сталкивались каждую пятницу. Он казался совсем другим, язвительным придурком, самодовольным говнюком… впрочем, это-то как раз осталось неизменно, просто воспринимать я стала его ужимки иначе. Просто помимо привычных подколов, он начал наступление в своём стиле и под его напором я бессильна.

Не заметила, как доехала до квартиры. Поднялась на автопилоте, переоделась, поставила мобильный на зарядку, легла, всё так же поглощённая собственными мыслями, в сомнениях, в метаниях. Когда он позвонил, долго таращилась на экран, думая, стоит ли отвечать, стоит ли продолжать, но в итоге сдалась.

— Разбудил? — спросил тихо.

— Просто задумалась.

— О кладе? — хохотнул с озорством.

— О тебе, — брякнула, тут же зажмурившись.

— Ох, Манюх, ты поаккуратнее, тачка под окнами, до тебя ехать минут десять по пустым дорогам… — пробормотал на выдохе.

От мысли, что он через десять минут может оказаться рядом, бросило в жар.

— Я… не против, — промямлила, почувствовав себя Серёгой.

— Не-е-е… — хмыкнул, смакуя и растягивая. — Рано. Не хочу только тело, хочу ещё и душу, всю тебя, полностью.

— Звучит жутковато… — буркнула, разгоняя мурашки, организованной толпой бегающие по телу.

— Да? — спросил с сомнением. — Должно было — романтично.

— Не, Миш, — хохотнула нервно, — вообще никакой романтики, — и протянула низким зловещим голосом: — Я заберу твою душу…

— Ты придираешься, — фыркнул весело. — Вообще не так было. К тому же, это обмен, а не рэкет. Я тоже не с пустыми руками, Манюх. Душа в обмен на душу, всё по-честному.

«А вот это — романтично» — вздохнула мысленно, вновь прогоняя мурашки. На этот раз стервецы словно митинг устроили, сгруппировавшись внизу живота с написанными наспех транспарантами «да ну когда уже?!».

— Давай о доме, — сказала мягко и медленно бесшумно выдохнула, прикрыв глаза.

— Трусиха, — хмыкнул, но тут же сменил тему: — Твой гипотетический клад оставим на сладенькое, я начну. Луневу набрал, подвальчик наш больше не тайна, так что сыграл на этом. Типа, ты полы вскрывал, неужто не знал, что там такая подстава? Он идиота включил, но как про трупак услышал, дал заднюю.

— С чего бы? — перебила его самодовольное повествование.

— Вот что за привычка? — буркнул недовольно. — Меня уголовник воспитывал, и то я себе подобного не позволяю.

— Ты маман мою не знаешь, у меня по сравнению с ней характер — ну чисто золото. Кстати, о золоте…

— Дождись своей очереди, женщина! — возмутился, но тихо. — Прям вижу твою ехидную моську… — я хохотнула, а он продолжил: — Срок годности трупа я не обозначил. И Лунев начал отмазываться, мол, подвал лично проверил перед продажей, никого там не водилось, даже крыс.

— А нафига скрывать его наличие? — удивилась, посерьёзнев.

— Протяжённость его помнишь? — хмыкнул Воронов. — Прикинь, сколько бабок надо, что всё это добро демонтировать? Технику пригнать, вырыть, отгрузить ещё куда-то, пару машин земли чтоб засыпать… короче, сэкономил.

— Ну, это понятно, но…

— Участок огромный, Манюх. Новые владельцы могли захотеть что-нибудь построить или бассейн вырыть, на худой конец. А так — руками развёл, мол, впервые слышу, не жил я там.

— Допустим… а дверь?

— А заложили, — вновь хмыкнул Воронов. — Клялся и божился, что своими глазами видел со стороны улицы новенькую глухую стену.

— И ты ему веришь? — спрашиваю с сомнением.

— На счёт стены большой вопрос, но, в целом, вполне похоже на правду. Он купил дом только чтобы продать. И на этой ноте мы плавно возвращаемся к Васнецовым, купившим ровно по тем же причинам.

— А это ты как выяснил?

— А я им его опять предложил, — выдал Миша самодовольным бархатным голосом, добавив маеты моему уже давно не девичьими сердцу. — Ремонт делать не надо, вложение отличное, ценник смешной, всего-то надо подождать, пока страсти утихнут. Мужик за возможность ухватился, но уточнил, возможна ли ипотека…

Я прыснула и засмеялась, не сдержавшись, а Миша хохотнул:

— Говорю ж — цирк. И это ещё не всё.

— Мочи!

— У обоих я выяснил, где они брали бригаду для ремонта. Во всех трёх случаях — по рекомендации. Угадаешь?

— Вот проныра! — ахнула, поразившись чужому коварству.

— Я б его по-другому назвал, но дома не выражаюсь… в общем, господин Елисеев подсобил. Махинация не слишком очевидная, зато прибыльная. Могла бы быть, если бы Лунев через него продал.

— Ну, Лунев понятно, в накладе не остался, а Васнецов что?

— Да он валенок, Манюх. Сама будто по роже ценник никогда не выставляла.

— Ну… — протянула загадочно.

— Гну, — фыркнул Воронов. — И дичайший угар с кучей трупов объясняет. Прикинь, оттяпали заказ на такой домик? Перспективы надо отметить как следует. Думаю, Елисеев откуда-нибудь с доски объявлений в интернете их выцепил.